Регистрация    Вход    Форум    Поиск    FAQ

Список форумов » Проза




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 43 ]  На страницу 1, 2, 3  След.
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 04 июл 2012, 15:02 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
Роджер Желязны Джейн Линдскольд.

Доннерджек


---------------------------------------------------------------
Перевели Гольдич Владимир и Оганесова Ирина
---------------------------------------------------------------

* ЧАСТЬ I *

Глава 1

Он обитал в Непостижимых Полях, но присутствие его простиралось и за их
пределы, проникая в самые дальние уголки Вирту. И являлся он, в некотором
смысле. Властелином Всего Сущего, хотя у других также имелись основания
претендовать на сей титул. Впрочем, его права были ничуть не менее прочными
и обоснованными, чем у остальных, поскольку никто не мог отрицать факта
существования его владений.
Он двигался среди обломков разбитых фигур - в прошлом обитателей Вирту.
Те приходили сюда, подчиняясь его призыву или по собственной воле, когда
конец их существования становился неопровержимым фактом. Порой он
использовал определенные части для своих целей, но многие оставались
лежать.., пока не сровняются с землей; впрочем, некоторые их компоненты
сохранялись достаточно долго. И когда он шагал мимо, обломки поднимались - в
человеческом обличье или каком-нибудь ином, - чтобы пройти несколько шагов,
произнести какие-то слова, сделать характерный жест, а затем вновь
превратиться в мусор и пыль. Порой - как сейчас - он шевелил груды хлама
посохом и смотрел, что будет. Если ему удавалось натолкнуться на
какой-нибудь фокус или обрывочную информацию, ключ или код, имеющие некий
интерес, он забирал их в свою обитель-лабиринт. Он мог превратиться в
мужчину или женщину, отправиться в любое место, но неизменно предпочитал
черный плащ с капюшоном, скрывающий поразительно хрупкую фигуру -
мельтешение белого в мрачных тенях.
Обычно в Непостижимых Полях царило величественное молчание. Иногда
возникали диковинные, невнятные звуки, исходившие словно из самых глубин
огромных куч мусора - стоны энтропии; а когда они затихали, тишина
становилась еще глубже. Чаще всего он покидал свои владения, чтобы услышать
что-нибудь осмысленное - музыку, например.
Вселенная не знала подобного существа. Ему давали тысячи имен и
прозвищ, однако самым распространенным стало Танатос.
Так он обходил свои владения, помахивая посохом, обезглавливая
алгоритмы, вычленяя личности, открывая окна в другие ландшафты. А вослед ему
из земли тянулись руки, пальцы судорожно сжимались в немой мольбе.., но
муаровый ореол окутывал их покрывалом, и они снова погружались в пыль. В
Непостижимых Полях всегда царили сумерки, однако Танатос отбрасывал
непроницаемую, нереальную тень, словно за ним неизменно следовал кусочек
вечной ночи. А сейчас возник еще один элемент нетленной тьмы - оседлав
своевольный северный ветер, прилетел черный мотылек и легко вспорхнул на
вытянутый палец хозяина; быть может, это часть его самого возвратилась,
исполнив очередную миссию. Сложив крылья, мотылек издал короткий, лишенный
гармонии звук.
- Незваные гости с севера, - тоненько пропел он, окруженный хрупким
муаровым облачком.
- Должно быть, ты что-то напутал, - отозвался Танатос, Его голос
прошелестел мягко, точно шорох сумрака, и едва слышно, точно умирающий рокот
созидания.
Мотылек опустил крылышки и снова взметнул их вверх.
- Нет.
- Никто сюда не приходит, - сказал Танатос.
- Они копаются в кучах, ищут...
- Сколько?
- Двое.
- Покажи.
Мотылек взлетел с его пальца и устремился на север, Танатос последовал
за ним. Их сопровождали нестройные, дикие звуки, поражающие воображение
элементы самых разных реальностей возникали и тут же исчезали, проносились
мимо необычные пейзажи. Мотылек уносился все дальше, Танатос поднялся на
холм и остановился на вершине.
Внизу, в долине двое мужчин - нет, мужчина и женщина - выкопали
довольно глубокую траншею и теперь медленно шли вдоль нее. Мужчина держал
фонарь, а его спутница поднимала с земли какие-то предметы и складывала в
мешок.
Танатос, естественно, знал, что находится в том месте.
- Как это понимать? - осведомился Танатос, воздев руки, и его тень
скользнула к пришельцам. - Вы посмели вторгнуться в мои владения?
Женщина с мешком выпрямилась, а мужчина уронил фонарь, который сразу
погас. Словно демонстрируя силу гнева Танатоса, тишину разорвали диковинные
голоса и пронзительные крики. В траншее промелькнула золотая вспышка,
накрытая его тенью.
Затем открылись врата, и обе фигуры прошли сквозь них, еще миг - и мрак
поглотил траншею.
Трепещущая черная тень приблизилась к вершине холма.
- Ключ, - сказал мотылек. - Теперь у них есть ключ.
- Не имею привычки раздавать ключи к своим владениям, - промолвил
Танатос. - Я встревожен. Ты можешь сказать, куда его доставили мои врата?
- Нет, - ответил мотылек.
Танатос сдвинул ладони, повел ими влево, а потом раскрыл их, словно
отдавая приказ.
- Гончий пес, гончий пес, из-под земли... - пробормотал он.
Прямо перед ним начала медленно подниматься груда скелетов и металла -
кости, пружины, ремни, подпорки постепенно превратились в чудовищную
конструкцию, к которой притягивались и занимали свои места, словно части
головоломки, куски пластика, металла, плоти, стекла и дерева; неожиданно на
них хлынул поток зеленых чернил и клея, потом добавились обрывки каких-то
шкур, и вспышки пламени высушили лишнюю влагу.
- Ты должен кое-что найти, - закончил фразу Танатос. Гончий пес смотрел
на своего хозяина красным правым глазом и зеленым левым, причем правый был
на дюйм выше левого. Пес помахал сразу несколькими хвостами из кабеля и
двинулся вперед.
Добравшись до вершины, пес приник к земле и заскулил, как пробитый
воздушный вентиль. Танатос протянул левую руку и слегка погладил голову
гончей. Бесстрашие, безжалостность, умение преследовать явились из-под земли
и окутали странное существо вместе с аурой ужаса.
- Гончая Смерти, я нарекаю тебя Мизаром, - молвил Танатос. - Ступай за
мной, сейчас ты возьмешь след.
Он повел пса к траншее, где Мизар опустил голову и принюхался.
- Я отошлю тебя в высокие земли Вирту, чтобы ты нашел тех, кто побывал
здесь. Если ты не сможешь привести их сюда, тебе следует вызвать меня к ним.
- Как я призову вас, господин? - спросил Мизар.
- Ты должен взвыть особым образом. Я научу. А сейчас я хочу послушать,
как ты воешь.
Мизар закинул голову, и вой сирены превратился в свисток локомотива и
предсмертные крики десятков жертв, в тоскливое пение волка зимней ночью, и
лай гончих, взявших след. В долине среди мусора, жертв войны, червей и
разбитых ящиков для голосования зашевелились легионы мертвых тел,
сервомеханизмов, пришедших в негодность разнообразных устройств,
разбросанных повсюду. Потом Мизар опустил голову, и все успокоилось; тишина
вновь наполнила Непостижимые Поля.
- Недурно, - заметил Танатос. - А теперь я покажу тебе, как ты меня
призовешь.
В тот же миг воздух разорвали вопли, крики и вой, и содрогнулись
Непостижимые Поля. Пульсирующий ритм вызвал к жизни новые, дикие существа,
которые поднимались, шаркали ногами, содрогались в черной пыли, окутавшей
долину... Чудовищная какофония длилась всего несколько мгновений, а затем
стихла.
- Я услышу твой призыв, где бы ни находился, - заявил Танатос, - и
приду к тебе.
Пятнышко тьмы опустилось на нос Мизара, и его несимметричные глаза
уставились на мотылька.
- Я Алиот, гонец, - заявил мотылек. - Мне просто хотелось
представиться. У тебя прекрасный голос.
- Привет, - ответил Мизар. - Благодарю тебя. Алиот упорхнул.
- А сейчас следуй за мной, - сказал Танатос и спустился в траншею.
Чернильная, похожая на обезьяну тень свесилась со сломанного бревна и
стала за ними наблюдать.
Танатос подвел Мизара к тому месту, где работали двое непрошеных гостей
и откуда они исчезли. И приказал:
- Запомни этот запах, и ты сможешь следовать за ними повсюду.
Мизар опустил голову.
- Запомнил, - доложил он.
- Я открою серию порталов. Понюхай каждый, чтобы выяснить, нет ли там
их следов. И скажи мне, если что-то учуешь.
Похожее на обезьяну существо поспешно подбежало к краю траншеи, присело
на корточки и стало с любопытством следить за происходящим.
Танатос поднял правую руку, и его плащ повис перед мордой пса пологом
непроглядного мрака, который тут же превратился во врата, выходящие в яркий
городской ландшафт. Картина немедленно исчезла - вместо нее возник
ослепительный город со стройными башнями и изящными минаретами, соединенными
бесчисленными мостами и галереями; вокруг клубились тучи, но никаких следов
земли видно не было.
Потом мимо пронеслись луга и длинные коридоры с бесчисленными дверными
проемами, темными и освещенными, открытыми и закрытыми, напоминающими
изломанные гроты в стиле Эшера; прикрытые куполами города в океане; медленно
вращающиеся спутники; сферические вселенные, обитатели которых скользили в
открытых кораблях от одного мира к другому... Однако Мизар сохранял
неподвижность, молча наблюдая и принюхиваясь.
Скорость смены миров увеличилась. Теперь сцены под рукой Смерти
мелькали так быстро, что за ними не могли уследить обычные глаза. Апиот
нетерпеливо взмахивал крылышками, порой замечая цветы - живые или
искусственные.
Танатос остановил процесс, и перед ними застыли классические руины -
разбитые колонны, упавшие стены, расколотые постаменты - на зеленом,
усыпанном цветами склоне холма, залитом ярким солнечным светом, под
нереально синим небом, где с пронзительными криками носились чайки. Все тени
имели четкие границы, сквозь врата долетал терпкий запах моря.
- Ты нашел хоть что-нибудь? - спросил Танатос.
- Нет, - ответил Мизар, когда Алиот влетел во врата и опустился на
цветок, который сразу же увял.
- Я перебрал самые простые варианты. Придется заглянуть подальше, так
просто не доберешься. Подожди.
Идиллическая картинка исчезла, а на ее месте снова возникла стена
непроглядного мрака. Вскоре появился свет, постепенно набрал силу и залил
призрачным сиянием траншею и окружающий пейзаж. Когда сгустки разноцветных
лучей и самые невероятные геометрические фигуры вдруг начали случайным
образом вращаться под аккомпанемент шипящих металлических звуков, черная
обезьянья тень, застывшая у края ямы, шарахнулась в сторону. Вспыхнула
молния, затем другая, а за ней третья разгорелась и погасла, оставив за
собой ослепительный, пылающий хвост.
И опять, всего на несколько мгновений, опустилась тьма, разом поглотив
яркие разноцветные лучи.
Мизар пошевелился.
- Да, - проговорил он, и его острые металлические зубы сверкнули в
мерцающем сиянии. - Кажется, что-то похожее.
- Найди их, - приказал Танатос. - Призови меня, если тебе будет
сопутствовать успех.
Мизар закинул голову и завыл. Затем помчался вперед, через портал
Смерти, в темно-светлый абстрактный мир, окруженный крыльями муара.
Танатос опустил полу плаща, врата схлопнулись и исчезли.
- Возможно, вы больше никогда его не увидите, - сказала обезьяна. - Он
отправился в очень высокие царства. А если окажется, что тот мир для вас
недоступен?..
Танатос повернул голову; его губы дрогнули.
- Да, погоня может занять много времени, Дьюби. Однако терпение всегда
было главным моим достоинством, а мое имя известно даже тем, кто обитает в
самых высоких царствах.
Дьюби устроилась на плече Танатоса, когда тот выбрался из траншеи.
- Похоже, кто-то решил немного поиграть, - заметил Танатос, шагая по
черной луговой траве, усыпанной агатовыми маками, которые качали своими
хрупкими головками, когда их касались развевающиеся полы его плаща, - а если
не считать музыки, это мое самое любимое занятие. Знаешь, Дьюби, прошло
немало времени с тех пор, как мне довелось принять участие в хорошем
представлении. Мой ответный ход окажется для них полной неожиданностью;
посмотрим, у кого терпения больше. Придет день, когда они убедятся в том,
что я всегда нахожусь в нужном месте и в нужное время.
- Когда-то я тоже так думала, - заметила обезьяна, - пока ветки, к
которой я потянулась, не оказалось на месте.
Какофония звуков, возникшая после ее слов, могла быть смехом или всего
лишь случайными стонами энтропии. Какая разница?


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 05 июл 2012, 14:33 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
Джон Д'Арси Доннерджек любил всего однажды, но, увидев муар, сразу
понял: все кончено. Он осознал и многое такое, о чем до сих пор даже не
догадывался; поэтому его сердце разрывалось, а разум устремился туда, где
еще никогда не бывал.
Он взглянул на Эйрадис - темноволосую темноглазую девушку, стоявшую под
деревом на вершине холма, где они всегда встречались. Муар окутывал ее,
делая милые черты более утонченными. Доннерджек всегда чувствовал, что
стоило им захотеть, и они могли бы встретиться в его мире, однако их
свидания окутывала сказочная дымка романтической любви, для которой
волшебная страна была, единственно подходящим местом. Они никогда об этом не
говорили, но теперь ему открылась правда, и боль сковала льдом его грудь, а
в голове запылал огонь.
Доннерджек знал Вирту гораздо лучше, чем многие другие, и не
сомневался, что его любимая заметила первое движение муара, означавшее
скорый конец. Лишь сейчас он догадался, что Эйрадис не была гостьей в Вирту,
гостьей, спрятавшейся за экзотическим именем и приятными формами. Она
принадлежала этому миру - красивая и потерянная.
Доннерджек обнял ее за плечи и прижал к себе.
- Джон, что случилось? - спросила она.
- Слишком поздно, - ответил он. - Слишком поздно, любовь моя. Если бы
только я понял раньше...
- Что понял? - спросила Эйрадис. - Почему ты так крепко меня держишь?
- Мы никогда не говорили о том, где родились. Вирту - твой настоящий
дом?
- О чем ты, Джон? Какая разница?
И снова у нее над головой затрепетал муар. На сей раз Доннерджек
почувствовал, как напряглись плечи Эйрадис - она увидела.
- Да, обними меня покрепче, - сказала она. - Почему ты жалеешь, что не
знал раньше?
- Я мог бы попытаться что-нибудь сделать, - проговорил он. - А теперь
слишком поздно. Да и идея чересчур неопределенная. Вполне возможно, что у
меня ничего не вышло бы. - Эйрадис задрожала, и он поцеловал ее. - Я любил
тебя. И не хотел, чтобы наша любовь кончалась.
- А я тебя, - ответила она. - Мы столько всего могли бы делать вместе.
Доннерджек надеялся, что муар еще долго не вернется - иногда так
бывало, но неожиданно он возник снова, и лицо Эйрадис окутала дымка. Резкий,
неприятный звук.., и Джон понял, что уже с трудом удерживает призрачное тело
Эйрадис в своих объятиях. Оно вдруг начало меняться, постепенно становясь
все меньше и меньше.
- Это нечестно, - сказал он.
- Так было всегда, - ответила Эйрадис, и ему показалось, будто он
ощутил на губах ее последний поцелуй.
Тело девушки поникло.
Снова этот глухой невнятный звук, и в воздухе заплясали крошечные
частички сверкающей пыли.
Доннерджек стоял, вытянув вперед пустые руки и глядя перед собой ничего
не видящими глазами. Потом он опустился на землю и спрятал лицо в ладонях. В
какой-то момент его скорбь вобрала в себя все, что ему было известно о Вирту
- величайшем артефакте, созданном его соплеменниками, - и он в который раз
принялся перебирать свои теории последних лет и вспомнил все гипотезы,
выдвинутые им за долгую и блистательную карьеру.
А потом он поднялся на ноги, чтобы найти последнюю пылинку Эйрадис и
начать новое путешествие по гипотетическим дорогам, ведущим к концу всего
сущего.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 07 июл 2012, 13:27 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
Транто почувствовал приближение приступа, когда руководил работой
прогов в лесу неподалеку от деревушки. Знакомая боль, которой он никогда не
понимал, вновь атаковала его - она появилась после столкновения с
браконьером. Транто так и оставил его лежать отсоединенным: браконьеру так и
не удалось воспользоваться трофейным ружьем или вернуться обратно в Веритэ.
Неприятное чувство заставило Транто взреветь, и остальные фанты отошли
в сторону, закатывая глаза и неловко переминаясь с ноги на ногу.
Нужно уйти отсюда прежде, чем он полностью потеряет контроль над собой.
Транто даже в лучшие периоды своей жизни не задумывался о природе
наслаждения и страданий - тем более теперь, когда ему становилось все
труднее мыслить рационально. Для его соплеменников понятие удовольствия было
напрямую связано с обработкой данных, а боль возникала при появлении
факторов хаоса. Много лет назад выстрел охотника оставил след, который
периодически оказывал на Транто воздействие, разрушая его контакты с другими
фантами и вызывая многочисленные сплетни.
Транто фыркнул и топнул ногой. Однажды он работал - как пленник - в
засекреченном любовном гнездышке высокого правительственного чиновника с
Веритэ, чья виртуальная спутница заявила, что желает повсюду видеть беседки,
увитые никогда не вянущими цветами. Ее экстравагантное требование привело к
тому, что сложная экология данного района была нарушена окончательно и
бесповоротно, а виртуальное пространство не выдержало перегрузок и перестало
выполнять половину своих функций. Транто, против воли попавший в рабочую
команду, вспомнил болезненные уколы стрекала Фактора Хаоса в руках
надсмотрщиков леди Мей (а иногда и самой леди); ими фантов заставляли
восстанавливать выведенных из строя прогов. Никто не отрицает, что стрекала
ФХ - страшное оружие, однако их воздействие не имело таких тяжелых
последствий, как эти странные приступы. В конечном счете во время одного из
них Транто и уничтожил большую часть тайного убежища чиновника. Когда
выяснилось, что Моррис Ринтал расходует правительственные фонды не по
назначению, его с позором уволили, а вскоре после того, как жена узнала о
существовании виртуальной любовницы, состоялся громкий бракоразводный
процесс.
Транто почувствовал новую вспышку боли. Он заревел, вытянул передний
отросток и вырвал одно из посаженных им растений. Затем с силой ударил его о
землю и отшвырнул в дальние кусты.
"Очень неприятный знак, - отметило ускользающее сознание. - Похоже,
дело совсем плохо".
С диким ревом Транто налетел на своих товарищей, которые неожиданно
резво бросились наутек, несказанно удивив остальных работников, привыкших к
тому, что фанты отличаются исключительной медлительностью. Впрочем, они и
сами быстро разбежались кто куда.
Транто вырвал с корнем несколько деревьев и отвернулся. Его горяшие
глаза сфокусировались на деревне, и он помчался туда, ничего не замечая на
пути и чуть не растоптав какого-то прога, оказавшегося поблизости.
Угрожающе размахивая вырванным стволом, Транто сломал одну хижину, а
затем всей своей массой налег на соседнюю; послышался ласкающий слух скрежет
падающей стены. Еще один удар - и стена рухнула. Транто взревел и стал
яростно топтать ее ногами.
Когда Транто оказался возле следующей хижины, в его сознании вспыхнула
искорка воспоминаний - скоро жители набросятся на него со стрекалами ФХ, а
потом с оружием, несущим смерть. Транто топтал рухнувшее строение,
прислушиваясь к крикам рабочих и десятников и понимая, что пора уносить
отсюда ноги. Нужно спрятаться где-нибудь в глуши и переждать, пока не
прекратится приступ и не начнется исцеление.
Он сломал еще одну стену, пронзил стволом другую, а потом обрушил
дерево на крышу очередной хижины. Да, действительно пора убегать. Только
почему-то всякие мерзкие штуки все время оказываются у него на пути.
С трубным ревом Транто выскочил на улицу, переворачивая тележки и
растаптывая их содержимое. Он не сомневался, что его уже ждут на транзитной
станции. И если не остановят, то попытаются отправить в безопасное место,
где психиатр станет причинять ему боль, как в прошлый раз. Лучше выбрать
другое направление и разбить собственные ворота, когда он окажется на
свободе. Ему и раньше удавалось преодолеть поле камеры.
Его бешенство нарастало, и этот выход казался все более реальным и
простым.
Выскочив за территорию, где производились работы, Транто обследовал
окрестности, ощущая растущее сопротивление, когда он пытается перемещаться в
пространстве, - его чувства в подобных ситуациях всегда резко обострялись.
Вскоре он уже отчаянно сражался с преградой, расположенной посреди самого
обычного поля. Задача оказалась непростой, но ему почти сразу удалось
пробить небольшое отверстие и взглянуть на новый ландшафт - полно зданий,
транспортных средств и каких-то массивных устройств. Тогда Транто поменял
направление и попробовал отыскать какое-нибудь другое место.
Поле. Отлично. Он надавил посильнее. Три мощных толчка, и вот он уже
выскочил в какой-то сад. По дороге он нанес страшный урон Хранителю - не
имеет значения! Продолжая трубить, фант помчался вперед.
Восемь раз Транто преодолевал барьеры, разрушил специализированную
ферму, комнаты для заседаний правления, лабораторию, занимавшуюся изучением
поверхности Марса, кегельбан, бордель, помещение федерального суда,
виртуальный кампус и только после этого оказался в зеленой долине,
неподалеку от джунглей.
Там, посчитал Хранитель, его поведение никому не причинит вреда, - и
продолжал спокойно дремать.
Транто снова стал отшельником.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 13 июл 2012, 13:32 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
Прихожане вышли из часовни в Веритэ, где после недолгой молитвы они
привели в порядок заднее помещение, разделись и распростерлись на
погребальных плитах, дабы поразмыслить о муках существования в период тьмы,
а затем воспарили духом и прошли сквозь стену пламени на священные поля. Там
они запели песнь Энлиля и Нинлиль <Энлиль - один из главных богов
шумеро-аккадского пантеона, божество плодородия и жизненных сил, а также
необузданной стихийной силы Нинлиль - супруга Энлиля, одна из ипостасей
богини-матери.>, и оказались в коридоре между зиккуратами, над которыми
возникли духи с телами львов и головами мужчин и женщин, и присоединились к
общему хору со своими благословениями. Вскоре путники оказались в преддверии
храма и постепенно заполнили двор.
Далее проведение церемонии взял в свои руки священник в таком же, как у
всех, одеянии, если не считать наплечников и роскошного головного убора из
золота и полудрагоценных камней, окруженного слабым голубоватым ореолом. Он
рассказал прихожанам о том, как на Вирту уцелели Боги и вся остальная жизнь,
и о том, что сейчас, когда в людских сердцах возрождается вера в высший
разум, ранние божественные проявления в индо-европейской культуре должны
стать центром поклонения, поскольку они сохранились в глубинах человеческого
подсознания, где еще жива память о великих покровителях человечества. Эа
<Одно из главных божеств шумеро-аккадского пантеона, покровитель подземного
мирового океана пресных вод, бог мудрости и заклинаний.>, Шамаш <В
шумеро-аккадской мифологии солнечный бог, сын бога луны Нанны.>, Нинурта <В
шумеро-аккадской мифологии бог-герой, сын Энлиля.>, Энки <Владыка земли
(шумер.).>, Нинмах <в шумеро-аккадской мифологии богиня-мать.>, Мардук
<Центральное божество вавилонского пантеона, главный бог города Вавилон.>,
Инанна <В шумерской мифологии богиня плодородия, плотской любви и распри.>,
Уту <См. Шамаш.>, Думузи <Божество в шумеро-аккадской мифологии.> и многие
другие - метафоры, как и все, кто пришел вслед за ними, воплощение лучших и
худших человеческих качеств, но надо признать, что это самые древние и
могущественные метафоры. И естественно, они космоморфны - олицетворение сил
природы, подверженное эволюции, как и все в Вирту и Веритэ. Их суть
распространяется как на количественный, так и на релятивистский уровень.
А потому молитесь, продолжал священник, древним богам кварков и
галактик, богам небес и морской стихии, гор и огня, ветра и плодородной
земли. Пусть возрадуется весь мир, ведь мы превратим истории о творениях
великих в священные ритуалы. Священник заявил, что один из богов и сейчас
находится в храме, принимая поклонение и даруя свое благословение.
После легкой трапезы люди быстро обнялись, а затем, воспользовавшись
электронными карточками, имевшимися у каждого, кто отправлялся в Вирту,
поспешили сделать новые перечисления в фонд церкви.
Церковь Элиш... В месопотамской истории сотворения мира энума элиш в
приблизительном переводе означало: "Когда наверху" - а слова "элишизм" и
"элишит" явились производными, хотя люди, исповедующие более традиционные
религии последних тысячелетий, часто называли их "элши-сами". Сначала
элишиты смешались с недолго просуществовавшими культами Вирту -
гностическим, африканским, спиритуалистическим, карибским, - однако элишизм
выдержал испытание временем благодаря изощренной теологии, привлекательным
ритуалам и четкой структурированной организации. Его возросшая популярность
говорила о том, что элишизм выйдет победителем в священных войнах. Эта
религия не требовала умерщвления плоти - исключение составляли всего
несколько дней священного поста. Кроме того, в элишизме присутствовали
некоторые "ритуалы орги-астического характера" - определение, данное
некоторыми антропологами. Элишизм использовал традиционные понятия рая и
ада, где тех, кто перемещался между Вирту и Веритэ в сторону неизбежного
перевоплощения, требующего лучших черт обоих миров поджидали инкарнации.
Элишизм имел своих представителей как в Вирту, так и в Веритэ. Элишиты
называли другие религии "поздними".
Время от времени, обычно в дни праздников, некоторым приверженцам
религии, достаточно продвинувшимся по дороге духовного совершенствования,
разрешалось входить в храм, где они поднимались на более высокую ступень
посвящения, дарующую абсолютно новые удивительные и пьянящие сексуальные
впечатления. В результате они получали некоторые незначительные преимущества
в жизни, физические или психологические, которые безотказно действовали в
Вирту, но иногда распространялись и на Веритэ. Данный феномен являлся
объектом изучения антропологов в течение последнего десятилетия, хотя
единственный вывод, к которому им удалось прийти, заключался в ключевой
фразе: "психосоматическая перестройка".
На самом деле Артур Иден - высокий человек, с очень черной кожей и
бородой, в которой проскальзывала седина, мускулистый, похожий на атлета,
пережившего свои лучшие времена, - работал профессором антропологии в
Колумбийском университете в Веритэ. Он стал элишитом, чтобы изучить символы
веры и обычаи, поскольку специализировался на сравнительном анализе разных
религий. Артур был потрясен тем, насколько его увлекла подготовительная
работа: оказалось, что церковь создана настоящими знатоками своего дела.
Артур возвращался по дороге, вьющейся между пирамидами по полям и
лесам, и тихонько напевал, размышляя о том, кто здесь управляет ландшафтами.
Во время ночной службы его поразило небо, которое он довольно долго
разглядывал в поисках знакомых созвездий. Позднее, при помощи простого
прога, замаскированного под браслет, ему удалось записать картинку.
Впоследствии он перенес изображение на экран компьютера и после долгих
мучений установил, что ему показали современное звездное небо, только
сдвинутое во времени на шесть с половиной тысячелетий назад. И снова Иден
поразился усилиям, которые предпринимала церковь для доказательства
законности своих притязаний на древнее происхождение. Естественно, он не мог
не заинтересоваться священниками, стоящими у истоков элишизма.
Через некоторое время впереди возникла стена пламени, и Артур
присоединился к остальным прихожанам в молитве перехода. Он не почувствовал
жара, лишь легкое покалывание, да еще услышал громкий свист и шипение -
такие звуки издает могучий костер под порывами ветра. Видимо, организаторы
зрелища намеренно усилили эффект, чтобы произвести на паству более сильное
впечатление. Затем наступила темнота, в которой Артур различил центральный
проход между скамейками, и принялся считать шаги, как его учили - вперед,
направо, налево, - пока наконец не оказался возле своей плиты, где ему
предстояло улечься.
Идену не терпелось начать диктовать заметки, но он лежал и изучал
окружающую обстановку. Да, во взгляде элишитов на мир прослеживаются и
этический кодекс, и сверхъестественная иерархия, и понятие загробной жизни;
кроме того, у них есть священные тексты, система ритуалов и отлаженная
организационная структура. Правда, получить о ней хоть какую-нибудь
информацию достаточно трудно. Все его осторожные расспросы встречали
совершенно одинаковую реакцию духовенства, у которого была единая основа для
принятия решений - естественно, инспирируемая свыше. Артур Иден все еще
оставался неофитом и потому наталкивался на известную сдержанность, когда
речь заходила о церковной политике. Приходилось надеяться, что, как только
изменится его статус, ему откроют и некоторые тайны.
Лежа в темноте, Артур вспоминал ритуалы, свидетелем которых ему
пришлось стать.
"Интересно, - думал он, - заложен ли в них особый смысл? И если да, то
пользовались ли создатели археологическими находками или заново все
придумали, чтобы произвести максимальное впечатление на своих прихожан. Если
верно первое предположение, то необходимо ознакомиться с ключевыми работами
и выводами, сделанными из них. Если же имеет место последний вариант,
следует выяснить, какие идеи лежат в основе мышления руководителей церкви.
Не так уж часто удается проследить за возникновением новой религии".
Артур понимал, что желательно почерпнуть как можно больше сведений и
записать все свидетельства.
Он отдыхал - кожу все еще немного покалывало - и размышлял о том, что
создателям элишизма нельзя отказать в наличии эстетического чувства, не
говоря уже о многом другом.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 14 июл 2012, 16:13 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
Сейджек вел свой клан в другую часть леса, поскольку район, где они
обитали в последнее время, не изобиловал пищей; кроме того, им стали
попадаться следы икси. Не стоило самому напрашиваться на неприятности, а
необходимость заботиться о пропитании позволяла сохранить лицо. Сейджеку уже
приходилось сталкиваться с икси, он давно сбился со счета, пытаясь
вспомнить, скольких прикончил. От тех схваток остались боевые шрамы - любой
мог увидеть. За долгие годы его шкуру украсили следы пуль, так и не попавших
в голову или сердце.
Сейчас Сейджек сидел под деревом и подкреплялся фруктами. Его клан, как
и многие другие, появился на свет в результате повреждений сложных прогов,
неисправности в программах которых стали заметны далеко не сразу. А когда
серьезные недостатки стали бросаться в глаза, проги предпочли сбежать, не
дожидаясь ремонта или уничтожения. Их волосатые человекообразные фигуры
являлись сознательной попыткой адаптации к окружающей среде. Сконструировать
прогов мужского и женского пола оказалось довольно легко - сейчас большую
часть клана составляли далекие потомки тех, первых прогов; они не знали
иного существования, кроме свободной жизни на деревьях. Поскольку случайные
разрушения жизненных программ приводили к старению на Вирту точно так же,
как и на Веритэ, Сейджек уже пережил пору своего расцвета, но все еще
оставался хитрым, могучим и жестоким, вполне способным

управлять Народом - так они себя называли.
Да, хитрость помогала Сейджеку выжить, поскольку им постоянно угрожали
другие кланы и эйоны; они могли погибнуть от естественных причин, не говоря
уже о Корпусе Экологии и Охраны Окружающей Среды, представители которого
периодически пытались сбалансировать население, чтобы оно соответствовало их
моделям. Кроме того, нельзя забывать об охотниках за головами - они
приходили сюда в надежде получить на Веритэ вознаграждение за свои труды,
впрочем, среди них встречались и самые обычные любители острых ощущений...
Да, и еще ученые - для них кланы являлись предметом чисто академического
интереса и каждый старался заполучить хотя бы один экземпляр для личной
коллекции или экспериментов...
Народу постоянно приходилось держаться начеку, и Сей-джек вовсю
использовал своих заместителей: огромного сутулого Стаггерта, высокого,
обезображенного рубцами и быстрого Окро, возможно, слишком умного для его же
собственной пользы, и массивного могучего садиста Чимо, смотрящего на мир
через узкий разрез воспаленных глаз. Они были незаменимы, когда речь шла об
управлении кланом. Каждый, естественно, мечтал занять место вожака, дрался
за это место и потерпел поражение. Сейджек не боялся их по отдельности, и
они хорошо исполняли свои обязанности, дожидаясь своего часа. Вместе они
могли бы ему противостоять, разбить клан, но - тут Сейджек улыбнулся,
обнажив клыки, - они не доверяют друг другу и не посмеют решиться на
подобный шаг. В любом случае рано или поздно им пришлось бы решать вопрос о
лидерстве между собой. Сейджек не сомневался, что легко расправится с
каждым. Они это тоже знают. И потому служат ему, беспрекословно подчиняются,
и сами, естественно, стареют.
Чимо только что вернулся из очередного патрулирования, на которых
настаивал вожак.
- Ну и как там? - спросил Сейджек у хмурого Чимо.
- Следы на северо-западе.
- Какого рода?
- Следы. Сапоги.
- Сколько?
- Трое или четверо. Может, больше. Сейджек встал на ноги:
- Далеко?
- Несколько миль.
- Скверно. Ты за ними следил?
- Совсем немного. Я решил, что нужно побыстрее сообщить тебе.
- Ты правильно решил. Отведи меня туда. Окро! Остаешься за главного. Я
отправляюсь на разведку. Высокий Окро подошел поближе.
- Что случилось? - спросил он.
- Чужаки. Может быть, икси, - ответил Сейджек, бросив взгляд на Чимо. -
Я не знаю.
- Мне пойти с вами? - предложил Стаггерт.
- Кто-то должен позаботиться об остальных. Оставьте знаки, если
придется убегать.
- Конечно.
Сейджек и Чимо, покинув лагерь, осторожно шагали по тропе, напряженно
оглядываясь по сторонам и принюхиваясь, и наконец приблизились к тому месту
возле деревьев, где Чимо увидел следы.
- Я издалека слышал, как они прошли мимо, - сказал Чимо. - Когда я туда
добрался, они уже скрылись. Я нашел следы и осмотрел их.
- Покажи мне, - приказал Сейджек.
На влажной земле звериной тропы отчетливо выделялись следы сапог. Тропа
шла на запад, а потом повернула на северо-запад. Сейджек определил, что
чужаков четверо - двое довольно крупных мужчин и еще двое среднего роста и
обычного сложения.
Издалека донесся звук выстрела. Затем еще один.
Сейджек улыбнулся.
- Легкая добыча, - заметил он. - Они выдали себя. Теперь мы знаем, что
тропа сворачивает в ту сторону. Можно пойти напрямик. Так мы их разыщем
быстрее.
Они сошли с тропы и направились в сторону выстрелов. Им понадобилось
полчаса, чтобы разыскать то место, где охотники убили оленя. Тушу
освежевали, разделали и унесли с собой на северо-восток.
Сейджек и Чимо двинулись вперед по достаточно четкому следу и вскоре
услышали голоса и почуяли запах жарящегося мяса. Теперь они шагали, соблюдая
крайнюю осторожность. Они уже догадались, что охотники расположились на
покинутой стоянке одного из соседних кланов. Впрочем, клан ушел по меньшей
мере неделю назад.
Разведчики подобрались поближе. Да, наверняка незваные гости решили
провести здесь ночь. Сейджек на мгновение смутился, когда увидел, что самой
крупной из всей группы оказалась женщина.
- Икси, - прошептал Чимо.
- Охотники за головами, - поправил Сейджек. - Самая крупная - женщина.
Знаешь, кто это?
- Большая Бетси?
- Точно, - кивнул Сейджек, поглаживая шрам, идущий вдоль левого бедра.
- Она унесла с собой много голов нашего Народа. Мы с ней давно знакомы.
- Может быть, пришло время нам забрать ее голову?
- Теперь я заберу ее голову. Возвращайся в лагерь. Возьми Стаггерта,
Окро и еще несколько сильных парней, которые захотят поразвлечься. Веди их
сюда. Я буду ждать и наблюдать. Если мы уйдем в другое место, я оставлю
знаки.
- Да.
Чимо исчез в кустарнике.
Сейджек подошел поближе, и его рот наполнился слюной от
соблазнительного аромата жарящегося мяса. Впрочем, он не слишком умело
обращался с огнем и твердо знал, что лучше сырого мяса ничего нет.
Икси носили форму, а охотники за головами одевались так, как им
хотелось. Они не были государственными служащими и получали только то, что
могли заработать. К ним обращались лишь в тех случаях, когда деятельность
икси оказывалась недостаточно эффективной. Хотя скромность не являлась одним
из главных достоинств Сейджека, он понимал, что вряд ли его клан привлек к
себе излишнее внимание властей. Нет. Мыслительный процесс давался Сейджеку с
трудом, в особенности если речь шла о посторонних проблемах, однако он
решил, что, по-видимому, другие племена Народа проявили активность, которая
вызвала изменение естественного равновесия. Сейчас Сейджек не представлял,
что тут можно сделать. Зато прекрасно знал, как следует поступить с
охотниками, отдыхающими в лесу. Нужно только дождаться своих соплеменников.
Он наблюдал, как охотники разбили лагерь, расселись вокруг костра и
принялись за еду. Сейджек надеялся, что у них кое-что останется.., на потом.
Однако когда Большая Бетси заработала челюстями, понял, что его надеждам
сбыться не суждено. Леди отличалась отменным аппетитом, который вполне
соответствовал ее фигуре.
- Ладно, наслаждайся, - выдохнул Сейджек. - Но скоро придет мой черед.
Он принялся изучать мачете, который Большая Бетси повесила на ближайшей
ветке. Кажется, именно таким ножом она ранила его в прошлый раз?.. Теперь
Сейджек знал, как действует оружие могучей охотницы. Вроде большой палки,
только очень острое. Удобно отрезать голову.
Сейджек сидел на корточках и ждал. У него полно времени. Можно спокойно
составить план...
Наступил вечер, когда Чимо вернулся с отрядом бойцов. Они совершенно
бесшумно подошли и уселись рядом. Сейджек знаками объяснил, где должен
находиться каждый во время нападения, затем махнул рукой, и вся компания
двинулась прочь от лагеря.
Когда они оказались на достаточном расстоянии, Сейджек остановился и
негромко заговорил:
- Чимо и Стаггерт, спрячьтесь между деревьями, рядом со мной. Окро и
Сват - заберетесь на деревья так, чтобы оказаться прямо над ними. Когда все
заснут, Чимо и Стаггерт будут делать то же, что я. Убьем всех. Если
возникнут проблемы, Окро и Сват быстро спрыгнут вниз. Помогут.
- А вдруг они выставят часового? - спросил Стаггерт.
- Он мой, - ответил Сейджек. - Я иду первым. Часовой мертв, появляетесь
вы. Разберетесь с остальными. Понятно?
Он вовсе не собирался подчеркивать свое лидерство или тем более
храбрость, когда обдумывал план. Просто Сейджек больше всего доверял самому
себе - он научился этому, когда его изгнали из родного клана и ему пришлось
долго жить в одиночку. Вероятно, именно полезный опыт, приобретенный в те
далекие дни, помогал ему до сих пор сохранять положение вожака. Он бы знал -
если бы был склонен к рефлексии, - что недоверие ко всем и способность
быстро принимать неожиданные решения являлись самым полезным уроком, который
он извлек из своего прошлого.
Бойцы вернулись к лагерю, и Сейджек короткими жестами еще раз показал
каждому его место, сам же осторожно подобрался почти к самому лагерю, улегся
на землю в зарослях и застыл в полнейшей неподвижности, наблюдая за сидящими
у костра фигурами - люди что-то пили и разговаривали.
Выставят ли они охрану? Наверное. Сейджек рассчитывал подойти как можно
ближе, подать сигнал о нападении и одновременно подскочить к часовому и
прикончить его - или ее. Он рассчитывал, что первую стражу будет стоять
Большая Бетси, она самый опасный противник, и с ней следует покончить прежде
всего. А кроме того, Сейджеку не терпелось поскорее расправиться со своим
давнишним врагом - после стольких лет и встреч убить охотницу из далекого
Веритэ.
Он никогда не слышал о Томасе Рэе, который много лет назад познакомил
прогов с сексом и возможностью воспроизведения, однако решил, что нужно
обязательно изнасиловать Большую Бетси, чтобы сделать победу полной. С
другой стороны, он вдруг понял, что побоится осуществить задуманное, пока
она жива. Впрочем, это не имеет значения. Можно потешиться с ней и после -
какая разница?
Сейджек снова посмотрел на мачете. В свое время Большая Бетси нанесла
ему очень болезненную рану при помощи этой штуки. Он тщательно все обдумал,
пока не убедился, что понимает, как пользоваться ножом, хотя ни на секунду
не задумался о тайнах конструкции и производства. Удобная штука для
отрезания голов, не более того. Помогает охотникам наполнять мешки трофеями.
Сейджек взглянул на людей и попытался понять, о чем они говорят, но у
него ничего не получилось. Интересно, понимает ли Большая Бетси речь
Народа... Вожак прислушивался к ночным звукам и старался разгадать еще одну
тайну - огонь.
Казалось, прошло бесконечно много времени, прежде чем один мужчина
начал зевать, к нему тут же присоединился второй. Первый что-то проговорил и
показал в сторону спальных мешков. Большая Бетси ответила ему, ткнув
здоровенным пальцем в том же направлении. Трое мужчин встали и направились к
своим постелям, а могучая Бетси подбросила хворосту в огонь, почистила
оружие и принялась точить мачете. Закончив работу, она положила его рядом с
собой.
Сейджек не отрывал от нее глаз. Он должен напасть на Большую Бетси так,
чтобы она не успела и пикнуть. Когда все будут решать сила и ловкость, он
быстро с ней разберется. Он крупнее Бетси, а в Народе давно ходили легенды о
его силе. Так что...
Как только остальные охотники крепко заснут, он очень осторожно
выберется из своего укрытия и подкрадется поближе, но не станет рассчитывать
на то, что сможет незаметно подойти к Большой Бетси. Да, такой план
представлялся наиболее разумным. Сейджек чувствовал, что опытная охотница
будет настороже и малейший звук привлечет ее внимание. Поэтому последний
участок пути нужно преодолеть одним большим прыжком.
Прошло около получаса. Похоже, мужчины заснули. Большая Бетси сидела
совершенно неподвижно, глядя в огонь. Сейджек ждал. Его товарищи без проблем
разберутся со спящими охотниками. Но рисковать не стоит.
Вскоре стало совсем темно. Охотники крепко спят. Его соплеменники
наверняка уже теряют терпение, они могут подумать, что он испугался женщины.
А как на самом деле? Сейджеку еще никогда не доводилось видеть таких
огромных женщин. Он провел пальцем по длинному шраму, затем бесшумно
раздвинул заросли и медленно направился к охотнице.
Он тщательно выбирал место, осторожно ставил ногу, переносил на нее вес
тела. Следил за дыханием.
Однако контролировать собственный запах никто не в силах.
Сейджек услышал, как Бетси начала принюхиваться, ее правая рука
метнулась к оружию. И тогда он стремительно прыгнул вперед, издав
пронзительный боевой клич.
И все же Большая Бетси успела упасть на землю и откатиться вправо.
Двигаясь с поразительной ловкостью, она закричала, чтобы разбудить
остальных. Сейджек не достал до спины Большой Бетси, зато ему удалось выбить
ружье из ее рук. Он снова бросился на врага, но охотница успела вскочить на
ноги.
Бетси дважды ударила его ногой в живот, нырнула под его локоть и
нанесла тяжелый удар по ребрам. Любой из таких ударов вывел бы из строя
обычного человека, однако Сейджека они лишь на мгновение заставили потерять
ориентацию. Оскалившись, он вновь атаковал врага. Бетси уверенно шагнула в
сторону и сделала ему подножку, тяжелый кулак женщины обрушился ему на
затылок.
Встряхнув головой, Сейджек снова повернулся к ней лицом. Его
соплеменники уже напали на проснувшихся охотников, раздались истошные крики
и отчетливый треск ломающихся костей. Большая Бетси снова ударила его ногой.
Сейджек стиснул зубы и продолжал наступать, хотя двигался теперь гораздо
осторожнее, сообразив, что неподготовленные атаки не принесут успеха.
Бетси отступала, продолжая наносить ему быстрые и безжалостные удары,
но целилась уже ниже, поскольку видела, как стремительно работают руки
врага, и опасалась, что он сумеет захватить ее ногу. Она попадала по
щиколоткам, коленям и бедрам... Сейджек, размахивал руками и продолжал
наступать, не обращая внимания на боль. Он вдруг пожалел, что Большая Бетси
не принадлежит к Народу: из нее получилась бы превосходная подруга.
Неожиданно Сейджек выбросил вперед левую руку. И хотя Большой Бетси
удалось уклониться, она потеряла равновесие и споткнулась. В тот же миг
Сейджек прыгнул на нее и постарался прижать к земле. В последний момент
могучая охотница успела нанести ему мощный удар ребром ладони по подбородку,
попыталась выцарапать глаза и достать до горла. Но Сейджеку удалось прижать
ее правую руку к телу и с такой силой дернуть за левый локоть, что из ее
груди вырвался хриплый стон.
Бетси заворчала, пытаясь сдержать крик боли, а потом плюнула ему в
лицо. "Интересно, зачем?" - подумал Сейджек, схватив голову врага могучей
правой рукой. За его спиной звуки борьбы почти уже стихли, только чей-то
предсмертный вопль прокатился по джунглям. Сейджек повернул голову Большой
Бетси влево - до упора, а потом медленно продолжил двигать ее в том же
направлении. Шея охотницы затрещала, тело несколько раз вздрогнуло. Что-то
хрустнуло в последний раз, Большая Бетси дернулась и застыла в его руках.
Сейджек опустил ее на землю, удостоив последним победным взглядом.
Потом он повернулся к своим соплеменникам, которые стояли среди тел
поверженных охотников. Они не спускали с вожака глаз. Обещал ли он вслух,
что овладеет ею? Сейджек задумался. Снова посмотрел на Бетси. Нет, он ничего
никому не говорил. Ему сразу полегчало. Лучше уж съесть ее печень и сердце,
ведь она храбро сражалась.
Он быстро нашел мачете. И усмехнулся. Пожалуй, нужно испытать оружие на
других охотниках. Сейджек выбрал распростертое тело, поднял клинок и нанес
им удар, как палкой. Лезвие легко прошло сквозь шею, и голова откатилась в
сторону, оставляя за собой струйку крови. Довольный Сейджек перешел к
следующему охотнику и снова взмахнул мачете. Покончив со всеми, он посадил
охотников к стволам деревьев, а головы положил им на колени так, чтобы они
придерживали их руками.
Затем приблизился к Бетси. Теперь он орудовал мачете с большей
осторожностью, а закончив, аккуратно прикрыл одеждой разверстую рану.
Сейджек оставил тело Бетси рядом с другими охотниками. Однако голову ее
взял ее с собой. Вместе с мачете.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 15 июл 2012, 15:35 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
Дьюби, скучающая и одинокая, находилась в сумеречной долине к западу от
Непостижимых Полей, рядом с кислотным ручьем, возле кровавых останков
светлого бабуина, когда вдруг раздался звук, подобного которому ей не
приходилось слышать ни разу в жизни. От неожиданности она выпустила тело, и
оно уплыло вниз по ручью, постепенно растворяясь, пока не исчезло совсем.
Дьюби закинула голову и тоскливо взвизгнула. Чудная, непривычная мелодия - в
ней была какая-то закономерность, совсем не походившая на всхлипывания
энтропии.
Дьюби выбралась из долины. Ей показалось, что звук - или пение? -
доносится с востока, и она быстро зашагала туда, где явно происходило что-то
интересное. Мимо скользнуло нечто металлическое и блестящее, Дьюби ехала на
незнакомом объекте до тех пор, пока тот не сломался - в последний момент
успела соскочить. Дальше она пошла пешком - сквозь непроглядный мрак,
который изредка нарушали короткие вспышки, и клубы дыма, заполняющие
головокружительные пропасти и ползущие вверх по склонам холмов. Звуки не
стихали.
- Что происходит, Дьюби? Куда это ты направляешься? - послышался нежный
голосок из норы.
Дьюби остановилась, и из-под земли, сияя медью, выползла верткая змея.
- Я следую за диковинной песней, Фекда.
- Я тоже чувствую вибрацию, - ответила змея, сверкнув серебристым
язычком. - Ты понимаешь, что она означает?
- Я могу судить только о направлении.
- Тогда я присоединюсь к тебе, потому что меня мучает любопытство.
- Что ж, пошли, - согласилась Дьюби, и они немедля отправились в путь.
Дьюби некоторое время молчала, хотя изредка видела блеск чешуи Фекды -
сбоку или впереди. Постепенно звуки стали громче - теперь можно было
различить пение голосов и инструментов.
Поднявшись по склону, Фекда и Дьюби остановились, заметив на востоке
шагающего человека, фигуру которого окружало яркое сияние. Через какие
врата, по какой дороге, или тропинке сумел он сюда попасть?
Необычные звуки издавал высокий темноволосый муж чина, точнее, то, что
он нес в руках. Незнакомец двигался медленно, однако явно знал, куда идет.
Он направлялся вниз по склону в долину.
Дьюби никак не могла решить, стоит ли идти дальше и попадаться человеку
на глаза. Поколебавшись, она все-таки решила последовать за ним и потому
пропустила его вперед. Фекда тоже ждала - очевидно, приняла аналогичное
решение.
Темноволосый мужчина шел вперед, а у него за спиной танцевали звуки.
Дьюби нашла их волнующими и приятными.
- Есть ли слово, - спросила она у Фекды, - обозначающее хорошие звуки?
И Фекда, которая много времени проводила среди могильных курганов и
порой находила крупицы мудрости, прежде чем они успевали исчезнуть навеки,
ответила:
- Музыка. Такие звуки называются музыкой. Здесь ей трудно себя
проявить. Наверное, именно поэтому наш господин так ее ценит - за редкость.
Впрочем, скорее всего он любит музыку за то, что она музыка, - теперь я
понимаю почему.
Они следовали за человеком и приятными звуками по сумрачным долинам
Непостижимых Полей. Фекда остановилась только однажды - для того, чтобы
проглотить остатки вчерашнего прогноза погоды для Лос-Анджелеса.
- Давай обгоним его, - предложила она через некоторое время. - У меня
появилось ощущение, что хозяин встретит человека через два поворота.
- Ладно.
Они обошли холм, поднялись по склону и помчались вниз, чтобы первыми
попасть на представление. Вскоре им снова пришлось подниматься в гору;
теперь музыка раздавалась у них за спиной. Впереди и внизу раскинулась
широкая долина, где возникло какое-то движение.
Танатос взобрался на невысокий курган, вытянул вперед руки и несколько
раз повернулся по кругу. В следующее мгновение из земли начали подниматься
кости, которые устремились к нему в грохочущем хаосе, на одно короткое
мгновение замерли на месте, а затем постепенно начали превращаться в
какую-то конструкцию. И вот уже перед Танатосом стоит трон с высокой
спинкой, увенчанной черепом. В мягком свете долины трон испускал сияние.
Когда Танатос сделал шаг вперед, оставшиеся кости помчались прочь, устилая
тропу, ведущую ко входу в долину. Он подошел к трону сзади, распахнул полы
плаща и выпустил призрачное существо, которое поднялось в воздух над его
бугристой спиной.
Танатос уселся на трон. Поднял правую руку, потом левую - и по бокам
трона вспыхнуло пламя, появились тени.
- Босс и правда знает, как произвести впечатление, - заметила Дьюби.
- Он получает удовольствие от драматических эффектов, - пояснила Фекда,
когда они спустились с горы и направились к ближайшей тени.
Фекде и Дьюби пришлось довольно долго ждать. Постепенно музыка
становилась громче. И вот кто-то появился у входа в долину.
Человек немного помедлил, пристально посмотрел на Танатоса и медленно
зашагал по устланной костьми тропе. Волшебные звуки, как и прежде, легким
ореолом окружали его фигуру. Подойдя к подножию могильного кургана,
незнакомец остановился.
- ..У нашего гостя аналогичные намерения, - добавила Фекда.
- Верно.
Танатос повернул голову и заговорил низким скрипучим голосом - для его
слуг это оказалось полной неожиданностью.
- Ты пришел, чтобы сыграть мне "Сказание об Орфее" Полициано <Настоящая
фамилия - Амброджини (1454 - 1494), поэт и гуманист.>? Говорят, это первая в
мире опера. Превосходный фрагмент, я давно его не слышал. Естественно, он
вернул меня в одну историю, о которой я много лет не вспоминал.
- Я так и подумал, - ответил человек.
- Я тебя знаю, Джон Д'Арси Доннерджек. Меня давно восхищает твоя
работа. Особенно изумительная фантазия на тему загробной жизни, которую ты
построил, взяв за основу "Ад" Данте.
- Критикам понравилось, но зрители особого восторга не проявили.
- С моими произведениями обычно бывает так же. Доннерджек несколько
растерянно смотрел на Танатоса, пока тот не рассмеялся.
- Маленькая шутка, - пояснил он и добавил:
- В действительности лишь очень немногие верят, что я существую. А как
ты пришел к такому выводу - не говоря уж о том, почему решил отправиться в
столь необычное путешествие и каким образом сумел найти сюда дорогу?
- Моя работа связана с Вирту, кроме того, я теоретик, - ответил
Доннерджек.
- Мне кажется, мы могли бы весьма интересно провести время за
обсуждением некоторых вопросов теории - когда-нибудь.
Доннерджек улыбнулся:
- Наверное, это было бы любопытно. Вы самая подходящая персона для
вынесения окончательного вердикта.
- Мое слово далеко не всегда оказывается последним. Обычно я
предоставляю его другим.
Танатос склонил голову и молча дослушал следующий музыкальный фрагмент.
- Изумительно, - сказал он, когда музыка смолкла. - Ты хочешь, чтобы у
меня создалось настроение, необходимое для получения эстетического
удовольствия?
Доннерджек поставил небольшое устройство, которое принес с собой, на
землю у ног Танатоса.
- Да, именно, - ответил он. - Пожалуйста, примите проигрыватель в
качестве подарка. Он может воспроизводить и другие мелодии.
- Я с благодарностью принимаю его, поскольку - как тебе известно -
большая часть вещей, попадающих ко мне, обычно повреждена.
Доннерджек кивнул и погладил бороду.
- Мне пришла в голову одна мысль, - заговорил он после короткой паузы,
- относительно существа, появившегося у вас совсем недавно.
- Да?
- Ее имя Эйрадис. Темноволосая девушка, весьма привлекательная. Я
довольно хорошо ее знал.
- Я тоже, - ответил Танатос. - Да, она здесь. И я уже догадываюсь о
твоих дальнейших намерениях.
- Я хочу ее вернуть, - заявил Доннерджек.
- Ты просишь невозможного.
- Подобная ситуация описана в легендах, фольклоре и религиозных книгах.
Значит, прецедент был.
- Воплощение мечты, надежд и желаний - вот что это такое. В реальном
мире для них нет места.
- Но мы в Вирту.
- Вирту так же реальна, как и Веритэ. Они ничем не отличаются друг от
друга.
- Я не могу смириться с тем, что нет никакой надежды.
- Джон Д'Арси Доннерджек. Вселенная никому ничего не должна. Счастливые
концовки случаются далеко не всегда.
- Вы утверждаете, будто не в силах вернуть то, что взяли?
- То, что попадает ко мне, уже не способно функционировать как прежде.
- Любое повреждение можно исправить.
- То, о чем мы сейчас говорим, нельзя исправить. Доннерджек широким
жестом обвел рукой окружающий ландшафт:
- В вашем распоряжении есть все необходимые средства - в виде частей
или программ, - чтобы починить все, что угодно.
- Возможно.
- Отпустите ее ко мне. Вам понравился мой "Ад". Я создам для вас
что-нибудь другое - удовлетворяющее всем вашим желаниям.
- Ты искушаешь меня, Доннерджек.
- Значит, договорились?
- От тебя потребуется нечто большее.
- Назовите цену за ее возвращение.
- Твою просьбу даже мне исполнить сложно. Ты хочешь обратить вспять
энтропию - локально, не спорю, но я должен буду отказаться от стандартных
процедур и изменить политику.
- Кого еще мне просить?
- Какой-нибудь великий специалист по воспроизведению сможет ее для тебя
воссоздать.
- Но она не будет прежней, мне ведь нужно не только внешнее сходство.
Все ее воспоминания исчезнут. Вместо Эрайдис рядом со мной окажется совсем
другая личность.
- И она не будет испытывать к тебе прежние чувства?
- Я беспокоюсь о ней больше, чем о себе.
- Ну, тогда ты действительно ее любил. Доннерджек молчал.
- И ты собираешься разделить с ней жизнь?
- Да.
- В Вирту или Веритэ? Доннерджек рассмеялся:
- Я буду проводить с ней в Вирту столько времени, сколько смогу, а
потом...
- Да, всегда можно воспользоваться интерфейсом, не так ли? Но даже
когда речь идет о тех, кто принадлежит к одному миру - тому или другому, -
всегда есть интерфейс, всегда есть различия. Обычно они прячутся очень
глубоко, хотя порой и кажутся незначительными.
- Я пришел сюда вовсе не для того, чтобы обсуждать метафизические
проблемы. Танатос улыбнулся:
- ..И она будет навещать тебя в виде твердой голограммы в Веритэ.
- Конечно, мы будем чередовать и...
- Ты просишь меня об услуге. Я удивлен, что ты не выражаешься более
определенно.
- В каком смысле?
- Чтобы я отпустил ее к тебе в Веритэ, а не в Вирту.
- Такое невозможно, - Уж если я в состоянии нарушить для тебя один
закон бытия, почему бы не сделать этого дважды?
- Однако принципы, которым подчиняется ваше барство, противоречат тому,
что вы предлагаете. В любом случае способа сделать эффект "визита"
постоянным не существует.
- А если существует?
- Я посвятил всю жизнь поискам ответа на этот вопрос.
- Жизнь коротка.
- И все же...
- Ты считаешь меня порождением прогов? Игрушкой человеческой фантазии?
Я появился в тот самый момент, когда умерло первое живое существо - не скажу
тебе, где и когда. Ни человек, ни машина не писали для меня программы.
Доннерджек чуть отступил назад, когда между ними появилось облачко
муара.
- Вы говорите так, словно вы и есть Танатос. - Ответом ему послужила
все та же улыбка. - А у меня уже сложилось впечатление, что мы обсуждаем
эксперимент, который вам хотелось бы провести.
- Даже если и так, тебе не удастся получить скидку при оплате моих
услуг.
- Что? Что вы хотите?
- Да, ты кое-что для меня построишь. Но этого мало. Ты говорил о мифах,
легендах и сказках. Они действительно не пустой звук.
- Вот как?
- Ты столкнулся с тем, чего не понимаешь. Если согласишься играть по
моим правилам и заплатишь требуемую цену, то уйдешь отсюда вместе с
девушкой.
- Отдайте ее мне, и вы получите все, что пожелаете. Танатос медленно
поднялся на ноги и взмахнул правой рукой. Неожиданно вновь прозвучал
фрагмент "Сказания об Орфее", последние звуки которого стихли несколько
мгновений назад. Из-за трона появилась женская фигура. У Доннерджека
перехватило дыхание.
- Эйрадис! - выдохнул он.
- Она видит тебя, но пока ничего не может ответить, - сказал Танатос,
подводя девушку поближе. - Ты возьмешь ее за руку и поведешь по дороге,
выложенной костями. Вам предстоит долгий и трудный путь. Однако вы вернетесь
в Веритэ, если ни при каких обстоятельствах не сойдете с тропы. Даже если
тебе покажется, что вмешались Высшие Силы, иди только вперед.
Танатос вложил руку Эйрадис в его ладонь.
- Ну и какова ваша цена?
- Ваш первенец, естественно.
- То, о чем вы просите, совершенно невыполнимо. Во-первых, у нас
никогда не будет потомства. Во-вторых, я не смогу доставить его сюда -
физически, в целости...
- Соглашайся на мои условия, а я позабочусь о деталях. Доннерджек
взглянул на свою любимую, бледную, с пустыми глазами.
- Я согласен.
- Тогда иди к свету по дороге, выложенной костями.
- Аминь, - сказал Доннерджек, отвернулся и сжал руку Эйрадис, - и до
свиданья.
- Мы еще встретимся, - заявил Танатос.
Глава 2

Лидии Хаззард исполнилось семнадцать лет, а до начала занятий в
университете
оставалось еще несколько месяцев. Она была старшей из двух дочерей и
выросла в весьма состоятельной семье - "Страхование Хаззард", третье
поколение. Родители, Карла и Абель, сделали Лидии подарок каникулы в Вирту,
перед тем как ее жизнь станет трудной и напряженной, а все усилия будут
направлены только на учебу. Узкая талия, высокая грудь, длинные ноги модели,
рекламирующей купальники; очень светлые волосы, ниспадающие на плечи,
высокие скулы, ослепительно белые зубы, ярко-зеленые глаза, ресницы и веки
также подкрашены зеленым. Конечно, Лидия обладала такой внешностью только в
Вирту, и это стоило дополнительных денег, но Карла и Абель средств не
пожалели.
Дома, в Байонне, штат Нью-Джерси, на Веритэ, темноволосая худощавая,
сутулая и неуклюжая Лидия обладала ветреным характером и склонностью грызть
ногти. Однако ее улыбка - благодаря усилиям стоматолога - была весьма
привлекательной, глаза темно-зелеными, а голос низким и приятным. Кроме
того, Лидия не могла пожаловаться на недостаток интеллекта.
Сначала она путешествовала вместе со своей подругой Гвен, которой по
случаю окончания школы подарили неделю на курортах Вирту - Пляжи, Горы,
Пустыня, Побережье, Круиз, Казино, Сафари. Девушки провели по полдня в
каждом месте, чтобы выяснить, где же им больше нравится.
Обе нашли Казино пугающим, поскольку после того, как запас фишек
заканчивался, приходилось играть на собственные деньги (или тратить средства
родителей). Выигрыш моментально переводился со счета Казино на твой;
впрочем, гораздо чаше случалось наоборот. Такое развлечение не устраивало ни
Лидию, ни Гвен. Они намеревались получить в Вирту экзотические впечатления,
научиться вести себя в обществе и позаниматься любовью с привлекательными
молодыми людьми, не рискуя забеременеть или заболеть, - их тела оставались в
Веритэ под зашитой силовых полей, а сознание пребывало в уверенности, что
они вместе со своими партнерами находятся под звездами на пляжах в южной
части Тихого океана, где волны с шуршанием набегают на берег, а бриз
приносит аромат цветов. И не важно, что твой приятель является порождением
Вирту или каким-нибудь отдыхающим из Веритэ, изменившим внешность, чтобы
стать красавчиком с обложки журнала.
Неизвестность лишь усиливала романтичность ситуации. Каждый имел
возможность лгать и дразнить партнера - что, естественно, все и делали.
Остроту игре придавали упомянутые вскользь адреса - как узнать, что они
такое - правда или чистейший вымысел? Кого ты обнимаешь в данный момент -
женщину или мужчину, с кем занимаешься любовью? А может быть, все это лишь
сон и в Веритэ такого человека попросту не существует?
Когда неделя Гвен закончилась и подружка отправилась домой, Лидия стала
больше гулять по пляжам. Она всегда уходила к морю, когда ей хотелось побыть
в одиночестве. Лидия искала в Вирту уединения, ее вовсе не тянуло на
переполненные туристами знаменитые курорты. Дикое, открытое всем ветрам
побережье, песок и галька почему-то напоминали ей Эгейское море; порой
холодные волны, лижущие берег, вызывали в памяти Северное море. А еще Лидию
завораживали картины жизни и смерти, которые она наблюдала в прибрежных
водах после того, как волны откатывались назад. Подводные леса раскачивались
в такт невидимому ветру, куда-то спешили крошечные рачки, ловко маневрируя
между камнями, проплывали рыбы, маленькие красные армии сходились в битве с
синими - каждая сторона пыталась занять наиболее выгодную позицию...
Изредка она видела алый парус. Судно порой приближалось к берегу, но
никогда не бросало якорь, и Лидии ни разу не удалось заметить кого-нибудь из
команды. Когда мусор, плавник, раковины, запахи и звуки достигали берега и
начинали отвлекать девушку от созерцания воды, она поднималась по бледным
скалам и уходила подальше от моря. На каменистых склонах росли чахлые
деревья с тонкими кривыми стволами, розовые и желтые цветы усеивали луга;
над оврагами и расщелинами стлался туман, даже когда солнце стояло в зените.
В долинах можно было найти заросшие лианами руины; красноватый чертополох
упрямо карабкался вверх по отвесным склонам. Однажды вечером Лидия поднялась
на холм, и ей показалось, что откуда-то из-под земли звучит музыка. Найдя
небольшую лощину, девушка смогла укрыться от ветра и решила провести здесь
ночь, завернувшись в плащ.
Она лежала под звездами и слушала музыку - глубокие и одновременно
резкие звуки, - словно пришла на необычный, редкий концерт. Неожиданно
характер музыки изменился, звуки стали громче и мощнее. Теперь они лились не
из-под земли, их источник находился где-то совсем рядом. Неужели она
задремала?
Лидия встала и обошла вершину холма. Звуки, похоже, доносились с
юго-запада, справа от нее.
Мир вокруг посветлел, когда, постепенно поднимаясь по склону, она
зашагала навстречу диковинной песне.., и вдруг на соседнем холме, в свете
недавно взошедшей луны, увидела волынщика. Он стоял совершенно неподвижно, и
пронзительные стоны его инструмента наполняли разделяющее их пространство.
Лидия уселась на траву. Вскоре луна начала подниматься, и она
разглядела мужчину, что играл на волынке. Ей вдруг почудилось, будто холмы,
на которых они находились, сближаются. Позднее, обдумывая это странное
происшествие, она вспомнила, что не отменяла своего пожелания оставаться в
одиночестве. Следующие несколько дней Лидия собиралась провести, гуляя у
моря или среди скал, а затем вернуться в Веритэ. Непонятно...
Лидия не знала, как долго она сидела и слушала пение волынки. Луна
поднялась еще выше, и волынщик встал так, что теперь свет падал на него
слева, одновременно озаряя и погружая в тень. Высокие скулы, густые брови,
маленькая бородка. Темные брюки из грубого материала и темно-зеленая, будто
влажная атласная рубашка. Голову украшал берет, а у бедра поблескивала
рукоять какого-то оружия.
Он медленно повернулся к Лидии и посмотрел ей прямо в глаза. Потом
перестал играть, снял берет и поклонился:
- Добрый вечер, миледи.
- Добрый вечер, - ответила Лидия, поднимаясь на ноги.
- Вулфер Мартин Д'Амбри, к вашим услугам.
- Меня зовут Лидия Хаззард. Вы очень хорошо играете. Как вас обычно
называют - "Вулфер", "Мартин" или "Амбри"?
- Я откликаюсь на любое их этих имен, мисс Хаззард. Обращайтесь ко мне
как пожелаете.
- Мне нравится "Амбри". А меня, пожалуйста, называйте Лидия.
- Прекрасно, Лидия, - кивнул мужчина, снова поднимая волынку. -
Присоединяйтесь ко мне, если вам угодно.
Он начал играть необычно притягательную и легкую, словно дыхание
Хранителя, мелодию. Неожиданно для себя Лидия обнаружила, что спускается по
тропинке в долину. Музыка парила над ней, пока она шла сквозь тьму, но,
оказавшись у подножия горы, на вершине которой стоял Амбри, Лидия
сообразила, что теряет волынщика из виду - он уходил на восток.
Девушка поискала дорогу, почему-то решив, что обязательно должна
догнать его и продолжить разговор.
Единственная тропа, которую ей удалось отыскать, вела к вершине.
Ладно...
Она направилась вверх по склону - из темноты к лунному свету. Звуки
волынки удалялись, а когда Лвдия поднялась на вершину, выяснилось, что Амбри
действительно уже далеко. Она нашла тропинку, по которой он скорее всего
ушел - другой просто не было, - и побежала следом.
Прошло довольно много времени, прежде чем музыка стала громче и Лидия
поняла, что расстояние между ними сокращается. Она не заметила, когда
местность вокруг начала меняться, возможно, они выбрались на плато.
Ночью все здесь казалось иным: другие запахи, другая земля. Почему она
так спешит? Этот человек и его волынка прервали ее идиллическое
существование в Вирту. Их никто не звал. Она собиралась вернуться в Веритэ,
выйти из состояния транса, как следует поесть, поиграть в теннис, навестить
родителей, потом вернуться сюда еще на несколько дней и больше уже не
бродить в одиночестве. Однако совершенно неожиданно она оказалась на пороге
какой-то тайны. Необходимо найти Амбри.
И тут волынка смолкла.
Лидия побежала быстрее. Может быть, он остановился, чтобы немного
передохнуть. Или с ним что-то случилось. Он мог упасть. А если...
Она споткнулась. Упала, вскочила на ноги и помчалась дальше. Ночь вдруг
стала холодной, тени перестали быть обычными сгустками тьмы. Казалось, во
мраке прячутся чудовища, наблюдают за ней, шевелятся, готовятся напасть.
Тропа углубилась в долину, пересекла ручей - Лидии пришлось перейти через
него по камушкам, - а потом снова начала подниматься в гору. Сзади
послышался грохот камней, словно кто-то гнался за ней, не особенно заботясь
об осторожности. Лидия не оглядывалась.
Вдруг волынка заиграла вновь - где-то далеко слева. Поспешив вперед,
девушка поняла, что музыка приближается. Но когда ей показалось, что она
вот-вот увидит Амбри, среди холмов опять повисла тишина.
Лидия выругалась про себя и в тот же миг услышала шум преследования, а
легкий бриз донес до нее свежие запахи моря. Неужели она сделала петлю и
вернулась к воде? Лидия посмотрела на луну, пытаясь сориентироваться, но
яркий диск завис у нее над головой.
Тогда она решила, что будет двигаться в прежнем направлении. Впрочем,
ей пришлось идти медленнее, поскольку вокруг оказалось множество высоких
камней, расставленных в долине по какому-то необъяснимому принципу.
Вскоре Лидии почудилось, будто она различает впереди какое-то
шевеление. Девушка испуганно замерла и начала вглядываться в темноту, но все
снова застыло, точно на картине художника. Тогда она сделала несколько шагов
вперед и тут же поняла - справа что-то происходит. На сей раз у нее возникло
ощущение, что один из огромных валунов сдвинулся вперед по меньшей мере на
дюйм. Затем она с изумлением увидела, как другой громадный камень
переместился сразу на несколько дюймов. Потом третий. Четвертый...
Долина ожила. Складывалось впечатление, что камни стоят, а Лидия
медленно плывет мимо них. Валун перед ней начал увеличиваться. Она протянула
руку и коснулась его. Камень скользнул мимо. За ним другой...
Вдруг кто-то схватил ее за локоть и оттащил в сторону. Лидия вскрикнула
и обернулась.
- Простите мою грубость, - сказал Амбри, - но в противном случае они бы
вас прикончили.
Лидия кивнула и последовала за ним, как ей показалось, на запад. Теперь
камни скользили мимо еще быстрее, хотя ни один из них не раскачивался.
Кавалькада устремилась на юг.
- Полная луна, - проговорил Амбри. - Они просыпаются и спешат к реке
напиться. А к утру возвращаются на свои места. Лучше не стоять у них на
дороге, когда они пришли в движение. Масса, момент инерции.
- Спасибо. - Лидия рассмеялась, но в ее смехе послышались истерические
нотки.
- Что такое, мисс Лидия? - спросил Амбри.
- С одной стороны, вы говорите о твердой материи так, как пишут в
учебниках, - ответила Лидия, - а с другой - утверждаете, будто камни
направились пить. Это больше напоминает галльскую легенду.
- Ну, все легенды нашли дорогу в Вирту, - отвечал Амбри, увлекая
девушку за собой подальше от поля камней, - и научные, и фольклор.
- Однако научные принципы, законы и константы носят в Веритэ
универсальный характер.
- Как и в Вирту. Только здесь есть наделенные разумом существа, которые
в состоянии манипулировать ими по собственному усмотрению, я уж не говорю о
наших личных установках.
- Но тут ими можно манипулировать.
- В соответствии с правилами - некоторые из них довольно хитрые, однако
они существуют. Все универсально. Можно сделать так, чтобы установилось
полное соответствие. Просто часто бывает нелегко совладать со своими
чувствами, да и с разумом тоже.
Он уводил ее подальше от камней. Сейчас валуны двигались стремительно -
черные тени в полнейшей тишине уносились прочь.
Лидия шла рядом с ним, Амбри обнимал ее за плечи, край его плаща
укрывал от ветра.
- Куда мы идем? - спросила она.
- Туда, где тепло и спокойно, - ответил он, и хотя Лидия рассчитывала
на виртуальное любовное приключение, она так и не решила, как должен
выглядеть ее любовник.
Она посмотрела на него и улыбнулась.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 21 июл 2012, 12:11 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
Джон Д'Арси Доннерджек шел по Тропам Огня и Крови, Воды и Пыли, Ветра и
Стали. Он был ближе всего к тому, чтобы сойти с Пути, когда выбрался на
Тропу Слоновой Кости и Дерева, где Хранитель в образе ребенка с корзиной
цветов почти сумел убедить его, что он свернул не туда и идет по дороге,
ведущей в Светлое Царство Эльфов. Но между ними промелькнул муар -
Доннерджек увидел истинный облик того, кто скрывался под личиной ребенка, и
зашагал дальше. Тогда Хранитель, обнажив клыки, перешел в наступление, его
тяжелый металлический хвост высекал искры из камня. Но Тропа Слоновой Кости
и Дерева защищала путников даже от духов.
На Тропе Земли и Пепла обезумевший фант выскочил из ямы и бросился на
них. Сохранивший присутствие духа Доннерджек заметил вздутие над одним из
передних клыков зверя и поманил врага к краю тропы, подальше от Эйрадис,
одновременно пытаясь вспомнить, где находятся жизненно важные центры
существа. Затем под влиянием одного из озарений, которыми он прославился в
научных и инженерных кругах, Доннерджек надавил большими пальцами на две
аку-пунктурные точки на голове зверя - дальше оставалось толь ко ждать. Фант
перебирал ногами, но так и остался стоять на месте, словно понимал, чего
хочет человек. Дыхание его постепенно успокоилось, он несколько раз негромко
фыркнул и пристально посмотрел на Доннерджека. Потом повернулся, сошел с
Тропы и удалился.
За следующим поворотом появился Хранитель - симпатичного голубого
цвета, внешне похожий на гусеничный трактор - и с нечеловеческой злобой стал
угрожать путешественникам. Фанта, наблюдавшего за происходящим из ближайшей
рощи, видимо, переполняло чувство элементарной животной благодарности, и
потому он поспешил к ним на помощь с твердым намерением растоптать врага.
Через несколько мгновений Хранитель уже истекал жизненными соками, свисая с
тернового куста. Даже в Вирту иногда полезно делать добрые дела.
Доннерджек снова двинулся вперед, ему предстояло решительное испытание
- Бездна Звезд и Мостов. Он уже слышал стоны раскачивающейся конструкции и
наводящий ужас скрежет зубов истолкования - путники приближались к месту
возникновения первичного языка, где слова творения создали Вирту.
Джон медленно, но твердо шагал вперед - он был одним из немногих, кто
постиг тайную географию мира. И потому осуществление его замыслов было
возможным, но дорога домой отнюдь не стала легче. Когда Доннерджек поднялся
на последний холм и очутился возле стонущей стены огня, охватившего пролеты
моста, у него внутри все похолодело и страх смерти прокрался в сердце.
Поднявшись с колен и убрав руки от лица, он позвал Эйрадис и
почувствовал, как ее ладонь легла ему на плечо. Доннерджек расправил плечи,
вскинул голову и дрожащим голосом, который постепенно набирал силу, запел
песню и сделал первый шаг к пропасти.
x x x

Высоко на вершине горы Меру, в центре вселенной, на каменных тронах
неподвижно сидят Боги, наблюдая за миром Вирту. Они пожертвовали
способностью двигаться ради всезнания - любое действие ослабляет остроту
восприятия и, возможно, мудрость, Отослав существенные части своего "я" в
воинствующие воплощения, они значительно замедлили деятельность оставшихся
здесь личностей. И посему их разговоры растянуты во времени (обычном для
прочих). К счастью, в центре Вирту преобладает эквивалент сингулярной
математики, давая жизнь этим чудесным и одновременно раздражающим аномалиям,
которые младшие Боги именовали "физикой вечности", отчаянно завидуя Великим,
чья жуткая, вызывающая благоговение непостижимость таилась там, где между
мирами дуют суровые ветры.
Небопа, Морепа и Террама осознают, что от их "я" осталось совсем
немного - ведь огромное количество воплощений устремилось в иные миры.
Бесконечно долгие беседы - иногда больше напоминающие монологи - необходимы
им для того, чтобы сохранить собственную личность. Они боятся, что молчание
уничтожит их целостность и они превратятся в крошечные частички,
разбросанные по разным царствам Вирту. Конечно, существуют иерархии внутри
иерархий, когда кто-то из них спускается с небес, или посещает землю, или
инспектирует моря.
- ..Так начался новый цикл, - заметил Морепа, когда прошло безымянное
десятилетие.
- И как бывает со всеми крупными событиями, его происхождение остается
неясным, - ответила Террама, - если только к нему не приложил руку Небопа.
- Он уже давно молчит. Возможно, Небопа занят.
- А может быть, окончательно распался.
- Интересно...
- Нет. Небопа ведет какую-то игру. Сейчас он тихонько напевает.
- Гм-м.
- Только ты не вздумай что-нибудь устроить.
- Думаешь, в действительности его здесь нет?
- Если сами Боги не знают, то кто ответит на твой вопрос?
- Мы можем воспользоваться его отсутствием, призвать сюда наши
воплощения, а потом перенести их в пещеру, где гораздо удобнее и...
- И мы на некоторое время потеряем связь с нашими слугами.
- ..Зато наладим связь друг с другом, красавица.
- Верно, и это будет приятно. Хотя какими будут последствия, если мы
займемся любовью, никто не сможет предсказать, не говоря уже о поэтических
аспектах.
- Какого дьявола! Пусть он развлекается со своими мантрами, а мы
отправимся в постель.
- Подожди немного, я создам иллюзию, чтобы скрыть свое отсутствие.
- И тогда мы вновь откроем себя и заставим двигаться горы.
- Такова поэтическая часть.
Морепа погрузился в размышления. Его представление о духовном развитии
Вирту несколько изменилось, ведь теперь все воплощения находились в одном
месте. Панорама оставалась яркой и многоцветной - хотя рамки изображения
несколько сузились, - но он увидел тенденции, в то время как раньше созерцал
лишь события.
- Террама, я думаю, могут возникнуть необычные социальные течения,
которые будут связаны со Стадией IV, - заметил Морепа, когда они
направлялись к пещере.
- Не говори глупости, - сказала она, коснувшись его бедром. - Ни одному
смертному на Веритэ или в Вирту не придет в голову, что для подобных явлений
существует теоретическое объяснение.
- Верно, - согласился он, поймав Терраму за руку.
- ..Даже если кто-то и заинтересуется данной проблемой, она так и
останется лишь гипотезой без очевидного применения.
- Я найду, где ее использовать.
- Но вовсе не для того, о чем мы говорили в начале.
- Да, ты права, - ответил Морепа, входя в пещеру.
- Ну а что теперь ты предпочтешь исследовать - теорию реальности или
женскую анатомию? - спросила Террама.
- Когда ты ставишь вопрос таким образом, я начинаю думать, что не зря
провел столько столетий, размышляя над теологическими вопросами.
Террама небрежно махнула рукой, и пещеру озарило сияние, осветившее
дорогу к постели. Через несколько секунд Морепа пошевелил пальцами, и стало
темно.
- Последними сюда входили Варга и Агрима, - заметила Террама.
- Да, прежде чем они отправились в неизвестные миры, - ответил он,
скидывая одежду на землю.
- Много лет назад, - заметила она, - впрочем, они провели здесь совсем
немного времени.
- Варга этим известен, - сказал Морепа. - Быстро и по существу.
Террама захихикала:
- Ужасная репутация.
- Море, с другой стороны, отличается медлительностью, упорством и
никогда не устает. Хотя порой становится диким.
- Посмотрим.
x x x

Деревня Эйлин а'Темпл Дьюб имела и другие названия в списках
Национального треста <организация по охране исторических памятников,
достопримечательностей и живописных мест (в Великобритании).> Шотландии, но
Доннерджек помнил именно это; так он и назвал ее, когда стоял в телефонной
будке внутри огненного круга - остановке для отдыха на Длинном, Длинном
Окольном Пути. Решив все спланировать заранее, он вспомнил черный замок на
побережье Шотландии, в котором дважды побывал еще мальчишкой. Замок имел
какое-то отношение к Макмилланам, Маккеям и Маккриммансам, числившимся среди
предков его отца. Впрочем, Доннерджек не знал, существует ли замок сейчас; к
тому же неизвестно, как отнесутся к его предложению сторонники сохранения
средневековых памятников.
Он позвонил своему адвокату Вилсону в Веритэ; тот пожаловался на плохую
слышимость и хотел обсудить проблемы, возникшие в Институте Доннерджека, но
сразу посоветовал Джону обратиться к адвокату отца, Макнейлу в Эдинбург -
или к его преемнику, - чтобы установить, является ли Доннерджек владельцем
титула, и если да, то что необходимо сделать для приведения в порядок
семейной резиденции. Вилсон хотел обсудить текущие контракты, однако экран
поглотили языки пламени - пять минут, отведенные на разговор, закончились, а
поскольку Доннерджек всегда отличался бережливостью, он не стал тратить еще
одну карточку.
x x x

Сейджек устроился в развилке ветвей, выше остальных своих
соплеменников. Отсюда было видно всех сразу. Чем больше времени им
понадобится, чтобы до него добраться, тем легче подготовить достойную
встречу. Как, например, сейчас.
Он крепко спал и видел сны о сексе и насилии, которые достаточно часто
шли рядом в его реальной жизни Сейджек почувствовал чье-то присутствие и
успел проснуться задолго до того, как Чимо приблизился к нему настолько,
чтобы напасть, если таковы были его планы.
Сейджек рыгнул, испортил воздух и почесался. А потом стал молча
наблюдать за Чимо, пока тот не оказался на таком расстоянии, что они могли
слышать друг друга.
- Сейджек, - позвал Чимо, - скорее. У нас неприятности.
Сейджек нарочно зевнул, прежде чем ответить:
- Какие неприятности?
- Икси. Со всех сторон. Но больше всего на юге. А еще на западе и
севере.
- Сколько икси?
- Все пальцы рук. Все пальцы ног. И член. Много раз. Только на юге.
- Что они делают?
- Ничего. Сидят в лагере. Едят. Делают свои дела. Спят.
- А как насчет тех, что на западе и на севере?
- Все пальцы. Может быть, нужно добавить несколько членов. Они только
что пришли. Пока мы наблюдали, с севера появились еще.
- Ты и Стаггерт?
- Да.
Сейджек потянулся к талисману. Ему потребовалась не одна неделя, чтобы
научиться завязывать узел на веревке, которую он нашел в лагере охотников за
головами. Однако он видел узлы раньше и знал, для чего они нужны. А на этой
веревке уже был узел. Сейджек использовал его в качестве образца. Снова и
снова он возился с веревкой, пока не освоил новое и столь трудное искусство.
Потом пришла очередь разных вариантов. Он готов.
Сейджек тщательно прикрепил оба конца веревки к волосам на голове
Большой Бетси. Теперь голову можно пристроить на палку или надеть на шею
ради какого-нибудь торжественного случая. Сейчас голова свисала с ближайшей
ветки; он поглаживал ее, когда ему требовалось хорошенько подумать - и на
удачу. Мачете Сейджек спрятал в дупле другого дерева; периодически он
доставал свое оружие, если хотел что-нибудь отрезать.
Некоторое время Сейджек раздумывал, не взять ли голову с собой. Однако
ему предстоит дальний путь, к тому же придется спешить. Голова может
запутаться в кустарнике. Он попрощался с ней и обратился к Чимо:
- Отведи меня на юг. Потом на запад и север. Я должен сам посмотреть на
икси.
Сейджек последовал за Чимо вниз. Он предупредил клан о появлении икси и
направился на юг. Через несколько часов вождь уже прятался в кустах рядом с
Чимо и изучал лагерь.
Здесь действительно собралось множество охотников; они ели,
разговаривали, чистили и точили оружие. Сейджеку еще никогда не приходилось
видеть такое количество икси. Вместе с дурными предчувствиями возникло
немало вопросов. Почему их так много? Почему сейчас? И вообще, это охотники
за головами, а не икси в зеленой форме. Почему охотники?
Икси являлись официальными представителями властей; их посылали
откуда-то издалека сделать работу - чаще всего она заключалась в том, чтобы
убивать представителей Народа. Но иногда икси рубили деревья или сажали их,
выкапывали рвы, поворачивали реки вспять. А вот охотники за головами всегда
только убивали - и, в отличие от икси, уносили с собой сувениры, знаки того,
что работа сделана. Именно встречи с охотниками надоумили Сейджека забрать с
собой голову Большой Бетси. Охотники вели себя свободнее, были опаснее,
хитрее и заслуживали большего уважения.
Обычно они приходили поодиночке или небольшими отрядами, но,
разглядывая новую стоянку, Сейджек предположил, что охотники на севере и
западе явились сюда по одной и той же причине. Совсем не похоже на случайное
совпадение...
Через некоторое время он коснулся плеча Чимо:
- Теперь отведи меня на запад.
Пока они шли, Сейджек размышлял о том, где сейчас обитает клан Отлага.
Или Дортака. Или Билгада. Примерное представление о местах пребывания других
кланов помогало избегать споров из-за территории. Однако в данный момент его
интересовало их точное местонахождение.
За западным лагерем Сейджек наблюдал с совсем близкого расстояния; он
начал подозревать, что никакой другой клан не будет окружен тремя отрядами
охотников за головами. Очень скоро он узнает это наверняка, но уже сейчас
Сейджеку стало не по себе. Хога, наблюдавший за западной группой, рассказал
ему, что последние охотники только что прибыли. Они разбивали лагерь и,
похоже, не собирались сниматься в ближайшее время. Поэтому Сейджек решил,
что враг планирует провести здесь ночь, прежде чем выступить вместе с
другими отрядами против его Народа.
Хога и Гонго, по приказу Стаггерта наблюдавшие за отрядом с самого
утра, последовали за Сейджеком, когда тот отошел подальше от лагеря.
- Ты знаешь, где сейчас кланы Дортака, Билгада или Отлага? - спросил
Сейджек.
- Отлаг там. - Гонго показал на север. - Далеко, за следующим лагерем
охотников. Дортак еще дальше на западе. - Он снова махнул рукой. - Где
Билгад, я не знаю.
Сейджека охватило странное ощущение - он понял, что Билгад направился
на юго-запад. Таким образом, только его клан с трех сторон окружен
охотниками за головами. Теперь он не сомневался, что ему хотят отомстить.
Он попытался представить себе, каким образом охотники расставят свои
три отряда, чтобы действовать наверняка и окружить его людей. В голове
начали возникать различные схемы. Ему вдруг страшно захотелось вообразить
всю картину заранее. Подыскивая слово для концепции "план", Сейджек
неожиданно все понял. И тогда ему стало ясно, что возникла такая ситуация,
когда он должен превзойти самого себя, придумать нечто особенное.
- Отведи меня на север, - приказал он, - туда, где Стаггерт следит за
последней группой.
Сейджек прикинул расстояние, пока они шли, и подумая о Круге Шаннибал,
понимая, что необходимо перехитрить неприятеля и действовать быстро.
Вскоре после полудня они приблизились к северному лагерю. Стаггерт
встретил их и повел на свой наблюдательный пункт на вершине холма.
- Самый маленький лагерь, - заметил Сейджек. - Столько, сколько пальцев
на двух руках.
- Часть ушла патрулировать, - сказал Стаггерт.
- Народ в большой опасности, - проговорил через некоторое время
Сейджек.
- Нам угрожают эти? - спросил Стаггерт.
- Да. И еще отряд на западе, который должен напугать Народ и заставить
отступить на юг, где ждет самый большой отряд.
- А откуда ты знаешь? - спросил Стаггерт. Сейджек вспомнил о том рейде,
когда он убил Большую Бетси. Другие охотники пришли сюда потому, что впервые
изведали страх - они боялись сами стать дичью.
- Если я расскажу тебе все, что знаю, Стаггерт, ты станешь слишком
умным, - ответил Сейджек, - как я. Им нужны наши головы, и они их возьмут.
Если мы не найдем способ их прикончить.
Он повернулся к Чимо:
- Возвращайся к двум другим лагерям. Возьми с собой Гонго. Возьми Хого.
Возьми Окро. Приведи их сюда, пусть ждут меня.
- Ждут? - спросил Чимо. - А куда пойдешь ты?
- Вернусь обратно к клану.
- И приведешь их?
- В одно место неподалеку.
- Зачем?
Сейджек оглядел своих заместителей. Потом постучал по лбу:
- Новый способ сражаться.
- Как ты его назовешь?
- Война Народа, - ответил Сейджек. Потом повернулся и скрылся в
джунглях.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
 Сообщение Добавлено: 26 июл 2012, 14:52 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
К вечеру Сейджек привел клан, оставив всех, кроме способных сражаться
мужчин, на поляне, примерно в миле от северного лагеря охотников. На шее у
Сейджека висел талисман, и он взял с собой палку которая режет. Воинов
Сейджек расставил в узкой долине, рядом с лагерем врага. Потом провел
совещание с командирами.
Стаггерт, Чимо, Сват, Гонго, Окро и Хога стояли в сумраке поляны и
слушали вождя.
- Сегодня мы убьем охотников. Знаете как? Все утвердительно зарычали.
- Ничего вы не знаете, - возразил Сейджек. - Вы думаете, что нужно
ворваться в лагерь, устроить страшный шум и начать драку. Нет, не так. На
этот раз нужно действовать иначе. Когда станет темно и все заснут, мы
подойдем как можно ближе. Сначала убьем тех, кто возле оружия. А в конце
концов прикончим всех. Если у нас не получится или если они доберутся до
своих острых палок, мы позовем на помощь еще воинов, готовых драться. Еще
одна группа будет ждать моего сигнала. Нас слишком много, чтобы напасть
одновременно, мы только помешаем друг другу. Все поняли?
Они снова утвердительно зарычали.
Ее тело находилось в одноместной палате; питание, массаж и все прочее
осуществлялось специальным прибором-стражем. Страж связался с ней в Вирту,
предупредил, что время истекает и пора возвращаться в Веритэ в соответствии
с планом отдыха, который наметили для нее родители - неделя в Вирту и неделя
в Веритэ. И так в течение всего лета. Лимит уже исчерпан, ей предоставили
дополнительный срок, который, в свою очередь, тоже подходит к концу.
Однако когда ее ноги раздвинулись, а бедра начали совершать короткие
быстрые движения, страж приостановил процесс насильственного возврата. Лидия
начала тихонько стонать, а страж занялся оценкой ее состояния в Вирту.
Сексуальные отношения, не связанные с насилием, обычно служили достаточным
поводом для автоматического продления периода пребывания в Вирту. Когда же
речь шла о насилии, многое зависело от того, кем является клиент -
насильником или жертвой. Тут возникало немало юридических тонкостей,
связанных с защитой клиента. Сканирование показывало, что в данном случае
все происходит по обоюдному согласию. Страж, к несчастью, не мог оценить
последствий исчезновения одного из партнеров сразу же вслед за наступлением
оргазма.
Неожиданно ноги Лидии сомкнулись вокруг невидимых бедер. Движения стали
резкими, ногти вцепились в невидимую спину. Монитор зафиксировал увеличение
частоты биений сердца, повышение кровяного давления, учащенное дыхание. Он
не заметил, что Лидия улыбается - так называемый "эффект любовника-демона",
когда люди наблюдают за происходящим будто со стороны, продолжая хрустеть
попкорном.
Как только наступила релаксация, страж активировал механизм возврата.
x x x

...И падал. И, черт подери, падал...
Его тело неподвижно покоилось на дне инерции, он опускался с лишенного
вершины холма, по склонам, словно опаленным ударом молнии.
Тропа вела через пустынные земли и через холмистые и по мертвым
равнинам, напоминающим брошенные после съемок фильма декорации. Вверх,
только вверх вела тропа, в царство ослепительного света. Однако он был не из
тех, кто отступает, и потому шел все дальше. Взбегал по вертикальным
поверхностям, перепрыгивал бездонные пропасти. Он искал...
...И нашел?
Точнее, его нашли.
Он следовал за запахом. И вдруг оказался внутри. Он поднялся в воздух,
и его завертело в фантастическом танце сорванного осенним ветром листа.
Вокруг мерцал ошеломляюще яркий свет.
- О ужасающий пес, стремящийся по следу. - Голос, как и запах,
казалось, звенит, доносится со всех сторон, окутывает его. - Ты зашел
слишком далеко!
Мизар закинул голову и завыл так, как его научил Танатос.
Послышался глухой удар, сияние окружило его тело. Вой смолк, едва успев
возникнуть. И снова пса завертело, а воздух наполнился новыми запахами -
горящей изоляции, кипящего клея, паленой краски, расплавленного металла.
Мизар летел, кувыркаясь и переворачиваясь, и вдруг почувствовал, как его
швырнуло с края огромной скалы прямо в молчаливое небо, где в вечном сумраке
расцветали звезды, а внизу проплывали облака.
И его объял мрак.
Он падал и падал - долгие дни, может быть, целые столетия, это зависело
от миров, в которые он попадал...
...вниз...
Глава 3

Скитаясь, Транто давно потерял счет времени. Он никогда не обращал на
него особого внимания, но сейчас окружающий мир, в частности время и
пространство, алым туманом укутало безумие.
Однако, когда боль стихла, изменилось и отношение огромного фанта к
собственному существованию. Туман стал почти прозрачным, теперь Транто
останавливался и подкреплялся цветами. Вскоре он осознал, что находится на
просторной равнине, рядом с джунглями. Вернулись воспоминания о прежней
жизни, когда он был еще совсем маленьким фантом в большом стаде, которое
обитало в долине, очень похожей на эту. Кто знает? Может быть, он вернулся
туда, где провел свое детство?
Долгие дни Транто бродил, ни о чем не думая, а его разум витал между
мечтами и реальностью. Он погрузился в эйфорию, всегда наступавшую вслед за
приступами. Транто двигался, ел и пил, постепенно набирая потерянный вес, и
ему стоило больших усилий делать то, чего не требовали обстоятельства. Он
наслаждался простыми радостями жизни.
Дни шли за днями, спокойные и безоблачные. Местные хищники побаивались
необычно могучего фанта с громадными клыками, словно высеченными из кусков
распавшейся на части луны. Однажды, когда боль прошла совсем и сознание
снова к нему вернулось, Транто впервые подумал, что где-то неподалеку могут
быть и другие фанты. За долгие годы жизни он знавал множество разных стад, и
сейчас он уже начал скучать без своих соплеменников. Было бы неплохо завести
подругу. Все тревожные симптомы давно исчезли, вероятность их скорого
возвращения ничтожно мала.
Тогда он занялся поисками. Сначала нужно найти стадо. И хотя сам Транто
часто стремился к одиночеству, его периодически посещало желание обрести
компанию - как, например, сейчас. Конечно, мало просто разыскать стадо.
Придется убедить фантов принять его в свои ряды. Обычно новичку назначали
серьезный испытательный срок и он занимал самое скромное положение. Это
тянулось долго, слишком долго. Но тут ничего не поделаешь - существует
этикет, свод правил, которым необходимо следовать. Главное - выяснить, где
находятся сородичи.
Он долго и громко трубил, а потом слушал, пока окончательно не смолкало
эхо. Ответа не последовало, да он и не слишком-то на него рассчитывал - на
первый зов не принято отвечать. Транто снова трубил, а потом бродил по
равнине. Нашел ручей и как следует напился.
Что ж, пора отправляться на поиски. Поскольку ему попадались лишь
старые следы, а на призыв никто не ответил, выбор направления не имел
особого значения. За исключением запада. Там раскинулись джунгли.
Трава и побеги успели вырасти снова, значит, его соплеменники давно
покинули здешние места. Земля уже почти оправилась, и Транто не сомневался,
что фанты обязательно вернутся, когда истощится район, где они сейчас
обитают. Конечно, равнина огромна и может пройти много времени, прежде чем
они появятся; с другой стороны, здесь вполне хватит места и для других
стад... Он погрузился в размышления.
Теперь, когда Транто чувствовал, что силы и разум вернулись к нему, он
решил не надеяться на случайную встречу. Как приятно вновь ощутить запах
фантов, потереться о дружеское плечо!.. Нужно искать. Так он и поступит и
обязательно найдет сородичей.
Транто медленно повернулся. Север, восток, запад, юг... Да, юг. Там
старая тропа.
Он уверенно зашагал на юг, не собираясь, впрочем, строго следовать
старой тропе. Фанты где-то на юге - этого вполне достаточно. Транто не
слишком-то торопился. После того как решение было принято, вступили в
действие законы природы - или так ему показалось. Могучий фант славился
своим терпением - как и яростным нравом.
А еще он не мог пожаловаться на память: Транто отлично помнил
каменистые равнины, по которым проходил, - впрочем, тогда он был маленьким и
все вокруг казалось таким большим... Надо заметить, что сентиментальностью
Транто не отличался - просто не знал этого чувства. Он упрямо шагал на юг, а
хищники, чью территорию он нарушал, прятались до тех пор, пока чужак не
исчезал из виду. Фант брел среди высокой травы, утолял жажду в прудах или
лесных ручейках. Птицы с темным опереньем садились ему на спину, выклевывая
паразитов. Изредка они болтали.
- У тебя здесь жуткий шрам, большой друг. Как ты его заполучил?
- Центральный шест циркового тента оцарапал меня, когда я его сломал.
11 мая 2108 года.
- О, значит, ты бывал в городах!
- Бывал.
- Я не знаю никого, кто оттуда вернулся.
- Теперь знаешь. Видел недавно моих соплеменников?
- Недавно - нет. Они появляются и уходят.
- - А как на юге?
- Они направлялись именно туда. Может быть, я сам скоро туда полечу.
Здесь стало плохо с жуками. А этот шрам откуда?
- От копья, которое бросил в меня один клейкий человечек.
- Клейкий человечек? Не понимаю.
- Он стал клейким после того, как я его растоптал. 7 августа 2105 года.
- - У тебя возникали проблемы с икси или охотниками за головами?
- Да, но давно.
- Их сейчас очень много в джунглях.
- Кого именно?
- Охотников. И наблюдателей икси.
- Охотники покруче. Однажды меня чуть не прикончили, когда за мою
голову назначили награду. 17 сентября 2113 года. Женщина. Большая Бетси, так
ее звали.
- Она мертва.
- Хорошо. Иногда мне снится, что она продолжает меня преследовать. А
кто ее убил?
- Сейджек. Из древесного народа. Взял ее голову. До сих пор носит с
собой. Транто фыркнул:
- Это имя кажется мне знакомым.
- Сейджек - вожак самого большого клана. Быстрый. Может рукой поймать
летящую птицу. Я видел. Он сильный. Очень опасный.
- Они тоже становятся клейкими, если по ним пройтись. Большая Бетси
любила устраивать засады. Она тоже оставила мне на память шрам. А что хотят
охотники и икси сейчас?
- По-моему, голову Сейджека. Они в ярости из-за Большой Бетси и тех,
кого он укоротил.
- Если бы они держались подальше отсюда, не возникло бы никаких
проблем.
- Верно.
- Не они создали нашу землю. А теперь, ни с того ни с сего, ведут себя
так, словно они здесь хозяева.
- Они никогда не бывают счастливыми.
- Пожалуй, ты прав.
- Может быть, чуть позже я займусь другими шрамами на твоей спине.
Улетаю в джунгли. Хочу посмотреть, что там произойдет.
- Не приближайся к Сейджеку, - Не буду. Удачных тебе поисков.
- Благодарю.
Транто затопал дальше. Весь день он двигался на юг, останавливаясь
только для того, чтобы поесть и напиться у бочагов. Ночью он брел под небом,
полным ярких звезд.
Так проходил день за днем. Один раз ему пришлось преодолеть нескончаемо
длинный сухой участок, где даже трава пожухла. А потом его настиг ливень,
наполнивший все впадины водой. Дальше местность стала каменистой. Транто
продолжал идти на юг и вечером обогнал мужчину и женщину, шагающих по тропе,
которую окружали диковинные белые отметины, мерцающие, словно воздух над
землей в жаркий полдень. Транто показалось, что это тот самый человек,
который недавно ему помог. Однако когда он приблизился, люди исчезли и
появились далеко впереди - минут десять они маячили на фоне багряных лучей
заходящего солнца, после чего окончательно скрылись из виду. А Транто еще до
наступления темноты напал на свежий след фантов, уходящий дальше на юг.
В течение трех дней он шел по этому следу. На четвертый ветер принес с
востока знакомый запах. Его сородичи. Фанты. В первый раз за последнее время
Транто заторопился вперед.
Вечером того же дня он оказался там, где недавно прошло стадо. На
следующее утро нашел удобную тропу. Ветер сменил направление, но когда снова
подул с востока, запах оказался еще более отчетливым.
К полудню Транто увидел первых фантов - массивные фигуры, не торопясь,
перемещались по далекой равнине. Он замедлил шаг, а потом остановился,
наблюдая за ними. Впервые за долгое время в нем проснулось нечто
напоминающее радость. Скоро он вновь будет среди своих соплеменников...
Однако к радости примешивалась горечь: чужаков в стадо принимают неохотно.
Один из возможных вариантов - находиться на периферии группы, вести
себя скромно и ждать, пока кто-нибудь тебя заметит. Постепенно - пройдет
очень много времени - тебя примут, хотя на социальной лестнице твое место
будет последним.
Подсознательно Транто чувствовал, что он старше любого из фантов, кого
он видел на этой равнине. Ведь он уже так долго живет на свете! Ему вдруг
пришло в голову, что в прошлом это вполне могло быть его стадо, возможно
даже, что он появился здесь на свет и просто пережил всех своих
соплеменников.
Мысль о возвращении в качестве чужака и отщепенца раздражала. Впрочем,
чего же еще ожидать, учитывая его склонность к скитаниям... Шагая
взад-вперед и сердито пофыркивая, Транто пришел к выводу, что не ошибся -
фанты откажут ему в праве занять законное место в его собственном стаде. И
чем больше он думал, тем сильнее злился.
Он ходил вокруг фантов целый день, давая им возможность как следует
себя разглядеть. Гнев не улетучивался. Да, скорее всего его догадка верна.
Очень многие напоминали тех, кого Транто знал в прежние времена. Потом он
вдруг подумал о своем гневе. В прошлом он не раз попадал из-за него в беду,
но тот гнев был порождением безумной боли. Сейчас все иначе.
На второй день Транто приблизился к стаду. Около полудня к нему
направился самец-коротышка, несомненно занимающий самое последнее место в
иерархии. Посмотрев на Транто, он представился:
- Меня зовут Маггл.
- А меня - Транто.
- Легендарное имя. Отец стада.
- А кто сейчас во главе?
- Скарко. Вон там, возле рощи. Транто посмотрел в указанном направлении
и увидел крупного фанта, который точил клыки о шершавый валун.
- Он давно ваш вожак?
- Столько, сколько я себя помню.
- Ему кто-нибудь бросал вызов?
- Это происходит регулярно. Равнина устлана костями тех, кто не
добрался до нашего кладбища, чтобы быть воспетыми в песнях.
- Понятно. А как у вас принимают в стадо новых членов?
- В целом как обычно. Чужак ходит вместе с нами пару сезонов, на него
падают все шишки, он получает самые незавидные задания. Еще через несколько
сезонов он немного продвигается вперед.
- Немного?
- Насколько сможет - обычно не слишком далеко. Сначала приходится быть
на посылках. Если, конечно, ты не боец. Тогда продвинешься настолько,
насколько удастся.
- Иными словами, у вас все так же, как и везде.
- Насколько мне известно.
- Хорошо. Меня уже все заметили?
- Полагаю, кроме тех, кто страдает близорукостью, и тех, кто отошел на
запад.
- Ну, я бы хотел, чтобы меня хотя бы узнавали. Как ты думаешь, сколько
потребуется времени?
- Пожалуй, три дня.
- Ты назовешь мое имя остальным?
- Конечно. Меня послали его узнать. Мне постоянно дают такие поручения.
Побыстрее бы ты к нам присоединялся - тогда я смогу на тебе отыграться.
На следующий день все фанты прошли мимо, поглядывая на Транто. Потом к
нему приблизился Маггл и остановился рядом.
- Они знают твое имя, и я выяснил, что оно встречается нечасто. Меня
послали проверить, есть ли у тебя на ногах следы от цепей, и выяснить, был
ли ты когда-нибудь вожаком стада. Очевидно, существовал какой-то Транто,
которого поймали в сети и увезли. Рассказывают историю, связанную с высоким
зданием.
- Да, я был вожаком стада, - ответил Транто. Маггл подошел поближе,
чтобы осмотреть его ноги.
- Отметины на твоих ногах похожи на те, которые мне описывали.
- Кто?
- Скарко.
- Так, значит, вожак мной заинтересовался?
- Да. Он спрашивает, что ты собираешься здесь делать.
- Ага. Я намеревался подождать три дня, чтобы все узнали, кто я такой,
а потом вызвать его на поединок.
- На бой? Клык к клыку? Тело к телу?
- Да, как обычно.
- До смерти?
- Если возникнет необходимость.
- А ты когда-нибудь бился?
- Да.
- До смерти?
- Да. Хотя до этого доходило редко.
- Почему?
- Тебе приходилось видеть, как фант убивает фанта?
- Ну нет. Но жестокие бои я видел.
- Именно. Обычно мы прекращаем бой, когда становится ясно, кто сильнее.
- Три дня, говоришь... А когда ты начал считать?
- Первый день был вчера, сегодня второй.
- Завтра? Завтра ты вызовешь Скарко?
- Послезавтра. Я имел в виду три полных дня. Тогда уже все будут знать,
как я выгляжу. Получится, что я почти представлен стаду.
- Но так не принято. Обычно начинают с того, что дерутся с каким-нибудь
обычным фантом, и постепенно продвигаются вверх. Рано или поздно каждый
находит свое место, и все заканчивается.
- Я прекрасно знаю, где мое место. И решил пропустить промежуточные
бои.
- Это опасно.
- Я рад, что ты оценил мои намерения.
- Прошу меня извинить.
Продолжая неторопливо прогуливаться, Транто заметил, что через
некоторое время Маггл, как будто случайно, оказался неподалеку от Скарко.
Некоторое время они стояли рядом. Потом подлетела черная птица и села на
голову Скарко.
В тот же день, ближе к вечеру, Маггл снова подошел к Транто:
- Я говорил со Скарко... Транто что-то проворчал.
- Он считает, что тебе не следует так поступать, пока ты не успел как
следует со всеми познакомиться. А вдруг - гипотетическое предположение,
конечно, - ты победишь Скарко, а потом окажется, что тебе не нравится
должность, или район, или не устраивают подданные?
- Мы всегда можем перебраться на другое место, - возразил Транто, - а
что касается самой должности, то я уже говорил, что раньше был вожаком
стада. И у меня никогда не возникало проблем с подданными.
Маггл кивнул:
- Вожак предполагал, что твой ответ будет именно таким. Он не только
сильный, но и умный. Одной силы недостаточно, чтобы долго оставаться во
главе стада, ты и сам это знаешь. Он хочет, чтобы ты как следует подумал -
убедился в том, что принял правильное решение.
- Я знаю, что делаю.
- Послушай меня еще немного. Скарко уважает твои чувства - изгнанника,
ищущего новый дом, фанта, который так хочет, чтобы его побыстрее приняли в
стадо, что готов рисковать жизнью. Поэтому он попросил меня сделать тебе
предложение: отложи вызов, а он отменит период ожидания. Тебе не придется
бродить вокруг стада и всем угождать. Ты станешь полноценным членом нашего
общества и получишь все права.
- Однако я все равно останусь среди низших, а меня это не устраивает.
- Ты сможешь постепенно подниматься наверх - всякий раз, когда у тебя
возникнет желание.
- Слишком медленно. Нет, благодарю.
- Он будет огорчен твоим отказом.
- Не сомневаюсь.
Маггл неуклюже зашагал обратно к стаду. Транто видел, как маленький
фант снова направился в сторону Скарко. В тот же день он вернулся к Транто.
- Как тебе понравится такое предложение? Скарко допустит тебя на
средний уровень. Ты ни у кого не будешь на посылках, как те парни, что
находятся внизу. Более того, в твоем распоряжении окажется куча фантов,
которыми ты сможешь командовать. Ведь ты именно этого хочешь? Чтобы тебя
приняли и дали возможность немного поразвлечься?
- А как насчет того парня, чье место я займу?
- Вожак просто скажет, чтобы он поел дерьма. Он так и сделает. Такова
жизнь.
- А как насчет тех, что окажутся ниже меня?
- Им тоже придется немного подкрепиться. Но с ними ничего не станется.
- Тем, кто будет немного ниже или немного выше меня, не понравится то,
как я получил свое место. Мне придется драться с ними, чтобы закрепить
ситуацию.
- Это твои проблемы.
- Верно, и раз уж мне все равно придется драться, я предпочитаю начать
с самого верха.
- Скарко очень силен.
- Нисколько не сомневаюсь.
- Ты действительно заработал этот шрам, когда сломал.., как ты
называешь ту штуку? Тент Цирка?
- Нет, тот шрам у меня на боку. А этот я получил, когда разорвал в
клочья боевую машину.
- Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь. Но передам вожаку твой ответ,
если он является окончательным.
- Да, мой ответ окончательный.
Маггл ушел. Транто немного поел, напился воды из пруда и вышел на холм,
откуда принялся наблюдать за закатом солнца. Когда тени легли на землю, он
опустил голову и задремал.
Ночью он проснулся от неприятного чувства, что рядом находится какое-то
крупное существо. Несмотря на огромный вес, фанты могут двигаться бесшумно,
как призраки. Однако застать врасплох другого фанта, имеющего большой опыт
по этой части, не так-то просто.
- Добрый вечер, Скарко, - сказал Транто.
- Откуда ты знаешь, кто к тебе пришел?
- Ну а кто же еще?
- Верно. В столь поздний час только нам двоим есть о чем поговорить.
- Да, создается такое впечатление.
- Я знаю, кто ты такой.
- Птица. Я видел.
- Я догадался бы и без нее, Предок.
- Не стану спорить, я уже довольно давно топчу землю. Вот только не
пойму, делает ли это меня особенным и имеет ли какое-нибудь значение.
- Конечно, имеет. Еще ребенком я слышал о тебе удивительные истории. Их
и сейчас продолжают рассказывать. Часто я спрашивал себя: легенды это или
правда? Должен признаться, я долго не верил в твое существование. А теперь
получается, что мы должны драться за право быть вожаком стада.
- Да. Я не даю тебе выбора. Но предлагаю посмотреть на вещи с другой
точки зрения: когда мы закончим, ты станешь Номером Два. Не так уж и плохо,
если учесть, что ты избавишься от кучи проблем.
Скарко вежливо фыркнул.
- Все совсем не так просто, - проговорил он.
- Что ты хочешь сказать?
- Быть Номером Два действительно неплохо. Более того, после стольких
лет в роли вожака я наконец смогу немного отдохнуть. Мне больше не нужно
будет думать о возможных вызовах, принимать важные решения, из жизни уйдут
все проблемы, и я не лишусь всеобщего уважения. Твое предложение выглядит
весьма привлекательно.
- Тогда в чем дело? Мы сразимся, и ты получишь хорошее положение -
независимо от исхода поединка.
- Смерть нельзя назвать хорошим положением.
- А кто говорит о смерти? Мы оба знаем, что в этом нет никакой
необходимости.
- Обычно да. Но.., меня немного беспокоит предстоящий бой.
- То есть?
- Ну, если уж быть откровенным до конца - пойми, я не хочу тебя
оскорбить... Ходят слухи, будто ты не такой, как все. В гневе ты начинаешь
ломать все вокруг и тебя невозможно остановить. Поэтому я подумал, что ты не
прекратишь бой, даже когда станет ясно, кто победил.
- О нет. Ты ошибаешься, хотя я прекрасно понимаю, откуда могли поползти
эти слухи. Дело в том, что одна из моих старых ран иногда начинает меня
беспокоить - боль становится невыносимой, и я теряю над собой контроль.
Однако подобные вещи происходят редко. Обычно приступы разделены годами. Я
только что пережил подобное состояние, и пройдет много времени, прежде чем у
меня снова возникнут проблемы. Более того, обычно я чувствую приближение
боли и успеваю уйти подальше от своих друзей. Так что тебе не о чем
беспокоиться.
- А что провоцирует твои приступы, Транто?
- Ну, разные вещи. За исключением тех случаев, когда они возникают сами
по себе, причиной могут послужить самые разные травмы. Стрекало ФХ,
например. Ненавижу!
- Так, значит, тебя насильно отправляли в рабочие команды?
- Именно. Обычно они потом об этом жалели.
- Могу представить. Ну, знаешь, нельзя винить парня за то, что он
соблюдает осторожность.
- Конечно, нет.
- Тогда ты понимаешь мои чувства. Если у тебя нет абсолютной
уверенности, что может вызвать приступ, откуда мне знать, что мой очередной
удар не приведет к вспышке смертельной ярости?
- Конечно. К несчастью, все в жизни так устроено: я не в состоянии
предоставить тебе никаких гарантий. Одна ко со стороны другого клыка худший
вариант весьма маловероятен.
- Хм-м.
- Больше мне нечего тебе сказать. Извини.
- Но ты понимаешь мою дилемму?
- Конечно. Жизнь сладка.
- Совершенно точно. У меня возникло искушение просто взять и уйти,
отыскать другое стадо и начать все сначала. Может быть, я так и поступлю,
если буду уверен, что ты позаботишься о моих подданных. Я ведь действительно
за них переживаю.
- У моего стада никогда не было из-за меня серьезных проблем. Я уйду
сам, если почувствую, что подвергаю их опасности.
- Имею ли я право считать, что ты дал мне слово?
- Да, я обещаю.
- Тогда мне будет легче принять решение. Переберись сегодня ночью в
маленькую рощу, где обычно обитаю я. Пусть утром тебя найдут там.
- Я так и сделаю.
- До свидания, Транто.
- До свидания, Скарко.
Фант повернулся и исчез так же бесшумно, как и появился.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 29 июл 2012, 16:00 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
Сейджек вытер свое оружие о штанину одного из охотников, а потом
посмотрел на его ножны с мачете. Наклонившись, принялся изучать, как они
крепятся к ремню. Похоже, здесь пригодится опыт с завязыванием узлов...
Сейджек довольно быстро разобрался с устройством застежки и снял ремень. Но
тут он сообразил, что вряд ли сможет воспользоваться находкой - убитый
охотник отличался хлипким телосложением.
Сейджек уже собрался бросить ненужную вещь, однако в последний момент
понял, как изменить длину ремня. В следующее мгновение он уже закреплял его
у себя на животе. Затем вытащил мачете и осмотрел лезвие. Оказалось, что оно
чище и новее того, что он забрал у Большой Бетси. Сейджек засунул оружие в
ножны, а свое воткнул в землю рядом с трупом. Потом выпрямился и посмотрел
на тела двенадцати мертвых охотников, которые сидели спиной к деревьям,
старательно придерживая руками свои головы, лежащие на коленях.
- Хорошая работа, - заявил вожак своим воинам, которые не сводили с
него глаз, - а все потому, что вы сделали, как я сказал.
- Две руки и два члена - вот сколько трупов, - заметил Стаггерт. -
Народ раньше не совершал ничего подобного.
- Мы еще не закончили, - напомнил Сейджек.
- Пойдем за остальными - на запад и на юг?
- Нет. Слишком много. Есть другой способ.
- Какой?
- Ты увидишь. А сейчас собери здесь весь клан. Путь на северо-запад
открыт.
- Мы убежим?
- Немного. Но не насовсем.
Стаггерт подошел к одному из тел и наклонился к поясу охотника.
- Что ты делаешь? - спросил Сейджек.
- Хочу взять режущую палку, как у тебя, буду отрезать головы.
Сейджек сделал несколько шагов вперед, положил руку на плечо Стаггерта
и толкнул его. Тот упал на землю.
- Нет! - резко сказал Сейджек. - Никто не возьмет режущую палку, кроме
вожака. Только Сейджек.
Стаггерт со злобным рычанием вскочил на ноги. Он начал поднимать руки,
но Сейджек мгновенно нанес ему удар в нижнюю часть живота. Стаггерт застонал
и прижал руки к паху.
- Только у вожака будет режущая палка, - повторил Сейджек.
Глаза Стаггерта сузились. Потом он отвел взгляд:
- Конечно, вожак. Только у Сейджека.
Сейджек обратился к остальным, все опустили глаза.
- А теперь соберите клан, - приказал он. - Мы отправляемся на
северо-запад.
Храбрые воины торопливо разбежались выполнять приказ.
Днем Сейджек вывел свой клан из петли, которая уже готова была
затянуться. Затем он свернул на юго-запад и отправился к месту, знакомому
всему Народу, даже тем, кто ни разу там не бывал. Они шли целый день,
останавливаясь только, чтобы поесть.
Когда спускались сумерки, они пришли к Кругу Шаннибал - округлой поляне
в джунглях, по которой были разбросаны крупные валуны, а в центре высился
земляной курган с плоской вершиной. Сейджек ускорил шаг, направляясь к
кургану, легко запрыгнул на вершину и принялся медленно вышагивать,
поворачиваясь в разные стороны.
Клан вышел на поляну и собрался вокруг кургана, негромко
переговариваясь.
- Круг Шаннибал, - заявил Сейджек. - Важное место. Очень давно здесь
жил Карак, основатель кланов Народа. Легенда гласит, что он колотил по
кургану до тех пор, пока весь Народ не спустился с деревьев, чтобы выяснить,
что случилось. Тогда Карак встал на том месте, где стою я, и объяснил,
почему жить в клане лучше, чем скитаться по джунглям в одиночку. Все решили
к нему присоединиться. Конечно, Караку пришлось драться с самыми могучими
воинами, которые хотели занять место вожака. Однако он всех победил. Его
клан долго жил здесь. Наконец, еды стало не хватать, и Народ ушел в другую
часть джунглей. Прошло много лет, клан разросся, и им пришлось разбиться на
несколько новых. Но время от времени, если случалось что-то серьезное, Карак
приходил сюда - где все началось - и собирал свой Народ. А после того, как
он умер, когда возникали серьезные неприятности, самый сильный вожак созывал
здесь кланы, чтобы сообща справиться с трудностями. Прошло много лет со
времен Карака и больших бед. Но сейчас нам угрожает опасность, и я, самый
сильный вожак, решил прийти сюда. Наш Народ помнит легенды. Они ответят на
мой призыв. - Сейджек опустился на колени и застучал кулаками по кургану. -
Мы получим помощь. Меняйтесь, бейте по земле. Возьмите палки, только будьте
осторожны и постарайтесь не задеть соседа.
Он спустился с кургана, когда ему на помощь пришли несколько самцов.
Вскоре удары обрели ритмичность. Остальные принялись стучать в такт ногами.
Всю ночь клан Сейджека, пришедший в исступление, колотил по кургану.
Джунгли сотрясались от ритмичных ударов. Вскоре начали прибывать первые
чужаки.
Сначала приходили одиночки и пары. Потом стали подтягиваться большие
группы, которые быстро присоединились к танцам и принялись колотить по
кургану. Старый Дортак, не забывший традиций, привел свой клан. Круг
заполнялся, вновь прибывшие сменяли уставших барабанщиков.
Наконец, в Круг вошел Отлаг со своим кланом, а позднее Сейджек заметил
Билгада - около кургана негде было яблоку упасть. Однако Сейджек не стал
сразу прерывать нескончаемый, гипнотический грохот ударов. Кое-кто отходил
поесть или облегчиться, но сразу возвращался обратно. Земля дрожала так
сильно, что дрожь почувствовали в западном лагере, но охотники, которым
никогда не приходилось слышать сигнала общего сбора кланов, решили, что это
какое-то геологическое явление, и продолжали заниматься обычными делами.
Барабанный бой и танцы не стихали до наступления сумерек. Затем Сейджек
подал знак, чтобы барабанщики остановились, а когда его приказ был выполнен,
вскочил на вершину кургана. Он медленно повернулся по кругу, обводя взглядом
прибывшие кланы.
- В джунгли пришло много охотников за нашими головами. Три группы с
трех сторон окружили мой клан. Очень большая на юге, поменьше - там. - Он
показал на запад, а потом на север. - Самая маленькая находилась в той
стороне. Клан Сейджека убил всех охотников из последней группы и отрезал им
головы.
По рядам пробежал удивленный шепот.
- Вот как мы смогли пройти мимо них и попасть сюда, чтобы созвать вас.
У Сейджека могучий клан, но Сейджек не дурак. Слишком много охотников
явилось в джунгли, одному Сейджеку с ними не справиться. Зато Сейджек знает,
что делать. Сейджек хочет, чтобы вы пошли с ним, Сейджеку нужны только
лучшие воины, большие, сильные и быстрые. Вместе с отрядом Сейджека они
отправятся к западному лагерю. Там мы перебьем охотников - вы увидите, как
это делается. Потом повернем на юг, к самому крупному лагерю - и тогда нам
понадобятся все.
Собравшиеся зашумели.
- Сейджек, - заговорил Дортак, - охотники за головами окружили твой
клан, они пришли убивать твоих людей. Нам они ничего не сделали. Почему мы
должны тебе помогать?
Сейджек оскалился.
- Думаешь, охотники остановятся, заполучив Сейджека и его клан? -
спросил он. - Разобравшись с Сейджеком, они доберутся и до Билгада. Когда не
станет моего Народа, они возьмутся за Отлага, а потом за тебя. Поодиночке
никто из нас не выстоит против такого количества охотников. Все вместе, пока
я могу показать вам, что нужно делать, мы покончим с ними - сегодня ночью!
Они будут сидеть, держа свои головы на коленях! И перестанут думать, что
Народ легко убить. Испугаются, будут держаться подальше от джунглей. Пройдет
много времени, прежде чем охотники вернутся - если совсем не оставят нас в
покое.
Дортак расправил плечи и заговорил после наступившего молчания:
- Может, так оно есть, а может, ты ошибаешься. Я поверю, когда ты
расскажешь, как убивать охотников. Не знаю, станет ли нам легче, если мы
убьем всех - остановит ли это других. А вдруг их придет еще больше?
Сейджек собрался возразить ему, но Дортак продолжал:
- И все же я иду с тобой. Народу необходимо знать, как ты убиваешь
охотников. Мы выясним, как это делается. Но если нам повезет и мы прикончим
всех, клан Дортака уйдет. Я уверен, что охотники и икси пометят наши джунгли
как особенно опасные и здесь нас будут постоянно ждать неприятности. Может
быть, ты прав и наши враги еще долго не придут сюда. Но я уверен, что
наступит день, когда они вернутся, и я не хочу, чтобы мой клан находился в
этот момент в джунглях.
Сейджек снова оскалился и собрался заявить, что убьет всех охотников,
которые придут потом. Однако в последний момент ему пришла в голову мысль,
что когда-нибудь придется удирать - и тогда его слова вспомнят. Более того,
он сообразил, что будет совсем неплохо унести отсюда ноги после сражения.
Джунгли велики. Даже если охотники потом найдут кланы, они не будут знать
наверняка, кто прикончил их товарищей той ночью.
- Дортак мудр, - заговорил наконец Сейджек. - Мы не знаем, что сделают
охотники. Да, я согласен, нам всем следует перебраться в другие места после
того, как мы закончим здесь. И долго не возвращаться.
Он принял еще одно решение: в будущем следует либо убить Дортака, либо
подружиться с ним, потому что он может оказаться опасным или полезным.
x x x

Эйрадис влюбилась в кровать, как только увидела балдахин, который
высился среди множества вещей в антикварном магазине Массачусетса. Передняя
и задняя спинки с изящным орнаментом из кованой бронзы, раскрашенной
удивительной зеленой медянкой. Почти скрытые среди лиан орнамента, виднелись
крошечные ипомеи: цветочные самоцветы королевского пурпура, сияющего
розового, пастельного белого и необычного, почти прозрачного голубого. Лианы
обвивали деревянные стойки, поднимаясь к балдахину, с которого могли бы
свисать занавеси, - впрочем, можно обойтись и без них.

- О, Дэк, смотри, ты ее сразу полюбишь! - воскликнула Эйрадис и
бросилась через весь магазин к кровати, чтобы повнимательнее разглядеть
случайно обнаруженное сокровище.
Дэк, робот, которому предстояло служить мажордомом в замке Доннерджека,
когда строительство будет завершено, отвернулся от прилавка, где лежали
образцы антикварных изделий из серебра. В его высокой блестящей фигуре
таилась удивительная сила; лицо, отделанное серебром и бронзой, имело
портретное сходство с Кларком Гейблом <знаменитый американский киноактер
первой половины двадцатого века.>.
Когда Эйрадис поманила его рукой, он загудел и на воздушной подушке
подлетел к хозяйке, ловко лавируя между слегка побитыми скульптурами,
старыми плюшевыми медведями, виниловыми пластинками, книгами в мягких
обложках, манекенами, одетыми в расклешенные джинсы и жилеты из
хлопчатобумажной ткани с ручной вышивкой.
- Если вы имеете в виду, нравится ли мне данная вещь, - ответил робот,
когда приблизился к Эйрадис настолько, что владелец магазина не мог
расслышать его слов, - то мой ответ таков: да, нравится. Очень
привлекательный контраст. Желаете, чтобы я связался с мистером Доннерджеком
и он тоже на нее взглянул?
Эйрадис подумала о Джоне, работавшем на своем портативном компьютере в
последней квартире их свадебного путешествия (на полуострове Кейп-Код), и
немного погрустнела. Ей так хотелось, чтобы он был рядом, чтобы они гуляли
по пляжу, держась за руки, веселились, глядя на забавных маленьких
пурпурно-синих крабов со слишком большими правыми клешнями, вместе ходили по
магазинам... В полированной грудной пластине робота Эйрадис увидела свое
надутое лицо и решительно тряхнула длинными волосами:
- Нет, Дэк. Пусть работает. Чем скорее Джон закончит, тем раньше сможет
выйти из дому и насладиться жизнью.
Она еще раз взглянула на переплетающиеся лианы, украшавшие кровать, и
мысленно вернулась в волшебное, царство Вирту, где Джон ухаживал за ней. На
ее губах расцвела мягкая улыбка, окончательно прогнав недовольное выражение
лица.
- Думаю, Джон будет в восторге, - радостно заявила она. - Дэк, давай
заплатим за кровать, и пусть владелец отправит ее в Шотландию.
Дэк кивнул, но, взглянув на табличку с ценой, вновь обратился к Эйрадис
- сработала ограничительная программа.
- Мадам, - негромко проговорил робот, - понравившаяся вам вещь стоит
так дорого, что мы могли бы заказать целую спальню за те же деньги. Копия не
будет ничем отличаться от оригинала...
Эйрадис покачала головой, темные волосы, точно изысканная рама
обрамлявшие чеканные черты ее прекрасного лица, разметались по плечам.
- Нет, Дэк. Нужно купить оригинал - копия не годится. Она не будет
настоящей. Ты меня понимаешь?
- Нет, мадам, - честно ответил Дэк. - Но я подозреваю, что мистер
Доннерджек поймет. Хорошо, пожалуй, я побеседую с владельцем магазина. Может
быть, мы сумеем договориться о более разумной цене.
Эйрадис потрепала его по плечу:
- Делай, как посчитаешь нужным, Дэк. В подобных вопросах ты
разбираешься лучше меня.
Она вышла из магазина, чтобы предоставить роботу полную свободу
действий, не сомневаясь в том, что кровать в скором времени будет украшать
главную спальню замка. Волны искрились под яркими солнечными лучами.
Попросить Хранителя ослабить их интенсивность Эйрадис не могла и потому
надела темные очки, сбросила туфли и медленно побрела по воде.
Двигаясь вдоль полосы прибоя, она заметила разбитую витую морскую
раковину размером с ладонь и наклонилась, чтобы ее поднять. Ничего
особенного по сравнению с фантастическими творениями из Вирту, но Эйрадис
тронула ее простая, непритязательная красота. Она погладила чуть шероховатую
поверхность, провела пальцем по маленьким отверстиям, проделанным каким-то
морским существом. Внутри раковина оказалась белой с легким розовым отливом.
- Как ты думаешь, что произошло? - спросила она у Дэка, услышав его
приближение и почувствовав, как песчинки легонько ударяются о ее кожу.
- Не знаю, мадам.
- Наверное, чайка, - предположила Эйрадис, представив себе, как сильный
клюв разбивает раковину и вытаскивает мягкое существо, которое превращается
в трепещущий обед морской птицы.
- Весьма возможно.
- Или морская выдра, - сказала Эйрадис, вспомнив голографический фильм,
в котором рассказывалось об умном млекопитающем с толстым мехом. - При
помощи плоских камней они вытаскивают моллюсков из раковин.
- Такой вариант также следует признать вероятным.
- А может быть, виноват кит, или неожиданно налетевшая буря, или
рыбачья лодка. Мы ели недавно похлебку из моллюсков, свинины с сухарями и
овощами. Очень вкусно.
- Я рад, что вам понравилось, мадам.
- Существует множество способов умереть, - сказала Эйрадис, глядя на
разбитые створки раковины, - даже для моллюска. И еще больше для человека.
Проги изнашиваются. Некоторые поживают несколько поколений людей - как тот
фант, которого видели мы с Джоном. Срок других не превышает длительности
человеческой жизни. Ты знаешь, сколько мне лет, Дэк?
- Нет, мадам, не знаю.
Эйрадис выпрямилась и опустила раковину в глубокий карман повлажневшей
юбки. Встав на камень, смыла с ног налипший песок и немного постояла, пока
солнце не высушило капли, а потом надела босоножки.
- Джон тоже не знает, - тихо проговорила она. - Он забывает, что я прог
из Вирту, а не обычная темноволосая, темноглазая девушка, за которой он
ухаживал в фантастическом мире. Джон никогда не спрашивал у меня, когда я
появилась на свет.
Она зашагала в сторону дороги. Дэк бесшумно летел над хозяйкой, не
мешая Эйрадис размышлять, - робот знал, что сейчас ей нужен молчаливый
слушатель.
- Ты купил кровать, Дэк?
- Да, мадам. Владелец магазина проявил благоразумие, когда я указал ему
на тот факт, что кровать стоит у него в магазине вот уже два года и что
подобные вещи не пользуются спросом с тех пор, как у людей появилась
возможность путешествовать в Вирту.
- Благодарю тебя, Дэк. - На губах Эйрадис появилась мягкая улыбка, и
грустное настроение исчезло. - Джон будет в восторге - ты ведь знаешь,
несмотря на любовь к науке, в душе он поэт.
- Ваши слова меня не удивляют, мадам.
Воды продолжали набегать на берег. Чайка раскинула крылья и парила над
прозрачной водой, потом заметила что-то стоящее, нырнула вниз и взмыла
вверх, держа в клюве добычу.
Польская сосиска. Неплохо. Совсем неплохо.
x x x

Карла и Абель Хаззард смотрели на тело своей дочери. Грудь девушки
мерно вздымалась.
- Скажите мне прямо, - сказал Абель. - Вы ее потеряли?
- Ничего подобного, мы ее не потеряли, - возразил Чалмерс. - Она здесь,
перед нами, в полном здравии.
- Черт возьми, вы прекрасно понимаете, о чем я говорю! - рассердился
Абель. - Вы не в силах вернуть ее и не знаете, что произошло.
- Подобные случаи уже бывали, - заявил Чалмерс. - Существуют состояния
- частично это связано с психологией, - при которых люди сопротивляются
сигналу возврата.
- Что тому причиной?
- Точно не известно. Такие ситуации возникают редко.
- И как вы с ним справляетесь? - спросила Карла.
- Мы не сумели выделить какого-нибудь одного стимула. Создается
впечатление, что ответ заключен в сочетании многих факторов, в каждом случае
разных.
- У них есть что-нибудь общее?
- Нам не удалось найти ответ на данный вопрос.
- А вы не в состоянии определить, где она сейчас находится и какие
факторы следует учитывать? Нельзя ли спросить у нее самой?
- Можно, - кивнул Чалмерс. - Но все случаи подобного рода отличаются
необычностью. Ваша дочь оказалась на территории, которую мы не контролируем.
Связь с ней потеряна.
- Вы всегда теряете связь?
- Да, это классический синдром.
- Иными словами, вы не знаете, как ее вернуть? - спросил Абель.
- Нет, ничего подобного я не говорил. Во-первых, вы должны понять:
сейчас Лидии не угрожает никакая опасность. Система следит за ее здоровьем,
и вам не следует тревожиться. Во-вторых, мы консультируемся с доктором
Хэмиллом, врачом, который в последние годы занимался большинством
аналогичных инцидентов. Он считается экспертом по данному вопросу.
- Кстати, раз уж вы заговорили о других случаях - сколько их было
всего?
- Я не имею права отвечать на ваш вопрос.
- Судя по всему, вы застрахованы от подобных неприятностей?
- Ода.
- Прекрасно. Вам это совсем не помешает. Пока они разговаривали,
обитатели нескольких дюжин виртуальных камер перехода, разбросанных по всему
миру - государственных и частных, - начали проявлять возбуждение, затем
побледнели и скончались, поскольку в мозг перестал поступать кислород.
Подобный исход предусматривался в их контрактах, многие занимались весьма
опасной работой, и смерть являлась одним из возможных исходов. Все они
охотились в джунглях за головами, и в их файлах содержались отказы от исков
в случае летального исхода, а посему свидетельства о смерти оформлялись без
особых проблем. В тот самый момент, когда по лицу Лидии скользнула улыбка, а
тело зашевелилось, в базах данных появились новые сведения о тех, кто не
вернулся из Вирту. Но если кто из охотников и успел заметить опускающийся
муар и отдельные фрагменты Непостижимых Полей, видения Лидии оказались куда
более приятными и не менее завораживающими.
x x x

Бен Квинан, скрестив руки на груди, стоял внутри колонны зеленого
пламени в святилище главного храма элишитов в Вирту. Он общался с Верховными
Богами, и на его подвижном лице цвела улыбка. Орлиный профиль менялся
носом-пуговкой, глубокие залысины превращались в море вьющихся каштановых
локонов.., когда-то Бен Квинан был каждым из этих людей - он струился, менял
свой внешний вид, реагируя на каждый новый нюанс откровения. Обычно в
стремлении отделить внешнюю и внутреннюю части друг от друга он не терял
контроля над процессом, за исключением тех случаев, когда это требовалось в
пропагандистских целях. Однако сейчас ощущение экстаза притупило его
бдительность, Бен Квинан погрузился в волны бесформенной материи и
трансформировал свой рост и вес, ширину и длину конечностей и пигментацию,
реагируя на контакт с Божеством.
По мере того как свет тускнел, его тело становилось массивнее,
приземистее, черты лица грубели, кожа приобретала землистый оттенок. Он
улыбался и что-то негромко бормотал на разных языках, пока свет окончательно
не померк. Тогда Бен Квинан начал двигаться.
Квинан вышел из святилища и вскоре оказался во внутренней части храма.
Подойдя к северной стене, коснулся какого-то устройства и что-то произнес. В
мерцающем тумане возник похожий на арку проход. Квинан решительно шагнул
вперед.
Он находился в ярко освещенной, отделанной кафелем комнате, где стояла
мебель, принимающая форму тела, и абстрактные скульптуры из металла, камня и
света, чьи радужные оболочки, желтые, оранжевые и синие, создавали ощущение
спокойствия и морских глубин. Квинан провел рукой сквозь световую спираль, и
та запульсировала в ответ. Затем он подошел к светлой стойке бара у дальней
стены и принялся осматривать его содержимое.
Справа от бара распахнулась дверь, в комнату вошел худой темноволосый
человек с черными усами.
- Мистер Квинан, - сказал он, - я только что получил ваш сигнал.
- Называйте меня Бен, - ответил Квинан. - Мне нужно поговорить с Келси.
- Я уже сообщил ему о вашем приходе. Он на пути сюда.
- Отлично. - Бен Квинан - или тот, кто сейчас так себя называл - взял
со стойки бутылку калифорнийского бургундского. - Как вы считаете, это
хорошее вино, мистер...
- Араф, - ответил тот. - Зовите меня Ауд. Мне говорили, что вино
неплохое.
Бен улыбнулся, нашел штопор и принялся открывать бутылку. Наполнил
половину бокала, понюхал вино и сделал несколько маленьких глотков.
- Вы во плоти, или передо мной лишь голографическое изображение?
- Во плоти.
- Но вы не пьете?
- От старых привычек трудно отказаться.
- Жаль. Иначе я бы спросил у вас, есть ли разница между вкусом вина
здесь и на Веритэ.
- Уверен, что нет, Бен. Если какое-то различие и есть, им можно
спокойно пренебречь.
- Налейте и мне стаканчик, - заявил крупный рыжеволосый мужчина,
неожиданно появившийся в центре комнаты. Бен повернулся и пристально
посмотрел на него.
- Келси, - проговорил он, - вот уж вы точно не во плоти.
Мужчина кивнул:
- Я находился слишком далеко, чтобы быстро сюда добраться в своем
собственном теле. Однако я слышал ваши рассуждения и хочу заверить, что
пробовал вино и в Вирту, и на Веритэ - никакой разницы.
- Но вы родились на Веритэ. А для жителя Вирту все может быть совсем не
так. Келси пожал плечами:
- Для каждого человека - из обоих миров - все может быть иначе.
- Неплохо сказано, - признал Бен. - Однако вопрос далеко не всегда
носит академический характер.
Он перевел взгляд на Ауда, потом слегка приподнял бровь.
- Пожалуй, мне пора, - неожиданно заявил Ауд, - вы можете говорить
спокойно, я буду стоять на страже. Он склонил голову, Бен и Келси
поклонились в ответ.
- Да, - кивнул Келси, и Ауд вышел.
Келси сделал пару шагов и протянул руку, Бен ее пожал.
- Такое ощущение, будто я сам - а не моя проекция - стою рядом с вами,
- заметил он, сильнее сжимая пальцы Квинана, чтобы подчеркнуть свою мысль.
Бен ответил ему коротким, но мощным рукопожатием, а потом выпустил
ладонь Келси.
- Не согласен, - возразил он. Затем подошел к окну и выглянул с высоты
башни на раскинувшийся внизу город, мчащиеся куда-то машины и далекий океан.
- Это особое место - синтетическое, очень подходит для подобных встреч. Вид
из окна соответствует реальности?
- Да.
- Однако я не могу отправиться туда?
- Как и я - сейчас.
- Однако вы вернетесь в свое тело, и все опять встанет на свои места.
- У вас тоже есть другое тело. И вы можете им воспользоваться, чтобы
делать в Вирту то, что мне недоступно.
- Понимаю, хотя у вас есть кое-какие преимущества передо мной. Как и у
всякого другого жителя Веритэ. Наверное, здорово иметь возможность
путешествовать туда и обратно.
Келси пожал плечами.
- Такова природа вещей, - сказал он. - Вирту является копией, а Веритэ
- оригинал. Ваш мир построен так, чтобы в него можно было попасть - а не
наоборот. Никто не предвидел, что искусственные существа будут развиваться,
попав в такую среду.
- Очень жаль, - вздохнул Бен. - Вы вправе делать все, что пожелаете, а
нам по силам посещать ваш мир лишь в особых местах, вроде этого. Было бы
гораздо справедливее, если бы ситуация стала симметричной.
- У вас есть целая вселенная.
- Верно. А у вас их две.
- Я не возражаю против равноправия. И совершенно с вами согласен: обе
стороны только выиграли бы, если бы проникновение могло быть взаимным. Но
дело не только в том, что никто не предвидел подобного развития событий -
тогда технология не сумела бы справиться с подобной задачей. Да и сейчас
тоже. Возможно, ее вообще никогда не удастся решить. Как квадратуру круга.
Вы находитесь в плену у самой природы вещей.
- Думаю, нет, - возразил Бен.
- В самом деле?
- Более того, я пригласил вас для того, чтобы обсудить проблему
перехода, - ответил Бен.
- Перехода? Каким образом?
- Речь идет о скромном шаге, паллиативе, я полагаю. Однако по сравнению
с виртуальными возможностями, которыми обладаете вы, это будет движением
вперед.
- Не понимаю, - промолвил Келси, подходя к бару и наливая себе бокал
вина. - При чем здесь мои паранормальные способности?
Бен усмехнулся.
- Проникновение особых способностей через интерфейс - эксперимент.
Конечно, таким способом мы награждаем самых достойных и верных служителей
нашей Церкви. Однако это лишь часть действующей программы, включающей в себя
манипуляции с интерфейсом с другой стороны. В процессе нам удалось многое
узнать.
Он сделал глоток из своего бокала. Келси последовал его примеру.
- А сейчас, - продолжал Бен, - если вы согласитесь нам помочь, мы
сможем продвинуться еще дальше.
- Вам удалось сделать серьезное открытие?
- Настоящее откровение. Конечно, следует все хорошенько проверить. На
разных ступенях.
- Что от меня требуется?
- В настоящий момент речь идет о простых экспериментах в камерах
перехода.
- Каковы детали?
Бен сделал еще одни глоток, подошел к бару и поставил бокал. Келси
последовал за ним.
- Идемте со мной, - сказал Бен, протянул руку и положил ее на плечо
собеседника. Развернув Келси, он направился к световой спирали в дальнем
углу комнаты. Послышался звук, напоминающий шум падающей воды. - Сюда.
Комната исчезла, они оказались в виртуальной имитации камеры перехода.
- Проще всего показать, - пояснил Бен, открывая стоящий под диваном
ящик и показывая Келси оборудование.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 31 июл 2012, 12:00 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
В мерцающем свете костров Сейджек осматривал лагерь. Повсюду лежали
тела охотников и воинов Народа. В левой руке вождь держал за волосы
человеческую голову; в правой тускло посверкивало залитое кровью мачете.
Вокруг скакали воины, швыряли оборудование охотников в огонь, болтали,
размахивали клинками, которыми разделывали трупы...
Сейджек знал, что некоторые из них сегодня ночью научатся пользоваться
режущими палками. И унесут их с собой. Жаль. Он бы предпочел сохранить их в
тайне, для себя. Однако Сейджек ничего никому не скажет, иначе все поймут,
какое это важное оружие. Атак.., многие потеряют режущие палки или забудут,
как следует с ними управляться. Нет, сейчас не время говорить о дисциплине.
Народ только что одержал первую большую победу над извечным противником.
Пусть едят сердца и печень своих врагов, срывают с них штаны и грабят трупы.
Пусть разрезают тела на части, а потом составляют из них новые. Народу нужно
расслабиться после напряжения последних дней.
Сейджек испустил хорошо рассчитанный вопль и швырнул отрезанной рукой в
голову Чимо. Чимо поймал ее и усмехнулся.
- Мы поймали всех, босс! Всех до одного! - повторил Чимо и швырнул
конечность в Свата.
- Мы хорошо сделали, - проворчал Сейджек и огляделся по сторонам.
С западным, маленьким отрядом неприятеля они разобрались легко. Но этот
- самый большой, расположенный на юге - серьезно беспокоил Сейджека. К
счастью, Народу очень пригодился опыт, полученный во время схватки в
западном лагере. А главное - его соплеменники поняли, что могут справиться с
охотниками.
- Ты одержал победу, - заявил Дортак, неожиданно возникая рядом с
Сейджеком.
- Да, - кивнул он. - Большую победу.
- Тебя будут искать. Другие.
- Мы уйдем далеко отсюда.
- Они найдут тебя.
- Пусть. Мы можем бежать. Можем сражаться. Мы знаем джунгли лучше, чем
охотники за головами.
- А если у них в запасе появятся трюки, которые тебе неизвестны?
- Мы все время учимся.
- Надеюсь, ты не ошибаешься, - ответил Дортак, присел на корточки и
опустил голову, - потому что теперь ты вожак вожаков.
Неожиданная тишина повисла над полем битвы. Вопли и болтовня стихли,
молодые самцы прекратили прыжки, те, что сидели на деревьях, притихли и
замерли на ветках.
- Вожак вожаков! - повторил Сейджек, мгновенно поняв, что не станет
убивать Дортака. - Хорошая мысль. Я - вожак вожаков. Как старый Карак. После
него не было вожака вожаков.
- Может быть, это действительно хорошо, - продолжал Дортак. - Но, может
быть, настанет день, когда ты возненавидишь свои обязанности, кто знает.
Теперь ты должен помогать всем кланам, если к ним придет беда. Отлаг, Билгад
будут барабанить в Шаннибале, призывая вожака вожаков. Весь Народ - теперь
твой Народ. Большая работа.
После того как Дортак встал и отошел в сторону, к Сейджеку приблизился
Отлаг и заявил, что признает Сейджека вожаком вожаков. А сам Сейджек между
тем размышлял о последствиях своего избрания, и ему в душу закралось
некоторое беспокойство. Большая работа, Дортак сказал правильно. Вожак
вожаков. Однако Карак справился, много лет назад, и Народ до сих пор
рассказывает о нем разные истории, да так, словно все произошло совсем
недавно. Пусть и о Сейджеке сложат легенды.
Когда отошел Отлаг, его место занял Билгад, чтобы в свою очередь
назвать Сейджека вожаком вожаков. Сейджек облизнул губы, оскалился и кивнул.
- Да, - провозгласил он. - Большой вожак. А сейчас идите. Веселитесь.
Ешьте, танцуйте, занимайтесь сексом, рубите тела и развлекайтесь с ними.
Чувствуйте себя в безопасности. Сейджек стоит на страже.
Немного позже он схватил за плечо проходившую мимо женщину.
- Твоя очередь веселиться, - сказал он. - Большая честь.
x x x

Транто слонялся среди деревьев, поглядывая на стадо. Замена прошла на
удивление гладко. Никто так и не осмелился вызвать его на поединок после
исчезновения Скарко. Конечно, поскольку никто в стаде точно не знал, что
случилось с их прежним вождем, каждый мог предполагать худшее. Транто не
сомневался, что многие так и делали.
Несколько молодых самцов ушли и вернулись только через три дня. Маггл
доложил, будто слышал, как они обсуждали возможное местонахождение останков
Скарко. Кроме того, до него донеслись обрывки разговоров о том, что Транто -
имя, приносящее несчастье, потому что самый знаменитый его обладатель сошел
с ума. Однако через некоторое время поиски костей Скарко прекратились - а
стадо продолжало относиться к Транто с полным уважением и почтением.
Он бродил по роще, пока не остановился на восточной стороне. Да, все
еще там...
- Доброе утро, вожак. - Маггл, словно тень, бесшумно оказался у него за
спиной. - Опять будет жаркий денек. Птицы говорят, что на севере идет дождь.
- Хорошо, - ответил Транто. - Кто это?
- О ком вы говорите?
- Вон там, подняла голову и посмотрела в нашу сторону.
- Ах вот вы о ком. Фрага. Она флиртует. Дочь Карго и Брига.
- У нее есть какие-нибудь постоянные связи?
- Нет. Конечно, многие проявляют к ней интерес. Однако она никого не
выделяет.
- Хорошо, - сказал Транто. - Девушка не должна торопиться, решая
подобные вопросы.
- Верно, - согласился Маггл.
- Давай потихоньку двинемся в ее сторону. Очень медленно. Когда
подойдем к ней, поздороваемся. Потом можешь нас познакомить.
- Конечно, - кивнул Маггл.
- Время от времени приятно общаться со своим народом.
- Действительно, - согласился Маггл.
x x x

Абель и Карла посмотрели на свою погрузневшую дочь, находившуюся в их
собственном домашнем виртуальном пространстве. А потом обратили взоры на
Чалмерса и слегка сутулого белобородого доктора Хэмилла.
- ..исключительная редкость, - говорил доктор. - Я не могу припомнить
ни одного случая ложной беременности во время перехода во сне. Судя по
показаниям приборов, нет никаких оснований...
Карла бросила быстрый взгляд на мужа, а потом снова взглянула на
доктора.
- А что, - спросила она, - если беременность настоящая?
Доктор Хэмилл встретил ее взгляд.
- Поверхностное сканирование - а для его проведения требуется всего
несколько секунд - показывает, что девственная плева осталась нетронутой, -
заверил он Карлу. - У вас есть основания предполагать что-нибудь другое?
- Нет. Однако я прошу вас сделать все необходимые тесты, - сказала
Карла.
- Конечно. Хотя крайне необычно...
- Крайне необычным является тот факт, что Лидия уже три месяца
пребывает в Вирту, а вы не можете ее вернуть, не так ли?
- Тут вы совершенно правы. Мы делаем все, что в наших силах...
Карла повернулась к Чалмерсу.
- Подобные случаи когда-нибудь бывали? - поинтересовалась она. - Чтобы
женщина из Веритэ забеременела в Вирту?
- Конечно, нет! - ответил он. - Это физически невозможно.
- Похоже, мы создаем прецедент, - проговорила Карла.
x x x

Джон Д'Арси Доннерджек и Эйрадис переехали в черный замок дождливым
утром в начале октября. Они следили за тем, как роботы распаковывают
контейнеры и расставляют мебель, которую Эйрадис купила в антикварных
магазинах, разбросанных по всей Европе. Слуги негромко шуршали воздушными
подушками, развешивая ковры и гобелены, расставляли шкафы, столики, скамейки
и стулья с высокими спинками, собирали кровати с балдахинами, выставляли
доспехи и оружие. Оборудовали по последнему слову техники вторую кухню.
Первую выдержали в духе средневековья - там можно было готовить, но она
предназначалась прежде всего для создания настроения. Эйрадис нравилось
ощущение постоянства, которое исходило от антикварных вещей.
В то время как девяносто процентов убранства замка Доннерджек
представляли собой музейные экспонаты, оставшиеся десять являлись
произведениями современной техники и искусства и предназначались для работы
и удовольствия. Поднявшись на верхние этажи западного крыла замка, вы
попадали в современность. Здесь располагался кабинет Джона с новой мебелью и
приборами, которые активировались голосом, терминалами и голографическими
дисплеями, способными демонстрировать сложнейшие устройства внутри
сложнейших устройств. Тут господствовала чистая мысль, поэтому устройства
могли функционировать только в Вирту - под защитой лазерного силового поля,
создать которое не удавалось больше нигде. За кабинетом находилась Большая
Сцена, где мастер иллюзий Доннерджек, вложив огромные средства и использовав
новейшие научные достижения, построил точно такой же кабинет - в натуральном
масштабе. Вход на Большую Сцену осуществлялся путем перехода; все равно что
попасть в Вирту во плоти. Доннерджек собирался использовать Большую Сцену
для тестирования по частям своих крупномасштабных проектов. Кроме того, он
часто приходил сюда выпить кофе.
Джон и Эйрадис стояли на высоком балконе поздно вечером первого дня и
смотрели на залитый лунным светом и предвещающий бурю Норт-Минч.
- Итак, тебе удалось восстановить родовой замок, - сказала наконец
Эйрадис.
- В некотором роде, - отозвался он. - Мне неизвестно, как он выглядел в
действительности. Полагаю, гораздо хуже. Вероятно, общим для двух замков
является лишь место, на котором они построены. Мы произвели раскопки. И
нашли нечто, похожее на старый винный погреб...
- С туннелями, - перебила его Эйрадис, - по которым можно выйти из
замка. А куда они вели?
- В скалы. Я не пытался исследовать все досконально. Просто закрыл туда
вход большой металлической дверью. Если наш винный погреб очень сильно
разрастется, можно будет поставить там полки. В противном случае туннели
вряд ли нам пригодятся.
- Но ведь именно благодарю погребу ты узнал, что здесь стоял замок.
- Ну, мой дед говорил, будто под старым замком шли туннели. Его слова и
наличие фундамента убеждают, что я не ошибся.
- Здесь все совсем не так, как в Вирту.
- В каком смысле?
Эйрадис показала в сторону надвигающегося шторма.
- Непогода пройдет, и все успокоится, - заметила она.
- Разве в Вирту иначе?
- Нет, но погоду можно изменить мгновенно, кроме того, там существуют
места, известные неустойчивостью климата.
- Здесь мы занимаемся благоустройством территории, сажаем цветы и тому
подобное. Черт возьми, мы терраформируем Луну, Марс и внутренние области
астероидов.
- А в Вирту можно сделать шаг в сторону или назад, найти подходящих
проводников и оказаться совершенно в другом месте. Дикие места, которые
вырастили диких Хранителей, генерирующих собственные ни на что не похожие
программы.
- Мы тоже играем с реальностью.
- Но ты всегда возвращаешься на твердую почву. Вспомни о диких
царствах, через которые мы прошли, уходя из Непостижимых Полей... Здесь нет
ничего похожего.
- Ты права, - согласился Доннерджек. - Я понимаю, что у тебя на уме.
Здесь другой порядок вещей, вот и все.
- Да. Другой.
Они вернулись в спальню и долго занимались любовью на новой кровати.
x x x

У Доннерджека ушло несколько дней на то, чтобы привести в порядок
оборудование. Иногда он прерывал работу, и они с Эйрадис отправлялись на
Большую Сцену, которая уже находилась в рабочем состоянии. Здесь они
выбирали открытые пространства и прекрасные виды, в том числе и реальные
части Вирту. Когда включалось силовое поле, они воспринимали окружающий мир
напрямую, могли его осязать. Джон и Эйрадис гуляли по Вирту в пределах Сцены
- малый эквивалент феномена перехода; для полного переноса требовалось
медицинское оборудование, которое было установлено в соседних помещениях.
Они сидели в долине, окруженной багряными холмами, где древние статуи
постепенно превращались в обычные камни. Птицы с красными хвостами в форме
лиры пощипывали траву возле пруда.
- Как странно приходить сюда в качестве посетителя, - заметила Эйрадис.
- К какому волшебству пришлось прибегнуть Властелину Ушедших, чтобы
выполнить твою просьбу?
- Наверное, он оживил тебя способом, припасенным для жителей Веритэ, и
все.
- И все же мне ужасно хотелось бы узнать, как он это сделал.
- Я много думал, и мне пришло в голову, что Вирту, должно быть,
значительно сложнее, чем мы постулировали.
- Конечно.
- Речь идет о более высоком структурном уровне.
- Если таким образом удастся объяснить, как Танатос добился нужного
результата, значит, так оно и есть, - пожав плечами, заявила Эйрадис.
- Одних догадок мало. Мне необходимо выработать теорию и понять
механизм.
- И что тогда?
Доннерджек покачал головой:
- Применение окажется.., необычным. Я хотел бы отложить все остальное и
вплотную заняться этой задачкой. Но я не могу.
- Почему?
- Я обещал Повелителю Энтропии спроектировать Костяной Дворец и беседку
с каменными цветами.
- А откуда ты знаешь, чего он хочет?
- Сегодня утром на моем дисплее появился список требований и общих
указаний.
- И как же ты произведешь доставку заказа?
- Он наблюдает за моей работой. И увидит, когда я закончу. Мне сообщат,
что я должен делать и когда.
- Пугающая перспектива. Он следит за нами сейчас, как ты полагаешь?
- Вполне возможно. Эйрадис встала.
- Давай выйдем наружу. Ладно.
x x x

Поздним вечером, когда они уже засыпали, Эйрадис коснулась его плеча:
- Джон?
- Что такое?
- Интересно, все замки издают странные звуки по ночам?
- Наверное, - ответил Доннерджек, прислушиваясь. До него донеслось
далекое металлическое бряцание. - Сейчас ветрено, - заметил он через
некоторое время. - Может быть, рабочие что-то плохо закрепили.
- Похоже на звон цепей.
- В самом деле? Я посмотрю утром.
- Да, обязательно.
- Спокойной ночи, любовь моя.
- Спокойной ночи.
x x x

Танатос сидел на костяном троне и изучал модель дворца, которую вызвал
к жизни. Быстрое движение пальцев - и конструкция перед ним увеличилась,
изменилась. Временами он медленно вращал перед собой изображение, покачивая
головой.
- Любопытно, - заметила Фекда, устроившись на высокой спинке трона. -
Там будут казематы?
- Конечно, - ответил Танатос.
- Тайные ходы?
- Обязательно.
- Множество карнизов с трещинами?
- Естественно.
- Тупики?
- И это тоже.
- Некоторые лестницы выглядят весьма забавно.
- Эффект Эшера, - ответил Танатос.
- Там можно будет ползать вечно, места даже больше, чем в вашей
нынешней обители.
- Точно.
- Вы довольны?
- В некотором смысле.
- Значит, вы поставите его здесь, в Непостижимых Полях?
- Не в таком виде. Он нуждается в существенных усовершенствованиях.
- А когда они будут сделаны...
- О да. Потом.
Рано утром Доннерджек нашел на своем экране список новых требований. Он
медленно опустился в кресло и внимательно их изучил. Запутано, очень
запутано, и зачем Танатосу детская?.
Доннерджек вызвал голографическое изображение заказа на ближайшей
подставке и принялся его вращать. Очень аккуратно вносил требуемые поправки,
оставив без изменения то, что требовало доработки.
Прошло несколько часов, прежде чем он приступил к , изучению мелких
деталей. Закончив, перенес часть конструкции на Большую Сцену и сам в нее
вошел. Потом вернулся к дисплею, кое-что откорректировал и соединил все в
единое целое. Затем принялся внимательно изучать плоды своих трудов.
Позднее, глубоко погрузившись в работу, Доннерджек обернулся и
обнаружил, что не один.
- Эйрадис! Доброе утро. Я и не заметил, что ты здесь. Она улыбнулась,
взяла его за руку и тихонько сжала пальцы мужа. Доннерджек притянул ее к
себе, они поцеловались.
- Меня опять разбудили боли в желудке. Может, дело в пище из Веритэ?
- Вряд ли, - покачав головой, ответил Джон.
- Вот уже несколько дней по утрам я чувствую себя неважно.
- В самом деле? Почему же ты не сказала мне раньше? Нужно принять
лекарство, и все будет хорошо.
- Неприятные ощущения довольно быстро проходят, и я снова в порядке.
- Какие-нибудь другие симптомы?
- Меня несколько раз тошнило.
- Я закажу что-нибудь для твоего желудка.
- Спасибо, милый... Твой последний проект?
- Да, заказ Властелина Непостижимых Полей. Хочешь, я его установлю, и
мы устроим экскурсию по залам и коридорам, все осмотрим - вместе?
- С удовольствием. Кофе с собой возьмем?
- Давай.
x x x

Не будучи икси или охотницей за головами, Вирджиния Тэллент изучила все
их территории - только с другой точки зрения. Она работала рейнджером в
Департаменте Разведки Вирту, следила за появлением новых земель и
флуктуациями существующих. Вирджиния много путешествовала, наблюдала и
производила съемку, и хотя ее обязанности носили пассивный характер, она
много знала. Она была одной из немногих представителей Веритэ среди других
рейнджеров и всегда получала удовольствие от своей работы. Вирджиния
трудилась настойчивее, чем ее коллеги; и потому каждый день дарил ей новые
открытия. Она не любила возвращаться домой после долгих путешествий.
Вирджиния поднималась по тропе, вьющейся среди скал и папоротника,
цветов и приземистых деревьев. Над головой у нее мелькали тени - необычные
крылатые существа выбирались из красных, похожих на плоды коконов и с
хриплыми криками уносились прочь. Изредка тропу перебегали какие-то бледные
фигурки. Стройная, темноволосая, со светлыми глазами и кожей цвета какао,
Вирджиния двигалась легко и грациозно. Жаркий ветерок шевелил листву, но
тропа, по которой шла девушка, оставалась в тени. Она заранее все
рассчитала. Периодически Вирджиния останавливались, чтобы сделать несколько
глотков из фляги или записать какие-нибудь наблюдения.
Неожиданно откуда-то с дерева, из зеленого сумрака послышался голос:
- Вирджиния Тэллент, ты зашла далеко.
- Правда, - ответила она, останавливаясь, - листва здесь выглядит гуще,
чем обычно в это время года. И я видела много вышедших на охоту вилчей.
- Прошли проливные дожди, - что привело к увеличению количества
питающихся листьями грохнеров. Они быстро размножаются, как, впрочем, и
вилчи, для которых грохнеры служат пищей. Скоро наступит период танцев
вилчей. А потом начнется миграция на юг охотящихся на них диких котов.
- А почему на юг?
- Когда сократится количество грохнеров, коты станут искать мышей,
полчища которых появятся на юге.
- Почему?
- Злаки, их пища, уже сейчас дали прекрасный урожай из-за наводнения,
принесшего на поля нитраты.
- А земля после дождей?
Ответа не последовало. Зеленое пламя прекратило свой танец.
Вирджиния улыбнулась и пошла дальше. Облака закрыли солнце, послышались
далекие раскаты грома. Тропа свернула влево, выровнялась. По листве
застучали первые капли. Полыхнула молния. И Вирджиния ускорила шаг.
Ливень застал ее, когда она вышла на открытое место там, где тропа
расширялась перед выходом на плато. Вирджиния предусмотрительно решила не
приближаться к рощице высоких деревьев и выбрала для укрытия кустарник с
широкими листьями, росший на границе каменистого плато.
Устроившись в окруженной листвой пещере, она смотрела, как вода стеной
прикрывает вход в ее убежище, и изредка вытирала попадавшие на лоб брызги.
Камень на открытых участках потемнел от влаги и превратился в тусклое
зеркало, по которому пробегали замысловатые тени.
Вирджиния не отрывала от них взгляда - и вдруг ей показалось, что на
влажном камне проступают глаза. Шевельнулись темные влажные губы.
- Вирджиния, - заговорил камень, - сильнее всего подвергаются эрозии
восточные склоны, частично из-за направления ветра, частично из-за стока,
определившегося событиями прошлых лет.
- Маркой! - воскликнула она.
- Да. - Камень превратился в статую в человеческий рост, а Хранитель
как ни в чем не бывало продолжал говорить:
- Направление ветра определяется разницей температур между данной
областью и шестью большими, одиннадцатью малыми районами, а также
прибрежными участками и районом озера Триада, оказывающим серьезное влияние
на атмосферу. Твое путешествие до сих пор было удачным?
- Пожалуй, - ответила Вирджиния. - Мне всегда нравится бывать в твоих
владениях. Они меня поражают и завораживают.
- Благодарю. А моя соседка Кордалис?
- Интересный вопрос. Быстрое распространение диких ползучих растений
может привести к нарушению ботанических циклов.
- Мне кажется, все дело в окраске цветов. Ей слишком нравится желтый.
- Я никогда не рассматривала ситуацию в каком-нибудь районе с точки
зрения эстетических предпочтений Хранителя.
- А как же иначе? Особенно если речь идет о молодых.
- Старые выше таких глупостей?
- Конечно. В целом многие вырабатывают разумную точку зрения. С другой
стороны, легко найти и таких, чей вкус с годами лучше не становится.
- Может, назовешь несколько имен?
- И не подумаю. Не хочу быть мелочным. Ты и сама в состоянии сделать
выводы из того, на что смотришь. Вирджиния улыбнулась и вытерла лицо
рукавом.
- Ладно, - согласилась она.
Неожиданно лицо на камне начало расплываться.
- Возникла необходимость... - заявил Маркой. - Нет. Вряд ли мой мир
будет уничтожен, если я не отвечу. - Лицо застыло, снова вернулось на
поверхность камня. На губах осталась легкая улыбка. - Я так редко тебя вижу,
Вирджиния. Как ты поживаешь?
- Очень неплохо, спасибо, - ответила она. - Насколько я понимаю, у тебя
тоже все в порядке.
Камень слегка качнулся. Существо кивнуло:
- Да, в последнее время я не участвовал в эпических сражениях с другими
Хранителями, если ты на это намекаешь. Все битвы давно закончились.
- Я никогда ни о чем таком не слышала.
- О них мало кто знает - если подумать. Так что, пожалуй, ты имела в
виду нечто другое.
- Да, конечно. Но все равно мне ужасно интересно. Наверное, речь идет о
переходе от чистого программирования к независимой эволюции на Вирту. Мне
никогда не доводилось слышать о войнах между Хранителями.
- Я не понимаю разговоров о том, что некоторые называют Вирту. Есть наш
мир. А что может быть еще? Да, мы сражались за право контролировать свои
владения после сотворения мира, когда территория еще не сформировалась
окончательно. Тогда рождались союзы, расцветало предательство, одерживались
славные победы, а кто-то терпел горькие поражения. Замечательное было
время!.. Но я рад, что оно прошло. От бесконечных подвигов устаешь. Да,
личная вражда, кровная месть еще встречаются, однако их и сравнить нельзя с
тем, что бывало в старину. Я уже довольно давно не нарушал мира - и хорошо.
- Любопытно. Слушай, а представители властей - такие, как я - никогда
не записывали ваши истории о прошлом?
- Я могу говорить только за себя - мне ни с кем не приходилось делиться
этой информацией. Другие Хранители тоже не слишком общительны при встречах с
мобильными разумными существами.
- Тогда почему же ты сделал для меня исключение?
- Я уже некоторое время знаком с тобой, Вирджиния, ты рассказала мне о
своей слепоте и параличе - следствиях неизлечимых неврологических
осложнений. Не Думаю, что ты часто обсуждаешь свои недуги. Хорошо, что У
тебя есть два тела.
- Ну, я бы все равно предпочла находиться здесь, а не там. Однако было
бы неплохо сохранить воспоминания о прежних временах.
- Ничто не потеряно, если жива память.
- Быть может, следует поделиться с другими? Конструкторы-теоретики
могли бы извлечь из твоих историй много полезного.
- Я здесь не для того, чтобы кого-то учить. Я не дружу с
конструкторами.
- Им было бы легче справляться со своими задачами в будущем.
- Я не хочу, чтобы они работали на моей территории. Или в каком-нибудь
другом месте. У них имелся шанс. Они завершили свои работы. Сейчас их здесь
никто не ждет.
- Я говорю лишь о развитии знания.
- Хватит! - Лицо исказила гримаса. - Я больше не хочу это обсуждать!
- Как пожелаешь, Маркой.
- Г-да, я так желаю. Давай, я призову своих слуг-элементалей, и ты
посмотришь, как они танцуют для тебя.
- С удовольствием.
Тут же из-под камня забила струя воды, соединилась с потоком, льющимся
с неба. Через мгновение перед Вирджинией возникли блестящие фигуры, лишенные
лиц и признаков пола. Рядом появились более массивные, приземистые существа,
слепленные из земли, которые быстро приобретали форму. Поднялся ветер,
затрепетала листва. Из-под ног вырвались языки пламени, заплясали демоны
пыли.
- Как необычно и замечательно, - заворожено проговорила Вирджиния,
когда фигуры взмыли в воздух и закружились в танце.
- Лишь немногие твои соплеменники видели такое, - сказал Маркой. -
Посиди рядом со мной и посмотри. Сейчас здесь будет сухо и тепло.
Она подошла к Маркону и уселась рядом. Фигуры закружились быстрее.
Вместе с ними танцевали тени.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 02 авг 2012, 16:15 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
Артур Иден вернулся на Веритэ после длительного пребывания в Вирту.
Покинув камеру перехода в церкви, он сел на городской транспорт и, сделав
несколько пересадок, наконец оказался в одной из своих квартир. По дороге
его живот недовольно заурчал - видимо, проснулся после продолжительного
отдыха.
Дома Иден сразу же заказал омлет, бекон, тосты, фруктовый сок и кофе.
Пока кухонный автомат выполнял его приказ, он быстро разделся и вошел в душ.
Здесь, стоя под упругими струями, Артур оживил в памяти неделю своего
ученичества - так называемое "притязание на программу": умение выполнять
простые упражнения по манипуляции окружающей реальностью, обязательное для
всех посвященных первой ступени. Он вспомнил мысленное движение, овладение
формой, принятие пространства... Ему нравилось участвовать в ритуальных,
заранее запрограммированных состязаниях. Конечно, проигравших тут не было -
к концу курса все становились адептами. Иден решил, что отведет целую главу
рассуждениям на тему о том, как элишиты рекрутируют новых членов.
Очевидно, представители высших категорий служителей Церкви
функционируют точно так же, как и все остальные. Однако переносы - пусть они
случаются и нечасто - этим не объясняются. Впрочем, возможно, шумиха,
которую они поднимают вокруг своей доктрины, стимулирует латентные
парапсихологические силы. Прихожане под страхом исключения обязаны
докладывать о проявлении подобных способностей.
Артур насухо вытерся и надел багровые пижамные штаны, пестрый
зелено-синий халат и пару старых кожаных домашних туфель. Во время еды
просмотрел почту и заголовки новостей. Он получил еще одно длинное письмо от
доктора В. Дантона, откуда-то с пояса астероидов, в котором тот утверждал,
будто элишизм не годится для экспорта - а следовательно, носит
атавистический характер, поскольку неразрывно связан с Вирту, находящемся на
Земле. Дантон считал, что существование Вирту не является обязательным в
качестве символа истинной веры. Иден много размышлял о том, устоит ли данное
учение без виртуальной поддержки, но был вынужден признать, что оно занимает
достаточно прочное положение и такое испытание ему не страшно. Может быть,
Дантон исповедует элишизм.
Затем Иден задумался о собственном статусе среди прихожан Церкви. Для
них он являлся Эммануэлем Дэвисом, библиотекарем-исследователем. УДэвисадаже
имелась квартира в другой части города. Но сегодня ему хотелось провести
ночь в своем доме и поработать над заметками, пока , воспоминания не начали
стираться. Иден знал: стоит эли шитам узнать правду, и его немедленно с
позором выгонят. Кроме того, он не сомневался, что не мог бы рассчитывать на
посвящение, не говоря уже о перспективе стать жрецом, если бы сообщил свое
настоящее имя. В особенности когда тем, кто всем у них заправляет, стало бы
известно, что он рассматривает учение элишитов с научной точки зрения. Для
выяснения истины ему пришлось скрыть свое подлинное имя. Иден не собирался
публиковать описание тайных ритуалов или комментировать эзотерические
аспекты доктрины. Его интересовали социальные стороны развивающейся новой
религии.
В течение нескольких месяцев он подбирал документы для создания
личности Дэвиса и, только убедившись, что все в порядке, обратился к
элишитам за религиозными наставлениями. Прикрытие было достаточно надежным,
чтобы выдержать исходную проверку, которую ему могли устроить. Кроме того,
она обеспечивала Идену мотивацию для путешествий. Он часто заходил в офис,
отвечал на письма, как духовного содержания, так и делового, поскольку на
самом деле Дэвис работал на экспериментальном винограднике. У него имелось
множество родственников и приятелей, коих он навещал без малейших колебаний.
До сих пор Дэвис не привлек к своей особе ничьего пристального внимания.
Однако Иден не переставал тревожиться. Если обман будет раскрыт, он
хотел быть уверенным, что никто не сумеет докопаться до того, кто за ним
стоит. Может, придумать для Дэвиса еще одну личину, усложнить его жизнь,
чтобы сбить с толку тех, кто захочет поближе с ним познакомиться?.. Да, идея
показалась Идену удачной. Сначала нужно как следует проработать детали.
Он заставлял себя есть медленно, наслаждаясь каждым глотком. Живот
довольно заурчал, и Иден с улыбкой выпил сока. Вероятно, на самом деле
ничего предпринимать не стоит. Даже если элишиты и занесут его в свой черный
список, что они ему сделают? Подадут в суд? Он не нарушил никаких законов.
Исключат и подвергнут остракизму, если не сумеют выиграть дело в суде?
И тут Иден вспомнил о том, как быстро меняются настроения у
последователей элишизма - сам он никогда ничего подобного не испытывал. Если
его изыскания вызовут достаточное раздражение, ему начнут угрожать смертью
скорее светские лица, чем духовные. Не исключено, что в квартире Дэвиса
устроят погром. Кроме того, на него могут напасть, узнав обидчика... Раньше
он не думал о такой возможности, но сейчас она показалась ему вполне
реальной.
Иден потягивал кофе и размышлял о религиозных фанатиках, которые
первыми выступали против еретиков из своих рядов.
За второй чашкой кофе Иден уже не сомневался, что прав в своих
предположениях касательно реакции элишитов на его книгу. Когда она выйдет из
печати, сразу станет ясно, что автор имел к Церкви Элиш какое-то отношение.
И тогда они попытаются его разыскать.
К счастью, его труд не увидит свет еще несколько лет. Иден даже не
приступил к составлению плана. Времени, чтобы как следует замести следы,
вполне достаточно. Да, личность Дэвиса нуждается в доработке, следует
сочинить ложные подробности и события, дополнительные "я" - короче, сбить
неприятеля со следа. Они не должны добраться до Артура Идена. Как хорошо,
что он может не спеша все продумать.
Какие есть варианты? Единственное, что пришло ему в голову, - создать
тайный виртуальный переход. Элишиты следят за адептами, поскольку без любви
относятся к парапсихологам, действующим на свой страх и риск. Интересно,
размышлял Иден, что они могут сделать? Каждый человек волен выбрать для себя
то или иное вероисповедание, а потом от него отказаться. Ему ни разу не
приходилось слышать о блокировке пси-способностей. После того как ты
овладевал ими, они с тобою навсегда. А как элишиты намереваются использовать
подобные умения своих прихожан в Веритэ? Иден ничего не слышал о работах в
данном направлении.
Существуют ли способы лишить человека парапсихологических способностей?
Есть ли шанс их контролировать? Противостоять им? После недели упорных
тренировок в овладении телекинезом Иден ни о чем другом не мог думать, хотя
в Вирту рассматривал свои занятия как игру, возможность изучения и
управления встроенными программами. Можно ли - и как - использовать новое
умение в Веритэ? Вопрос оставался открытым.
Он ответил на часть писем, остальную корреспонденцию попросту выбросил.
Прочитал газету, чтобы ознакомиться с событиями, которые произошли в мире за
время его отсутствия. Затем смешал крепкий коктейль, взял с собой в постель
вместе с записывающим устройством и надиктовал все, что помнил вместе с
выводами и новыми идеями. Некоторое время Иден занимался редактированием,
пока воспоминания не превратились в столь характерную для него изящную
прозу.
Потом задремал, и ему приснился сон. Он вспомнил одну деталь, которую
следовало бы записать, и его рука потянулась к записывающему устройству,
оставшемуся лежать на столике.
Он задел его, и оно соскользнуло со стола.
Открыв глаза, Иден наклонился, пытаясь подхватить устройство. В голове
пронеслась схема упражнений последней недели.
Устройство зависло в пяти дюймах от пола.
Глава 5

Диагностическое устройство взвесило Эйрадис, измерило пульс, давление,
сделало энцефалограмму. Еще несколько секунд ушло на анализ крови.
Затем послышался голос:
- Мадам, вы беременны.
- Ты ошибаешься, - возразила она. Прошло немного времени.
- Диагноз подтвержден, - доложило устройство.
- Значит, у тебя какие-то неполадки.
- Весьма маловероятно. Я совсем новое, и меня тщательно тестировали
сразу после изготовления.
- Однако тебя прислали с годовой гарантией без дополнительной платы -
на то должна быть причина.
- Ну, за этот красивый жест изготовителям крайне редко приходится
раскошеливаться. Я сообщу вам номер, по которому вы можете произвести
проверку.
- Хорошо. Так и сделаем.
Позднее, проверив устройство в виртуальном пространстве, техник лишь
покачал головой:
- Все в порядке. Тесты подтверждают, что машина работает безупречно.
- Но в моей ситуации беременность невозможна! Техник бросил на нее
взгляд и слабо улыбнулся:
- Вы уверены?
- Так не бывает. Он покачал головой:
- Я не стану уточнять, что вы имеете в виду, а только поверьте мне:
производитель гарантирует качество и безопасность выпускаемой продукции.
Ваше диагностическое устройство абсолютно исправно. Ну а как вы решите
поступить с полученной информацией - дело ваше.
Она кивнула, он попрощался и исчез.
Эйрадис бродила по просторным залам замка, размышляя о детях. Рядом с
ней скользили тени, сквозняки шевелили занавеси и гобелены. Скрипели
стропила. И еще она поняла, что ее сопровождают какие-то странные звуки.
Эйрадис пыталась осмыслить то, что произошло. Браки представителей
Вирту и Веритэ всегда оставались бесплодными. Так уж устроены два мира -
таков закон. О беременности не может быть и речи.
Эйрадис остановилась перед великолепным зеркалом - по левой щеке
отражения пробежала странная рябь, словно оригинал жевал резинку. Она всякий
раз здесь останавливалась, уж больно забавный получался эффект.
Что же произошло после ее смерти в Вирту и воссоздания в Непостижимых
Полях?
Снова послышался непонятный звук, металлический и одновременно
музыкальный. Что бы там ни произошло, Властелин Ушедших наделил ее телом - в
результате она стала полноправной жительницей Веритэ. Возможно, среди
прочего он подарил ей способность рожать детей. Сколько она уже прожила в
Веритэ? Шесть месяцев? Год? Эйрадис никак не могла привыкнуть к течению
времени в новом для нее мире.
И снова - теперь уже ближе - раздался тот же звук. Откуда он доносится?
Из маленькой комнаты слева или из ведущего к ней короткого коридора?
Эйрадис замедлила шаги и осторожно заглянула в комнату. Ничего. Тогда
она вошла внутрь.
За ее спиной послышался негромкий шум. Обернувшись, она заметила в
коридоре невысокого бородатого человека в потрепанной блузе и бриджах. На
щиколотке незнакомца висела цепь.
- Кто вы? - спросила Эйрадис.
Он сдержал стон и изучающе посмотрел на нее.
- Кто вы такой? - повторила Эйрадис.
Он пробормотал что-то неразборчивое, но смутно знакомое. Она покачала
головой.
Человек повторил. Получилось что-то похожее на "не знаю".
- Вы не знаете, кто вы?
- Нет. - Затем последовало предложение, которое Эйрадис почти удалось
разобрать.
Она немного повозилось с аналитической программой, изучая акцент
незнакомца. Когда он снова заговорил, она его уже понимала.
- Слишком долго, - сказал он, - не помню своего смутного пути. Имена
забыты, деяния не воспеты.
- Какие деяния?
- Крестоносец. Запамятовал. Много сражений.
- А как вы.., оказались здесь?
- Кровная вражда. Я проиграл. Пленник, давно. Тьма.
- А ваши враги?
- Их нет. Давно нет. Теперь это другое место. Рухнуло, исчезло. Но дух
остался. Я брожу по призрачному замку, до сих пор, долго. Я и другие из
прежних времен. Он здесь, на том же месте, где построен новый замок. Иногда
я его вижу, других - нет. Они исчезают, как и я. Однако теперь все стало
ярче. Хорошо. Привык к мысли, что все исчезнет. Высоко в воздухе, я боюсь
высоты. Останемся. Будет лучше бродить. Как вас зовут, миледи?
- Эйрадис, - ответила она.
- Приветствую вас и вашего будущего наследника. Банши
<привидение-плакальщица; дух, вопли которого предвещают смерть (шотл,
фольк.).> следит за вами.
- Банши? Кто это?
- Шумный дух. Предвидит плохое и воет.
- Прошлой ночью я слышала плач.
- Да. Она опять стонет.
- И что плохого должно произойти? Незнакомец пожал плечами, и его цепь
зазвенела.
- Банши никогда не говорят определенно.
- Тогда от них не слишком много пользы.

- Банши нужны для создания атмосферы, не более.
- Я лишь несколько раз слышала звон ваших цепей, но встретились мы
впервые. Чем занимаются призраки, когда бродят по замку?
- Кто знает? Наверное, грезят. Разные места, фрагменты. Прошлое
смешивается с настоящим. Когда мы просыпаемся. Мы чаще бодрствуем, если
вокруг есть люди, как сейчас.
Эйрадис покачала головой:
- Не понимаю.
- Я тоже. Но мне удается узнавать что-нибудь новое, когда меня тут нет.
Вы очень странная личность.
- Я не из Веритэ. Я из Вирту.
- Мне никогда не приходилось там бывать, но кое-что я знаю. И еще мне
известно, что вы прибыли сюда из еще более странного царства - оттуда я так
и не сумел найти дорогу назад. Вы оказались в Непостижимых Полях и сумели
вернуться. Однако принесли с собой их частицу. Темная пыль прилипла к вашим
туфелькам. Может быть, мне гораздо легче говорить с вами, чем с другими
теплыми, потому что у нас есть нечто общее.
- Почему вы бродите с цепью на ноге? В Вирту мертвые так не ходят.
- Она указывает на мои муки в конце жизни.
- Столетия назад?! Как долго вам еще с ней ходить?
- Я не знаю ответа на ваш вопрос.
- Неужели вы не можете ее сбросить?
- Я много раз пытался. Но всегда просыпаюсь с цепью на лодыжке. Дурная
привычка, как от нее избавиться?
- Должен существовать способ излечения.
- Я мало что знаю о подобных вещах, мадам. Крестоносец повернулся и,
звеня цепью, зашагал по коридору. Его очертания стали тускнеть.
- Вы должны уйти? - спросила Эйрадис.
- Нет выбора. Меня зовут сны. - Он с заметным усилием остановился и
повернулся к Эйрадис. - У вас будет мальчик. Банши плакала о вас, - добавил
он, - о нем и еще о вашем муже.
Крестоносец издал короткий крик, на миг заглушивший звон цепей.
- Подождите! - воскликнула Эйрадис. - Вернитесь!
Но фигура призрака с каждым шагом становилась все более расплывчатой, и
через несколько мгновений он совсем пропал.
Впервые после появления в Веритэ Эйрадис расплакалась.
x x x

Доннерджек оторвался от потока уравнений, заполнивших одну половину
экрана, и обратил внимание на другую, где работал с текстом.
- Я убежден, - проговорил он, - что внутри Вирту существует четвертый
уровень сложности. Так подсказывает мне собственный опыт и определенные
аномалии, которые привлекли мое внимание. Я обсуждал возможности с
несколькими коллегами, и все они утверждают, будто я двигаюсь в тупиковом
направлении. Но они ошибаются, уверен, мои гипотезы не противоречат общей
теории Вирту. Только таким образом можно обосновать имеющуюся в нашем
распоряжении информацию. Взгляните сюда!
Он остановил поток чисел и вернулся к началу.
- Джон, - сказала Эйрадис, - я беременна.
- Это невозможно, - заявил он. - Мы несовместимы на таком уровне.
- Создается впечатление, что ты ошибаешься.
- С чего ты взяла?
- Медицинское устройство так сказало. И призрак. Доннерджек выключил
монитор и встал.
- Пожалуй, нужно проверить машину. Призрак, говоришь?
- Я встретилась с ним наверху.
- Ты имеешь в виду привидение, дух умершего человека, лишенное тела
существо?
- Да. Так он представился.
- В нашем замке не может быть привидений - он ведь новый. Это если
считать, что призраки вообще существуют. У нас еще никто не умер
насильственной смертью.
- Он говорит, что перешел к нам из старого замка, который стоял на том
же месте.
- Как его зовут?
- Он забыл свое имя.
- Гм-м. Лишенный имени ужас. И он заявил, что ты беременна?
- Да. Сказал, что у меня будет мальчик.
- Ну, призрака мы проверить не можем, поэтому давай взглянем на машину.
Через полчаса Доннерджек встал из-за панели управления, выключил ее,
собрал свои инструменты и спустил рукава.
- Хорошо, - произнес он. - Такое впечатление, что все работает. Пусть
он еще раз тебя осмотрит. Эйрадис повторила знакомую процедуру.
- Вы по-прежнему беременны, - сообщил бесстрастный голос.
- Будь я проклят, - пробормотал Доннерджек.
- Что будем делать? - спросила Эйрадис. Джон почесал затылок.
- Я закажу медицинского робота с акушерской, гинекологической и
педиатрической программами, - заявил он, - и тогда решим, как вести себя
дальше. Судя по показаниям приборов, ты забеременела уже довольно давно. Кто
бы мог подумать?..
- Я хочу сказать... - начала Эйрадис и замолчала. - Что мы будем делать
- с ним?
Доннерджек встретил ее взгляд.
- Ты обещал нашего первенца Властелину Непостижимых Полей, - продолжала
Эйрадис, - за то, что он отпустил меня.
- Тогда казалось, что у нас не может быть детей.
- И как же теперь?
- У нас еще есть время. Может, удастся с ним договориться.
- Почему-то мне кажется, что не удастся.
- Ну, это первое, что приходит в голову.
- А второе?
- Мне нужно подумать.
x x x

Беременна.
Нежась в теплой ванне, Эйрадис размышляла. Нельзя сказать, что она не
думала о такой возможности - проги занимаются самовоспроизводством как
партеногенетическим способом, так и половым путем, достаточно
распространенным в Вирту. Таким образом, Хранителям не приходится тратить
всю свою энергию на базовое программирование, и У них остаются силы и время
для искусства и удовольствий. Однако относительно себя она никогда не
строила подобных планов - в особенности с тех пор, как отдала свое сердце
Джону. Обитатели Вирту и Веритэ часто заводили романы друг с другом, но у
них не рождались дети.
Прикрыв глаза, Эйрадис сквозь щелки разглядывала свое обнаженное тело.
Ей не удалось заметить никаких изменений, однако дурнота по утрам
показывала, что они уже начали происходить. Она с нежностью приложила ладони
к еще плоскому животу.
На кого ребенок - мальчик - будет похож? Они с Джоном оба темноволосые
и темноглазые, весьма вероятно, что он окажется таким же. Эйрадис надеялась,
что он будет так же сложен, как отец: высокий и сильный, складный и ловкий.
Легкая улыбка тронула ее губы, когда она представила себе малыша, мальчика,
юношу.., своего сына.
Вода постепенно остыла. Эйрадис раздумывала, не нажать ли на кнопку
кончиками пальцев ног, чтобы ее немного подогреть, но потом, взглянув на
свои коротко подстриженные ногти (чего никогда не случалось в Вирту),
решила, что уже достаточно просидела в ванне. Она стояла и ждала, пока
капельки сбегали по гладкой коже (Джон подарил ей масло с запахом жасмина,
когда они были на Ямайке).
Привыкнув к прохладному воздуху, Эйрадис встала на коврик (роскошные
цветы на плюше, они купили его в Китае). Расчесывая волосы, собранные в
узел, чтобы не намокли, раздумывала о том, что станет делать в оставшееся до
вечера время.
Джон был занят, продолжал упорно работать над заказом Танатоса. Она не
любила сидеть рядом с мужем, когда он занимался проектом Костяного Дворца, -
инстинкт подсказывал Эйрадис, что Смерть наблюдает за ней, и хотя Джон
категорически отказывался обсуждать эту тему, она прекрасно знала, что
дворец - лишь часть цены за ее возвращение из Непостижимых Полей. Она не
винила Джона за то, что он согласился на условия Властелина Ушедших - ведь в
тот момент казалось, что они бессмысленны. Танатос с тем же успехом мог бы
попросить луну с неба. Но Эйрадис боялась за своего нерожденного сына, и у
нее из головы не шел печальный крик банши.
Банши. Это ее плач?.. Эйрадис застыла на месте, мучительно
прислушиваясь. Нет, просто зимний ветер гоняет туман над башенками замка.
Эйрадис быстро подошла к шкафу, достала длинную клетчатую шерстяную
юбку, теплый ирландский свитер ручной работы, толстые чулки и удобные туфли.
Призраки любят появляться в тех частях замка, что построены в соответствии с
представлениями Джона о средневековых шотландских твердынях. Она отправится
на поиски и спросит у них о смысле предзнаменований. Кто лучше привидений,
обитающих между жизнью и аналогом Непостижимых Полей в Веритэ, правдивее
ответит на вопросы о Танатосе?
Джон рассчитывал победить Танатоса - она не сомневалась. В ученом и
поэте жила душа воина. Рожденная в Вирту, Эйрадис знала кое-какие аспекты
религии, которую практиковали ее соплеменники-эйоны. Джон занимал в их
пантеоне - известно ли ему об этом? - место полубога. Однако его возможности
и наличие определенного плана еще не означали, что ей нельзя заняться
собственными изысканиями.
Танатос хочет получить их ребенка в качестве платы за то, что отпустил
ее из Непостижимых Полей. Она, как и Джон, должна спасти малыша от
Властелина Ушедших.
Исполненная решимости, Эйрадис вышла из спальни, поднялась по каменным
ступеням и оказалась на зубчатой стене. Ветер тут же вцепился в длинную
тяжелую юбку, которая стала похожа на ее крылья, оставленные в Вирту;
впрочем, сейчас она их не оплакивала - Эйрадис собиралась защитить новую
жизнь, возникшую внутри ее тела.
- Банши! - крикнула она. - Банши!
Ветер мгновенно подхватил ее слова и унес прочь. Подняв руки, Эйрадис
закружилась. Юбка обвила ноги, темные волосы разметались по плечам.
Маленький шерстяной смерч - нимфа, танцующая на ветру.
Полил обжигающе холодный дождь. По скользкому камню застучали градины,
вымостив плиты мелкими кусочками льда. Эйрадис не останавливалась, хотя все
плыло у нее перед глазами, а ноги скользили на льду. Вальс с ветром.
Неожиданно она почувствовала, как что-то коснулось спины, чья-то рука
сжала ее ледяные пальцы... Сквозь слезы, застилавшие глаза, Эйрадис не
видела своего партнера. Кристаллики льда застывали у нее в волосах и на
свитере - самоцветы из сокровищницы Короля Зимы. Вступил оркестр: звенящий
крик, стон камней, пронзительный вой ветра, рвущегося сквозь амбразуры.
Она уже почти разглядела того, с кем кружилась в танце, - бледное лицо,
высокие скулы, белые, такие белые зубы, даже на фоне белоснежного лица. Все
в нем оказалось белым, кроме глаз, черных, как смола, как ночь, как...
- Не пора ли уйти с дождя? - прозвучал хриплый голос, сопровождающийся
звоном металла.
Эйрадис почувствовала, как Король Зимы, закружив ее в последний раз,
передал новому партнеру. Она послушно взяла протянутую руку, но пальцы
встретили лишь пустоту. Эйрадис опустила руку и замедлила шаг - и тут же
заскользила по обледеневшему камню.
- Девочка, ты промокла до костей и превратилась в ледышку, - прозвучал
сердитый голос. Ее разум обратился к программе, которая превращала слова,
звучащие со странным акцентом, в привычную речь. - Что ты здесь делаешь в
такую ужасную погоду? Мне придется сказать пару слов твоему мужу, который
так плохо о тебе заботится! Хозяин он замка или нет, мне все равно!
Эйрадис послушно вернулась в тепло замка. Когда лед на ее волосах
растаял, а пальцы в тепле закололо, она узнала своего сердитого собеседника.
- Призрак! - радостно воскликнула она. - Я так хотела тебя найти!
- Найти меня! - проворчал призрак-крестоносец. - Девочка, ты едва не
присоединилась ко мне!.. Переоденься во что-нибудь сухое, пока не прикончила
себя и свое дитя!
- Но я как раз и хочу поговорить с тобой о ребенке, - запротестовала
Эйрадис, отжимая намокшие волосы.
Теперь, попав в тепло, она вся дрожала - чувствительность начинала
возвращаться к рукам и ногам.
- В самом деле? Правда? - Выражение лица призрака оставалось суровым,
но голос немного смягчился. - Сначала переоденься, выпей чего-нибудь
горячего, а потом разыщи меня в длинной галерее.
И, чтобы разом закончить все споры, призрак исчез. Последней, звякнув
еще несколько раз по камням, пропала цепь. Эйрадис содрогнулась, чихнула,
подобрала обеими руками мокрые юбки и торопливо направилась в спальню.
Через некоторое время, просушив волосы и переодевшись в теплое платье,
подкрепившись пинтой густого горячего мясного бульона (в руке она держала
толстую фарфоровую чашку с добавкой), Эйрадис поднялась по лестнице в
длинную галерею.
Подходящее место для встречи с призраком, подумала она. Хотя они с
Джоном вместе выбирали персидскую дорожку, по краям виднелась узкая полоска
каменного пола. Гобелены и портреты (картины, которые Эйрадис покупала в
разных антикварных магазинах, хихикая, глядя на выражения иных лиц - почему
эти люди хотели, чтобы их помнили такими суровыми?) немного смягчали
впечатление, возникающее от темных стен, но были не в силах изменить
царившее здесь унылое настроение. С этой задачей не справился даже
искусственный свет. Казалось, сама галерея решила, что тут должно быть
сумрачно и жутко, и всячески противилась попыткам исправить положение.
Эйрадис пила маленькими глотками горячий бульон и медленно шла по
коридору, звук ее шагов заглушал толстый ковер. Подойдя к окну, она
поставила чашку на широкий каменный подоконник. Когда послышалось звяканье
цепей, Эйрадис пыталась выудить кусочек мяса.
- Благодарю вас за то, что вы пришли, сэр, - вежливо проговорила она и,
приподняв юбку, сделала глубокий реверанс.
- А разве у меня был выбор? - проворчал в ответ призрак. - Если бы я не
пришел, ты продолжала бы танцевать на ветру, не обращая внимания на снег и
холод, будто разум окончательно тебя покинул.
- Вовсе он меня не покинул, - возразила Эйрадис, тряхнув головой. - Мне
ведь удалось тебя найти, верно?
- Да, удалось. Ну и что ты хотела спросить меня о своем ребенке? У меня
не было детей при жизни, и уж вряд ли они появятся после смерти.
- Но ты же знаешь, что у меня родится мальчик, - запротестовала
Эйрадис, - тебе известно, что банши плачет именно по нему - и по мне с
Джоном.
Призрак позвенел цепями, сделал несколько шагов и бросил на Эйрадис
свирепый взгляд из-под кустистых бровей.
- Ты слишком много себе позволяешь, девочка, слишком много. Призраки и
другие сверхъестественные существа терпеть не могут, когда их допрашивают.
Мы делаем предсказания - а уж интерпретировать их не обязаны.
Эйрадис помешала бульон, не торопясь, съела одну ложку, потом вторую.
Бульон остыл и стал невкусным. Она отодвинула чашку. Выглянула в
непрозрачное окно, поверхность которого украшали сверкающие блестки льдинок,
и негромко проговорила, словно для себя:
- Интересно, ответит ли на мои вопросы Король Зимы? Он так мне
улыбался, когда мы танцевали. Может быть, он скажет, зачем Танатосу
понадобился мой ребенок.
У нее за спиной раздался громкий треск, словно железная цепь ударила о
голый камень.
- Королю Зимы наверняка известно, почему Танатос хочет забрать твое
дитя, девочка, но я сомневаюсь, что он прямо ответит на твой вопрос.
- А ты?
- Я ничего не знаю, девочка.
- Поможешь мне узнать?
Долгая тишина. Эйрадис наблюдала за тем, как падает снег за толстым
стеклом; ее заворожили скорее мерцающие тени, чем сам снегопад. Пронзительно
выл ветер, и Эйрадис порадовалась тому, что архитекторы принесли в жертву
историческую точность ради комфорта.
- Ты мне поможешь. Призрак?
- А ты больше не станешь танцевать с Королем Зимы?
- Не стану.
- И будешь оставаться в тепле и хорошо есть, дабы дитя выросло сильным?
- Обещаю.
- Что ж, тогда я помогу тебе в твоих поисках, девочка. Не могу обещать,
что мы найдем все ответы, но я попытаюсь.
Эйрадис повернулась и внимательно взглянула на призрака. Он стоял,
слегка опустив плечи, в своей потрепанной блузе и обвисших бриджах. Босые
ноги покрывали мозоли. Однако лодыжка, к которой была пристегнута цепь,
оставалась такой же гладкой, как и другая.
- Как тебя зовут?
- Не знаю. - Голос исчезал вместе с призраком. - Не знаю. Некоторые
вещи лучше забыть.
Эйрадис долго размышляла над словами призрака, а потом взяла чашку с
холодным бульоном. Небо потемнело.
Она оторвет Джона от его вычислений. Они разведут огонь в камине и
поужинают при свечах. А потом продолжат собирать головоломку - мост Моне
<знаменитая картина Клода Моне "Мост через Темзу".>, которая никак не желала
им поддаваться.
Тихонько напевая, Эйрадис спустилась по лестнице, так и не услышав, как
плач банши влился в вой ветра за окнами.
x x x

Джон Д'Арси Доннерджек продолжал работу над дворцом, постепенно внося
требуемые изменения. По утрам, возвращаясь в кабинет, он узнавал, приняты ли
его поправки. Или находил новый список уточнений. Однажды в конце рабочего
дня, оставив все изменения в машине и назвав обычный адрес, Доннерджек
впервые добавил личную записку: "Насколько серьезно вы говорили тогда о
первенце?"
На следующее утро в конце очередного списка он прочитал ответ:
"Абсолютно серьезно".
Вечером Джон отправил новое послание: "А что вы готовы взять взамен?"
Ответ последовал незамедлительно: "Я не собираюсь торговаться
относительно того, что мне принадлежит".
Доннерджек написал: "А как насчет самой полной музыкальной библиотеки в
мире?"
"Не искушай меня, Доннерджек".
"Нельзя ли нам встретиться и все спокойно обсудить?" - спросил Джон.
"Нет", - пришел короткий ответ.
"Наверняка существует что-то, чего вы хотите больше".
"У тебя этого нет".
"Я попытаюсь достать".
"Дискуссия закончена".
Доннерджек вернулся к работе, внося блистательные изменения по просьбе
Танатоса и предлагая свои. Многие из них были позднее одобрены.
Однажды, открыв интерфейс полного поля на Большую Сцену, Доннерджек
услышал пение волынки. Подойдя к ближайшему окну, он выглянул наружу, но
никого не увидел. Тогда он вышел в коридор. Здесь музыка стала тише.
Вернувшись в кабинет, Джон сообразил, откуда доносятся звуки.
Он шагнул на Сцену, и у него возникло ощущение, будто он оказался на
берегу и переместился на несколько миль к востоку. Как всегда, Джон
установил свободное сканирование изображения - его окружал типичный пейзаж
северного шотландского высокогорья. Не вызывало сомнений, что источник
музыки находится где-то здесь.
Доннерджек провел рукой над одним из ключевых участков, и в воздухе
возникло меню. Он нажал указательным пальцем на полукруглую иконку, а когда
голографическое изображение затвердело, повернул руль, нажал на газ и
помчался в ту сторону, откуда доносилась музыка.
Мимо проносились пейзажи Вирту - горы, горы, горы. Волынка звучала
оттуда, однако можно всю жизнь потратить на поиски среди бесконечных утесов
и горных кряжей.
Джон потянул руль на себя, чтобы подняться выше. Череда хребтов
продолжалась, они частично скрывали друг друга, а на высоте музыка стала
едва слышной. "Отчего я встревожился, - спросил у себя Доннерджек, - почему
пытаюсь обнаружить источник этого самого обычного в Вирту явления?" Но
пронзительные звуки звали его за собой, задев какую-то древнюю струну в душе
и превращая незамысловатую песню волынки в нечто чрезвычайно важное.
Он продолжал поиски, поднимаясь по спирали все выше и выше, и наконец в
небольшой долине заметил человека с волынкой в руках. Тот стоял на вершине
огромного камня. Джон опустился и осторожно подошел к музыканту - вскоре
человек и валун оказались в пределах досягаемости Большой Сцены.
Доннерджек остановился в нескольких десятках шагов, разглядывая
щеголевато одетого мужчину с аккуратной бородкой, кинжалом у колена и
клеймором <сабля шотландских горцев.> на поясе.
Слушая музыку, Джон заметил, как меняется окружающая местность: горы
превращались в долины, рождались новые горные хребты. Ему пришло в голову,
что природа каким-то непостижимым образом подчиняется неизвестному
музыканту. Казалось, все вокруг, выполняя волю местного Хранителя, стало
пластичным и танцует под пронзительные, диковинные звуки.
Через некоторое время он заметил неожиданное движение на вересковой
пустоши. Небольшое пятнышко мрака переместилось, приблизилось. Пустошь
начала тускнеть и уменьшаться.
- Привет, - раздался тихий голос. - Музыка - замечательная штука, не
правда ли?
Доннерджек присмотрелся и понял, что пятнышко мрака - это черный
мотылек.
- Он еще долго будет играть, - продолжал мотылек. - "Оркестр Титанов",
довольно длинная пьеса.
- Кто? - спросил Доннерджек. Мотылек вспорхнул ему на плечо, чтобы его
голос не заглушала волынка.
- Вулфер Мартин Д'Амбри, - последовал ответ. - Тот самый, что привел
призрачный полк Небопы к бесчисленным победам в дни Творения. В некотором
смысле, он потерянная душа, Призрачный Волынщик.
- Призрачный Волынщик? Почему его так называют?
- Потому что у него нет собственного мира и он скитается, словно
призрак, в поисках своего потерянного полка.
- Боюсь, я никогда не слышал его истории.
- То было в давние времени, когда царства вели междоусобные войны,
когда границы легко менялись и когда союз систем произвел на свет Вирту.
Законов не существовало, наступил период хаоса и великого перемещения; эйоны
пытались сохранить свои владения, не поддаваясь давлению со всех сторон. Мир
появился на свет и вступил на свой путь, но первые его шаги были ужасны,
хотя со стороны такого впечатления и не создавалось. Казалось, будто прошло
всего несколько мгновений, но на самом деле миновала целая вечность.
- Я знаю, в моей реальности времени действительно прошло совсем
немного.
Послышался музыкальный смешок.
- Уверяю тебя, все наделенные разумом обитатели Вирту ощутили каждую
прошедшую минуту.
- В мои намерения вовсе не входило умалять чужие страдания. Ты
присутствовал при тех событиях? Мотылек - хрупкое существо, особенно в столь
жестокие времена.
И снова раздался негромкий смех.
- Если тебе попадутся хроники тех событий, поищи там имя "Алиот".
Доннерджек перевел взгляд на волынщика.
- Кажется, мы немного отвлеклись.
- Верно. Небопа придумал отряд смертельных бойцов. Он вызывал его к
жизни, когда ему были нужны опытные воины.
Волынщик издал особенно громкую ноту, когда Доннер-Джек покачал
головой.
- Ты сказал "придумал"?
- Да. Обычное дело во времена Великого Потока - бог создавал все, в чем
нуждался, при помощи своего могучего воображения. Сейчас они уже не
занимаются подобными вещами - слишком много усилий. Но тогда Небопе
требовалась непобедимая армия.
- Он их просто вообразил, и они возникли?
- О нет! Даже богу нужно сначала подготовиться. Он должен заранее
представить себе каждого как отдельную личность, с определенной внешностью и
характером. Он должен увидеть их так же ясно, как мы с тобой видим друг
друга. Только тогда, сочетая воображение с волей, можно вызвать воина к
жизни и послать на поле битвы.
- Конечно. И ему по силам отозвать раненых, исцелить их, а потом снова
отправить в сражение.
- Да, один бог в состоянии заменить целый полевой госпиталь. Легион
Небопы производил потрясающее впечатление, но ярче всех выделялся волынщик,
Д'Амбри. Конечно, он и сам участвовал в битвах и проявил чудеса храбрости.
Пожалуй, он был лучшим из лучших.
- И что же случилось потом?
- Нужда в кровопролитии стала возникать все реже, Не-бопа постепенно
перестал обращаться за помощью к своему Легиону. Затем, после одного из
величайших победных сражений, он призвал воинов к себе и отправил спать в
свою память. Все вернулись в мгновение ока; все, кроме волынщика на вершине
холма.
- А почему не вернулся он?
- Никто не знает. Полагаю, у него имелось то, чего не было у остальных
- музыка. Она дала ему индивидуальность, и волынщик перестал быть одним из
множества воинов - пусть и великих.
- И что дальше?
- А дальше Небопа призывал отряд еще несколько раз, и воины всегда
возникали без волынщика. Говорят, некоторое время Небопа безуспешно его
разыскивал, однако вскоре битвы закончились, и он никогда больше не будил
своих воинов. А волынщик скитается в поисках потерянного легиона: играет на
волынке по всему Вирту, зовет своих товарищей.
- Жаль, что он не может о них забыть и начать новую жизнь.
- Кто знает? Может, когда-нибудь...
Неожиданно музыка смолкла. Доннерджек поднял взгляд и увидел, как
волынщик скрылся за валуном, на котором только что стоял.
Доннерджек зашагал вперед. Воспоминания этого человека бесценны!
Благодаря его рассказам будет открыта новая страница в познании Вирту.
Доннерджек обогнул валун, но волынщика нигде не увидел.
- Вулфер! - позвал Доннерджек. - Вулфер Мартин Д'Амбри! Мне необходимо
с вами поговорить. Где вы?
Ответа не последовало.
Когда он вернулся на прежнее место, черный мотылек тоже исчез.
- Алиот? - позвал Доннерджек. - Ты еще здесь?
И снова никакого ответа.
Доннерджек хотел уже было возвращаться домой, но в последний момент,
повинуясь импульсу, активировал управление и взмыл вверх. Никаких следов
волынщика, но на него произвели впечатление изменения местности, которые
произошли благодаря музыке. Пологие холмы стали круче, а крутые стены -
отвесными. Земля вокруг валуна казалась ободранной, голой, словно явилась из
давних времен.
Доннерджек спустился и восстановил обычную программу, которая позволяла
ландшафту Вирту перемещаться внутри Большой Сцены. Он мог сделать реальным
любое проплывающее мимо изображение. Однако ничего не стал предпринимать. Он
вернулся в собственный мир.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 03 авг 2012, 14:54 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
Эйрадис заметно располнела к тому времени, когда ей наконец удалось
встретиться с банши. Они с Джоном уже довольно давно освоились в замке,
редко покидая островок шотландской жизни и получая удовольствие от своего
уединения. Впрочем, Эйрадис понимала: помимо всего прочего, таким образом
они сводят до минимума ненужные вопросы о происхождении жены Доннерджека.
Эйрадис полностью поддерживала желание Джона сохранить в тайне тот
факт, что она родилась в Вирту. Она отлично знала, что это не навсегда.
Доннерджек показал, как постепенно вводит сведения о ней в базу данных
Веритэ. Однако, занимаясь проектом Дворца для Танатоса и решая проблемы,
порой возникающие в институте Доннерджека, ╟н решил временно отложить начало
полновесной кампании. Эйрадис не возражала. Воспоминания о том, что ей
довелось пережить на Непостижимых Полях - хотя она и не очень хорошо помнила
подробности, - продолжали ее преследовать. Жизнь в изолированном замке рядом
с призраками и, роботами вполне устраивала девушку.
И все же порой она уходила из замка, чтобы побродить по каменистому,
пустынному побережью. Рыбаки никогда не приставали здесь - под волнами
скрывались многочисленные подводные скалы, а жители соседней деревушки
слишком часто испытывали на своей шкуре холод и непогоду, чтобы находить
подобные прогулки романтичными.
Зато Эйрадис получала от них удовольствие. Шло время, и она все чаще
отправлялась на побережье, одевшись потеплее, чтобы успокоить роботов и
призраков. И вот однажды туманным утром она встретилась с банши.
Сперва Эйрадис решила, будто какая-то девушка из деревни пришла
постирать на берег. Впрочем, она сразу же поняла, сколь безумно это
предположение. Кто станет стирать белье в холодной соленой воде, когда в
деревне полно стиральных машин и сушилок?
Не в силах справиться с любопытством, она поспешила подойти поближе,
хотя живот мешал ей двигаться по усыпанному галькой берегу с прежним
проворством. Оказалось, что первое впечатление было правильным - девушка
действительно полоскала белье в соленых водах фиорда.
- Мисс? - позвала Эйрадис, жалея, что плохо знает местное наречие, -
впрочем, призраки вряд ли сумели бы научить ее современному языку. - Мисс?
Вы что-нибудь потеряли? Могу я вам помочь?
При звуках голоса Эйрадис девушка - нет, женщина - выпрямилась,
продолжая стоять по щиколотку в воде, и в тот же миг то, что она стирала,
исчезло, но прежде Эйрадис успела заметить кусочек клетчатого материала.
Когда женщина повернулась к ней лицом, Эйрадис поняла, почему сначала
приняла ее за девушку, - незнакомка отличалась удивительно хрупким
сложением, хотя в ней чувствовалась внутренняя сила, а в зелено-серых глазах
горел огонь.
Эти глаза притягивали, и Эйрадис успела подойти совсем близко, прежде
чем обратила внимание на поразительную красоту женщины. Прямые шелковистые
волосы, точно лунное сияние, ниспадали почти до самой земли. Несмотря на
простое платье с ленточкой на шее и поясом под маленькой округлой грудью,
посадка головы и черты лица выдавали аристократическое происхождение
незнакомки. На руках никаких следов тяжелой работы,

длинные тонкие пальцы украшали идеально ухоженные ногти.
- Вы не из деревни, - заявила Эйрадис, с трудом удерживаясь от
реверанса (не следует забывать - именно она являлась женой владельца замка).
- Пожалуйста, скажите мне, кто вы?
- Я здешняя caoineag. Из старых лэрдов <помещик, владелец
наследственного имения.>, которые возвели первые крепости, - на их месте ваш
муж построил замок, ставший для вас домом.
У женщины оказался нежный и мелодичный голос, но что-то в ее манере
держаться вызвало у Эйрадис дрожь и заставило положить руку на живот.
- Caoineag? Я не понимаю?
- Плакальщица, - последовал ответ. - Призрак крестоносца называет меня
на ирландский манер банши - его мать была ирландкой, хотя он уже забыл.
- Вам известно его имя?
- Да, но бедняга не хочет его слышать. Как только он узнает, то сразу
все вспомнит. - Банши взглянула своими зелено-серыми глазами на Эйрадис. -
Ты собираешься спросить у меня, что я здесь делаю?
- Нет, я думала, вы тут живете, как остальные призраки из замка.
- Тебе бы следовало больше удивляться. - Выражение лица банши не было
ни злым, ни добрым. - Ты знаешь, в чем заключаются мои обязанности?
- Призрак крестоносца говорил, что ваш плач является приметой -
предсказанием смерти, - после некоторых колебаний ответила Эйрадис, не
убирая одну руку с живота, а другой запахивая плащ, словно толстая шерсть
могла защитить ее будущего ребенка. - Он сказал, будто вы плачете обо мне -
обо мне, моем ребенке и Джоне.
- Так и есть. -Тебя интересует почему?
- Да.
- Танатос вернул тебя в мир живых, преследуя собственные цели. Твой
Джон попался на предложенную приманку - впрочем, нужно отдать должное
Доннерджеку, он повел себя совсем не так, как предполагал Властелин
Непостижимых Полей.
- Танатос? Предполагал? Что вы имеете в виду?
- А почему я должна отвечать на твои вопросы? Что ты можешь мне
предложить взамен? Ты - всего лишь фантом из Вирту, разве ты имеешь право
приказывать мне, особе благородной крови?
- Благородной крови?
- Да, девочка, я - банши из дома Доннерджек, дома более древнего, чем
линия твоего Доннерджека. Я представительница клана, давшего жизнь хозяевам
этих земель, узурпированных твоим мужем.
- И все же.., вы сказали.., будто вы из дома Доннерджек.
- Да, твой муж хозяин здесь, а я плакальщица, и потому я принадлежу к
его дому - и твоему тоже, фантом из Вирту.
- Тогда помогите мне ради древнего клана, давшего вам жизнь. Разве
справедливо использовать гордых потомков вашей родины в качестве пешек в
чужой игре - даже если одним из игроков является Танатос?
Банши холодно улыбнулась одними губами:
- А что еще ты мне предложишь, Леди из Вирту? Шанс защитить гордость
давно превратившихся в прах людей - ради тех, кто скоро сам обратится в
прах? Неужели ты думаешь, что этого достаточно?
Эйрадис постаралась скрыть охватившее ее возбуждение - банши могла в
любой момент исчезнуть, продемонстрировав свое возмущение. Во время ее
разговоров с крестоносцем. Леди галереи и другими привидениями, населяющими
замок Доннерджек, такое случалось достаточно часто. Выходит, у нее есть то,
что хотела получить плакальщица. Если бы только знать...
- Какую цену ты готова уплатить, Леди из Вирту, Леди Замка? - спросила
банши.
Эйрадис чуть не ответила "любую", однако в последний момент вспомнила о
необдуманном обещании Джона (впрочем, без той сделки ребенок бы и вовсе не
появился на свет, так что...) и не стала отвечать сразу. Она покачала
головой, стараясь разобраться в хитросплетении различных возможностей. Банши
ждала.
- Я не поставлю на кон жизнь моего мужа, ребенка или любого другого
человека, поскольку жизнь дается не для того, чтобы ею торговать. Все
остальное, в пределах возможного, я готова тебе отдать.
- Осторожна, как она осторожна! - насмешливо ответила банши. - У тебя
больше здравого смысла, чем у многих других. Что ж, вот моя цена. Меня
сделали плакальщицей против воли - в качестве наказания за то, что я не
сумела сообщить своему отцу о заговоре, в результате которого его убили.
Поэтому я должна предупреждать тех, кто обитает в замке, о приближении
смерти. Займи мое место, Леди Замка, и я расскажу тебе все, что знаю.
- Занять твое место?
- Да, после смерти, сколько бы ни пришлось ждать. Я не прошу твоей
земной жизни, мне нужна лишь загробная.
- Загробная жизнь...
Эйрадис наморщила лоб, пытаясь вспомнить то недолгое время, которое
провела в Непостижимых Полях. Там казалось.., не так.., ну, не совсем... Она
не могла вспомнить, как там было, но главное - она существовала.
- Согласна, - быстро заявила Эйрадис, потому что боялась передумать. -
После моей смерти, когда бы она ни произошла, я займу место плакальщицы.
- Сделка заключена, - проговорила банши, и в тот же миг Эйрадис поняла:
шелковая петля захлестнула ее, так же неотвратимо приковав к судьбе, как
крестоносца к его цепи.
- А теперь расскажи мне все, что тебе известно о планах Танатоса.
Почему ты плакала обо мне и моих мужчинах?
- Ты замерзла, - заметила банши, и Эйрадис поняла, что так оно и есть.
- Ты столько сделала, чтобы защитить своего сына, тебе не следует рисковать
своим здоровьем до его рождения. Вернись в замок, поешь и выпей чего-нибудь
горячего. Когда ты будешь одна, я приду поговорить.
- Но...
- Прочь! - Голос банши стал высоким, почти сорвался на крик.
Плакальщица исчезла, оставив лишь эхо своего голоса, отразившегося от
утесов.
- Призраки!.. - пробормотала Эйрадис, ни к кому не обращаясь. -
Последнее слово всегда должно остаться за ними. Наверное, они находят в этом
утешение.
x x x

- Не хочешь еще бульона, дорогая? - спросил Доннерджек, продолжая
держать половник над супницей. Эйрадис рассмеялась:
- Я уже съела две добавки, Джон, свежего черного хлеба и нежного сыра
чеддер. Я беременна, но меня не нужно откармливать на убой!
Положив половник, Джон расхохотался вместе с женой. Он быстро
переставил свой стул так, чтобы сесть рядом с Эйрадис, и обнял ее за плечи.
- Я знаю, что слишком беспокоюсь из-за пустяков, но ты меня тревожишь.
Твою беременность никак нельзя назвать обычной. Я хочу для тебя всего самого
лучшего.
- Спасибо, Джон, я понимаю.
- И я не уверен, что долгие прогулки по холоду полезны тебе и ребенку.
Если дома сидеть скучно, почему бы не обратиться к Большой Сцене?
- Понимаешь, Джон, в Вирту я не чувствую себя в безопасности. Не знаю,
что Властелин Непостижимых Полей сделал, чтобы я могла вернуться, только я
боюсь, что он в любой момент потребует меня назад. Лучше не попадаться ему
лишний раз на глаза.
- Большая Сцена скорее похожа на Веритэ, чем на Вирту. Это проекция
Вирту - но твое "я" не проецируется в программу. Ты можешь наблюдать за
окружающим миром, не становясь одним из его персонажей - изысканные обои, не
более того.
- Я знаю, Джон, знаю. Однако сознание Властелина Непостижимых Полей
охватывает все Вирту, даже если мы и не переходим границу. Нет, я
предпочитаю избегать Вирту, если тебя нет рядом - а может быть, и вместе с
тобой не решусь туда отправиться.
- Как хочешь, дорогая.
Голос Джона звучал совершенно спокойно. Эйрадис подозревала, что он
просто посмеивается над ней, как если бы она вдруг полюбила пикули или
манговое мороженое.
- Ладно, Эйра, если уж я не в силах уговорить тебя сидеть дома, ты не
согласилась бы сменить климат? Я буду регулярно тебя навещать. Мы могли бы
переехать вместе, но мне необходимо оборудование, которое установлено в
замке.
- Нет, Джон. Я не хочу с тобой расставаться. Мы и так мало времени
проводим вместе. Пусть уж хотя бы ночью я буду чувствовать тебя рядом.
- Я слишком часто оставляю тебя одну?
- Нет, любовь моя. Я нашла, чем занять свое время. И все же мои дни
потеряют привлекательность, если я не буду знать, что вечером увижу тебя.
- Эйра, я действительно тебя люблю. Возможно, мне не всегда удается это
показать, но.., мне не хватает слов, чтобы выразить, как я тебя люблю.
Ее безмолвный ответ оказался весьма приятным, и Джон вернулся в свой
кабинет на час позже, чем планировал. На его лице бродила улыбка, а
воспоминания о смехе Эйрадис согревали сердце.
x x x

Эйрадис сама убрала посуду после ужина (Дэк занял роботов разгрузкой
прибывших контейнеров с электронным оборудованием), получая удовольствие от
обыденной работы. Когда все было в порядке, она вышла в гостиную и
подбросила дров в камин. Хотя весна уже понемногу сменяла зиму, в замке все
еще гуляли холодные сквозняки. Взяв книгу, Эйрадис устроилась в кресле и
постаралась не думать о предстоящем свидании с банши. Ей вдруг пришло в
голову, что привидение, заручившись ее обещанием, не станет слишком
торопиться с исполнением своей части договора.
Эйрадис волновалась совершенно напрасно: не успела она прочитать и двух
страниц, как пламя в камине всколыхнулось, взвыл ветер, и стройная бледная
фигура плакальщицы возникла в кресле, стоящем напротив камина.
- Интересная? - спросила банши, показывая на книгу, которую Эйрадис
положила на колени.
- Да, - кинула Эйрадис. - Сказки о море. Странно читать о
кораблекрушении с точки зрения моряка - ведь раньше я была русалкой.
Конечно, моряки обычно отправляются) в Вирту в отпуск, а если они начинают
тонуть, то активируется программа возврата в Веритэ.
- Однако события в Вирту могут вызвать смерть в Веритэ. Странно, не так
ли, ведь реальна лишь Веритэ?
- Вирту тоже реальна, - ответила Эйрадис, понимая, что у банши свои
причины вести беседу окольными путями.
- Так говоришь ты, так считают многие - в особенности обитатели Вирту,
- но откуда берется ваша реальность?
- Никто не знает. Это великая тайна, тайна Первого Слова, Войны
Творения. Прости меня, банши, но я не религиозна - даже Непостижимые Поля не
смогли изменить моих взглядов.
- Властелин Ушедших превратил тебя в существо из Веритэ, Ангел Вирту.
Ты не задумывалась, зачем он так поступил, ведь Доннерджек хотел лишь
вернуть тебя к жизни? Даже мудрому Джону Д'Арси Доннерджеку не пришло в
голову попросить Танатоса сделать тебя его женой в Веритэ.
- Я размышляла о странной щедрости Властелина Непостижимых Полей, и
пришла к выводу: он хотел, чтобы я выносила ребенка, которого он потребует в
качестве цены за мою жизнь. Вот только зачем Танатосу ребенок из Веритэ?
- А что, если твое дитя не просто ребенок из Веритэ? Что, если,
несмотря на все изменения, которые в тебе произошли, твой сын унаследует
нечто и от Вирту? Каким станет он тогда?
- Кто знает? Плакальщица, я думаю, тебя не правильно назвали! Следовало
бы дать тебе другое имя - Загадочная женщина!
Стройная фигура банши потускнела. Уж не оскорблена ли она?.. Немного
позже Эйрадис сообразила, что привидение смеется. Когда фигура снова стала
матовой, на высоких скулах плакальщицы появился слабый румянец, а на тонких
губах промелькнула дружеская улыбка.
- Ты мне нравишься, Эйрадис. Как жаль... Ну, ладно. Скажу прямо. Далеко
не всех в Вирту устраивает, что общение с Веритэ возможно только в одном
направлении. Властелину Непостижимых Полей об этом известно, и он старается
воспользоваться своим знанием, чтобы получить могущественное орудие в
чрезвычайно сложной игре. Твой сын может стать таким орудием. Или не стать.
Танатос поймал в свою западню Джона Д'Арси Доннерджека.
- Почему Джона? Почему меня? Мы не единственная пара, разделенная
интерфейсом.
- Да, конечно, но он - Джон Д'Арси Доннерджек, а ты.., ты, бедная душа,
нечто гораздо большее, чем думает твой муж. На твоих волосах осталась пыльца
с крылышек черного мотылька. Ты сказала Джону?
- Нет.
Наступило долгое молчание, которое вдруг стало дружеским. Наконец
Эйрадис заговорила:
- Под замком есть туннели.
- Я знаю.
- Мне хотелось бы их исследовать.
- Я могу быть твоим проводником.
- Завтра?
- Завтра.
- Тогда до встречи.
- Договорились.
Плакальщица исчезла. Эйрадис улыбнулась и снова открыла книгу. Как
здорово иметь подругу, в особенности в такое время. Роботы и призраки воинов
- что ж, совсем неплохо, однако есть вещи, которые лучше обсуждать с
представителями твоего собственного пола.
Эйрадис перевернула страницу. Над вымышленным морем поднимался ветер.
За окном рев океанского прибоя обеспечивал звуковую дорожку.
x x x

Позавтракав кашей со сливками, Эйрадис надела тяжелые высокие сапоги на
рифленой подошве - довольно уродливые, зато непромокаемые. Поверх шерстяных
брюк и свитера она накинула легкую куртку - больше для защиты от влаги, чем
от ветра, поскольку рассчитывала, что в пещерах не будет сквозняков.
- Опять собираешься на побережье, Эйра? - поинтересовался Джон.
В руках он держал диски и устройство для считывания, которые захватил
из офиса, чтобы просмотреть перед сном накануне вечером.
- Нет, - ответила она, с удивлением обнаружив в своем голосе нотки
вызова. - Я собираюсь исследовать туннели под замком - то, что осталось от
старой крепости.
Джон слегка нахмурился, посмотрел в окно, отметил, что идет затяжной
дождь, и кивнул:
- Да, погода не слишком располагает к прогулкам, и раз уж ты не хочешь
воспользоваться Сценой...
- Не хочу и не буду.
- Что ж... Ты возьмешь с собой робота?
- Вообще-то не собиралась.
- Я бы предпочел, чтобы ты не шла туда одна. Сам я не заходил дальше
начала туннелей, но там есть неприятные места.
- Джон, я не нуждаюсь в няньке. Побереги ее для нашего будущего
ребенка!
- Пожалуйста, Эйра, не будь такой упрямой. Я не прошу тебя оставаться
дома; захвати с собой робота, он тебе поможет, если ты поскользнешься или
начнется камнепад.
Эйрадис чуть не проговорилась, что с ней будет одно или несколько
привидений, но вовремя прикусила язык. Джон понятия не имел о том, сколько
времени она проводила в обществе призраков замка Доннерджек: крестоносец,
Коротышка, Плачущая девушка, ослепленный узник, Леди галереи, а теперь еще и
банши. К тому же Джон говорил разумные вещи.
- Хорошо, Джон. Я согласна. Спрошу Дэка, кого он мне даст.
Джон положил диски и подошел к Эйрадис. Обняв жену, прошептал в ее
волосы:
- Возьми любого из них, любовь моя. Разве могут быть дела важнее твоего
благополучия?
"Почти. Ты не бросаешь свою работу". Она прекрасно знала, что Джон
упорно работает над дворцом для Танатоса, выполняя свою часть сделки,
благодаря которой Эйрадис вернулась, но ей казалось, что муж вкладывает в
проект слишком много сил и души. Властелин Энтропии регулярно присылал
электронные послания, где сообщал, какие необходимо внести изменения и
улучшения в проект Костяного Дворца. Джон как-то признался, что чувствует
его самого удивляющую гордость, получая письма от существа, которое даже
величайшие ученые Веритэ считают легендой.
- Спасибо, Джон, - сказала Эйрадис, стараясь не обращать внимание на
внутренние сомнения. - Не думаю, что мне потребуется что-нибудь особенное.
Подойдет любой, самый примитивный робот.
Джон улыбнулся и снова обнял Эйрадис, а потом взял диски и устройство
для считывания.
- Я буду с нетерпением ждать рассказа о твоих открытиях, дорогая.
Встретимся во время ленча?
- Может быть, - ответила она. - Не знаю, как далеко я зайду. Кроме
того, уже довольно поздно.
- Ладно. Постарайся не переутомляться.
- Обещаю.
Доннерджек ушел, поцеловав ее на прощание в щеку. Эйрадис немного
постояла, размышляя, не рассердила ли мужа. С некоторым усилием выбросила
сомнения из головы, зная, что не может побежать за ним и спросить, не
начиная спора по поводу проблем, которые решила не затрагивать. Брак - во
всяком случае, брак с любящим свою работу ученым - оказался несколько более
трудным делом, чем она предполагала. Эйрадис и в голову не приходило, что ей
придется рассматривать в качестве соперницы науку.
Закрыв ладонями глаза, она заставила себя выбросить посторонние мысли
из головы. Скоро у нее появится больше собственных дел. Когда родится
ребенок, ей будет чем себя занять. А сейчас она собирается исследовать
туннели в компании банши.
x x x

Тяжелый железный ключ, открывавший толстую кованую дверь, вполне мог бы
оказаться реликвией из старого замка. Петли заскрипели, но створка
скользнула в сторону без особых усилий.
Эйрадис сопровождал Войт - универсальный сервомеханизм, напоминающий в
данный момент яйцо ласточки метровой высоты, парящее примерно в футе над
землей. Его воздушная подушка слегка поднимала пыль, однако в остальном
робот оказался незаметным спутником. Призрак крестоносца, банши и
ослепленный узник присоединились к ней, как только Эйрадис вставила ключ в
замочную скважину.
- Он захотел пойти с нами, - заявил, пожимая плечами, призрак
крестоносца, показывая на ослепленного узника. - Сказал, что хорошо знает
это место. Надеюсь, ты не возражаешь.
Эйрадис включила свой фонарик и посветила по сторонам; Войт последовал
ее примеру и включил небольшой прожектор. Перед ними тянулся коридор шириной
в полтора метра. Около двери стены были отделаны известняком, но дальше шел
обычный камень.
- Твой друг что-нибудь видит? - спросила Эйрадис, показывая на
ослепленного узника.
- Да, видит, - заверил ее крестоносец. - А даже если и нет, что с ним
случится, если он упадет - ведь он покинул суетный мир много веков назад.
- Наверное, ты прав, - согласилась Эйрадис. - Пойдем вперед.
- Мы закроем за собой дверь, госпожа? - осведомился Войт.
Эйрадис повиновалась импульсу. Не было никакой причины закрывать дверь.
Они ни от кого не прятались, но ей нравилась сама мысль о приключении.
- Да, прикрой ее, Войт, только не запирай.
- Хорошо.
Робот вытянул механическую руку и толкнул створку, которая с громким
стуком захлопнулась. Пока Эйрадис ждала, чтобы глаза привыкли к свету
фонарей, она заметила, что все три призрака испускают слабое
голубовато-белое свечение. Раньше она никогда этого не замечала. С другой
стороны, все их предыдущие встречи проходили в хорошо освещенных местах.
- Здесь так темно, - прошептала Эйрадис.
- Точно, - согласился крестоносец.
Банши промолчала, но устремилась вперед, теперь именно она вела всю
компанию. Эйрадис последовала за ней, удивленная тем, что ее охватил
суеверный страх. Темнота, необработанный камень, влажные запахи земли и
соленого моря всколыхнули воспоминания, о которых она и думать позабыла.
Эйрадис сосредоточилась на настоящем: скрипе песка и щебня под ногами, капле
воды, упавшей откуда-то сверху прямо на нос... Постепенно неприятные
ощущения отступили.
Необычные исследователи медленно шли вслед за банши. Туннели бесконечно
перекрещивались и петляли, и очень скоро Эйрадис потеряла представление о
том, насколько далеко они удалились от замка - если вообще не покинули его
окрестности. Время от времени маленькая группа выходила в какую-нибудь
пещеру. Тогда Эйрадис просила Войта подняться к потолку, чтобы его прожектор
осветил помещение.
В пещерах им попадался всякий хлам: старые бутылки, огарки свечей,
ржавая банка с машинным маслом, два сломанных клеймора, а однажды тряпичная
кукла, на лице которой застыла кривая улыбка. Большую часть находок Эйрадис
не трогала, однако куклу положила в карман - мысль о том, что игрушка
останется лежать в темноте, вдруг показалась ей невыносимой.
Время во мраке и тишине потеряло всякий смысл. Призраки следовали за
Эйрадис, изредка перебрасываясь между собой короткими фразами. Замечая следы
собственных сапог на песке, Эйрадис не раз задавала себе вопрос: как давно
она их оставила? Несколько минут или столетий назад? Наконец она
почувствовала, как лица коснулся легкий соленый бриз. Эйрадис покинула мир
сновидений, где едва не заблудилась.
- Интересно, откуда дует ветер? - проговорила она, и собственный голос
показался ей каким-то чужим.
- Здесь есть пещера, которая выходит на берег, когда прилив отступает,
- ответила банши. - Хочешь на нее взглянуть?
- Хочу.
Свежий ветер взбодрил Эйрадис, и девушка зашагала быстрее. Свет,
испускаемый привидениями, потускнел, когда они свернули за угол и оказались
в самой большой пещере из всех, где Эйрадис успела побывать. Впрочем, почти
всю ее занимало подземное озеро ромбовидной формы; вдоль одной из сторон шла
усыпанная гравием полоса, у остальных поднимались отвесные скалы, лишь на
противоположном берегу имелся узкий проход, откуда лился свет.
- Если бы нашлась весельная лодка, а пассажиры не были очень высокими
или в нужный момент пригнулись, то таким способом они без проблем проникли
бы в пещеры. А если бы они еще знали дорогу через туннели, то могли бы
добраться и до замка.
- Верно, - заметил ослепленный узник. - В мое время этот путь изредка
использовали для контрабанды, а иногда и в более зловещих целях.
- А Джону о нем известно?
- Думаю, нет, - ответил крестоносец. - Прошу прощения у леди, но хозяин
замка не проявил особого интереса к туннелям, а жители деревни давно о них
забыли. Замок очень долго пролежал в руинах.
- Нужно обязательно ему показать. Пещеры Джону наверняка понравятся.
Надеюсь, я сумею найти дорогу. Сверху донесся голос Войта:
- Госпожа, я записал все наше путешествие - на случай, если вы захотите
вспомнить о нем позднее. Кроме того, я могу легко распечатать карту.
- Отлично. Скажи мне, ты делал видеозапись или только фиксировал наш
путь?
- Я регистрировал направление и расстояние. Может быть, следовало вести
видеозапись?
- Нет, Войт, все хорошо. Мне вдруг стало интересно: зафиксирует ли
видео призраков?
- Вряд ли, госпожа. Мне лишь косвенно известно об их присутствии, мое
восприятие главным образом основано на звуковых сигналах, возникновение
которых трудно объяснить как-либо иначе. Поскольку мои оптические рецепторы
призраков не фиксируют, я делаю вывод, что камера также не сумеет их
заснять.
- Очень любопытно.
Эйрадис подошла к берегу озера; банши, не отставая, следовала за ней.
Хотя жители деревни забыли о существовании пещер, в воде оставались следы их
присутствия: кусок рыбачьей сети, полузатопленный буй, обертка от печенья
(почти совсем размокшая), самый разнообразный мусор, избежавший мощной
системы переработки последнего столетия. Некоторые банки из-под пива и
бутылки лимонада могли оказаться ценными экспонатами; Эйрадис видела
подобные вещи в антикварных магазинах, разбросанных по всему миру. Возможно,
в следующий раз она их соберет и проверит по каталогу.
- Наверняка вы показали мне далеко не все пещеры, - сказала она,
обращаясь к банши.
- А почему ты так уверена?
- Интуиция, не более. Интуиция и еще присутствие ослепленного узника.
Он бы не пошел с нами ради нескольких пещер и прохода, которым пользовались
контрабандисты.
- Ты умница. А если я скажу, что ты права и здесь скрыто нечто большее?
- Я попрошу тебя раскрыть мне ваш секрет.
- Даже если это опасно?
- Мы в подземельях моего замка. Я должна знать, что здесь есть, не так
ли?
- Многие хозяева замка сошли в могилу, так и не узнав про туннели.
Подобное знание едва ли является обязательным условием владения.
- Я ведь прошу вежливо. А это чего-то да стоит.
- Пожалуй. На данный момент механическое существо знает о туннелях
больше, чем многие, кто пытался сделать их карту. Существует тенденция
недооценивать их сложность.
- Любопытно. Значат ли твои слова, что ты посвятишь меня в тайны
подземелья?
- Ну, не стану же я ждать, пока ты попытаешься сама их выведать при
помощи своих механических союзников. Впрочем, вряд ли они сумеют разыскать
то, что могу показать я. Надеюсь, ты понимаешь, что мое согласие быть твоим
проводником не защитит тебя от опасностей?
- Понимаю.., но мне все равно интересно.
- Дорогу можно найти лишь в полнолуние.
- Полнолуние только что прошло!
- Мне очень жаль, однако таков закон.
- Тогда придется смириться. Через месяц я стану более неповоротливой,
но еще не буду привязана к своей спальне.
- Тогда я сделаю необходимые приготовления. И постараюсь быть твоим
проводником.
- Подожди!
- Да?
- Увижу ли я тебя до наступления полнолуния?
- А у тебя есть такое желание? Принято считать, что мое присутствие
является плохим предзнаменованием.
- Я думала, это относится только к твоим стонам.
- Люди часто путают одно с другим.
- Да, я бы хотела тебя увидеть. Продолжим исследовать пещеры, не
затрагивая главных секретов. Или.., кажется, ты заинтересовалась книгой..,
помнишь, той, про моряков? Хочешь, я почитаю тебе вслух, если ты сама не
можешь?
- Заманчивое предложение. Нам очень трудно держать в руках материальные
артефакты. Да, я принимаю твое предложение.
- И вообще, мне нравится проводить с тобой время. Есть некоторые
метафизические вопросы, которые лучше обсуждать с призраками, чем, например,
с Джоном, - а меня в последнее время ужасно занимают вопросы жизни и смерти.
Как я ни пытаюсь забыть Непостижимые Поля, меня преследуют воспоминания. Я
бы хотела избавиться от них до рождения ребенка.
- Философские дискуссии и книги... Звучит привлекательно. Я уверена,
что другие привидения присоединятся к нам. Крестоносец - простая душа, как и
большинство тех, чьим обществом он дорожит, но среди обитающих в замке
призраков найдется немало желающих принять участие в наших беседах.
- Отлично. Давай договоримся о ближайшей дневной встрече. Вечера я
стараюсь проводить с Джоном.
Плакальщица посмотрела на Эйрадис своими пронзительными зелено-серыми
глазами. Вероятно, она обратила внимание на тон собеседницы, когда та
говорила о муже.
- Тебе кажется, что твой муж пренебрегает тобой, не так ли? Ты боишься,
что здесь, в Веритэ, потеряла часть любви, которую он испытывал к тебе в
Вирту?
- Да. - Эйрадис говорила так тихо, что ее слова были едва слышны.
- Джон Д'Арси Доннерджек любит тебя сейчас ничуть не меньше, чем
раньше. Поверь мне, если ты в состоянии верить привидению с такой
репутацией. Он глубоко сожалеет о сделке с Властелином Непостижимых Полей,
которую заключил, чтобы тебя вернуть. Твой муж уже просил об изменении
условий. Танатос отказался. Большая часть работы, которой занят Доннерджек,
направлена на то, чтобы ваш будущий ребенок остался с вами.
- Почему он ничего мне не рассказывает? Звеня цепью, подошел
крестоносец - сегодня его цепь казалась почти настоящей.
- Потому, девочка, что он мужчина и ему мешает глупая мужская гордость.
Он боится, что ты его порицаешь, пытается найти решение и не хочет, чтобы ты
тревожилась. Но ты не должна сомневаться в том, что он любит тебя и дитя,
которое ты носишь под сердцем.
- Джон...
Эйрадис опустилась на колени и взяла несколько пивных бутылок,
валявшихся на берегу.
- Войт, возьми их. Я должна что-нибудь принести с собой, чтобы показать
Джону. Он сказал, что с удовольствием послушает рассказ о моих приключениях.
- Будет сделано, госпожа.
- Пора возвращаться. Не хочу опоздать на обед.
- Судя по моему хронометру, у вас есть еще несколько часов, госпожа.
- Хорошо.
Эйрадис повернула счастливое лицо к трем призракам:
- Вы не против?
- Конечно, девочка. У нас полно времени на мечты и путешествия. Тебе
пора возвращаться в замок, чтобы рассказать хозяину о том, что ты сегодня
видела.
- Благодарю вас. - Она показала, что обнимает их лишенные плоти тела. -
Вы мне ужасно помогли. Надеюсь, мы еще погуляем вместе, ведь правда?
Один за другим все привидения кивнули, а потом исчезли. Эйрадис
протянула
последнюю бутылку парящему в воздухе роботу. Отвернувшись от маленького
озера, она зашагала обратно. Вода прощально плескалась о берег.
x x x

Джон Д'Арси Доннерджек не слышал плача банши в течение нескольких
месяцев, последовавших за его встречей с Волынщиком, хотя странные звуки
продолжали доноситься из подземелий, а призраки по-прежнему разгуливали по
залам замка.
- Как зовут вашего друга? - спросил однажды Доннерджек, встретившись с
призраком крестоносца, который прогуливался в компании привидения,
державшего свою голову под мышкой.
- Он из шестнадцатого века, - ответил крестоносец. - Все политика!.. В
результате бедняга, как говорится, не сносил головы. Я называю его
Коротышкой.
Маленький призрак поднял свою голову за окровавленные локоны и
ухмыльнулся:
- Добрый день.
Его лицо исказила гримаса, рот широко раскрылся, и Коротышка издал
пронзительный вопль. Доннерджек отшатнулся:
- Зачем вы так?
- Я должен периодически испускать предсмертный крик, - ответил призрак.
И снова завопил.
- Наверное, событие было запоминающимся.
- Уж можете не сомневаться, сэр. В учебных заведениях отменили занятия,
а для благородных господ устроили специальное зрелище в замке - за мой счет
многие неплохо развлеклись. - Коротышка сдвинул локоны в сторону. - Обратите
внимание на отсутствие ушей, к примеру. Я не сумел найти даже их астральную
часть, чтобы носить с собой в кармане и при случае показывать.
- Боже! И в чем же вас обвинили?
- В отравлении кучи мелких дворян и заговоре с целью убийства хозяина
замка, не говоря уже о королевском дворе.
- Люди, в своем неведении, проявили поразительную жестокость.
- Не знаю насчет неведения, но насчет жестокости вы правы.
- Я вас не понимаю.
- Под пытками человек может признаться во многом, иногда даже
рассказать правду.
- Вы хотите сказать, что действительно являлись отравителем и
заговорщиком?
- Коротышка ни в чем другом не признался, - вмешался крестоносец.
В следующий миг окрестности огласил новый вопль, и Коротышка
растворился в воздухе.
- Вам не следовало этого говорить, - объяснил призрак, загремев цепями.
- Вы заставили его вспомнить о преступлениях, которые он хотел бы забыть. Он
утешался мыслями о пропавших ушах. И празднике, устроенном в его честь, если
так можно выразиться.
- Если ты вспомнишь свое имя или какое-то важное происшествие из своей
жизни, ты тоже исчезнешь?
- Трудно сказать.
- Наверное, следует произвести небольшие изыскания.
- Нет, не делайте ничего подобного, мой господин. Никто не знает, какие
силы вы освободите. Лучше я сам когда-нибудь все выясню.
- Но...
- Нельзя нарушать естественный ход событий. Верьте мне. И он исчез,
словно кто-то задул свечу. Доннерджек фыркнул:
- Склонный к фатализму болтун! Иногда вмешательство - единственное, что
остается.
Доннерджек вышел на парапет замка. Дул холодной ветер, накрапывал
дождь. Хорошая погода. Джон подумал о Танатосе и Эйрадис и о своем будущем
сыне. Какая несправедливость! Властелин Непостижимых Полей станет владеть
роскошным, невиданным дворцом. Однако он намеревается получить плоды не
только его гения, но и тела. Это не правильно!
Должна существовать какая-то защита. Сделать замок Доннерджек
недоступным для Танатоса?.. Джон рассмеялся. Разве от смерти спасешься? И
все же новая мысль натолкнула его на другие идеи. Властелин Непостижимых
Полей не хотел, чтобы мальчик умер - в этом Доннерджек не сомневался. Он
готовил детскую в своем темном дворце для живого ребенка. Зачем?
Насквозь промокший от дождя Доннерджек вышагивал по парапету, размышляя
над одним вопросом, который однажды выбросил из головы: для чего можно
использовать такого ребенка? В качестве агента или посланника? Уж конечно же
Танатос в состоянии найти столько подручных, сколько ему понадобится. Нет,
тут что-то другое. Может быть, ему нужен маленький живой паж для развлечения
в новом дворце? Кто знает. Трудно понять такое необычное существо.
Над холмами полыхнула молния, а вскоре грянул гром. Не стоит тратить
время на бессмысленные предположения.
Прежде всего следует выяснить, каким образом Танатос отправил Эйрадис в
Веритэ, а не в Вирту, и почему она забеременела. И то и другое считалось
теоретически невозможным. Доннерджек вернулся к своим рассуждениям о наличии
высших уровней внутри Вирту. Если гипотетическая Сцена IV существует, то
часть ответа связана с ней. Возвращение... Может, Танатос таким способом
сумел замаскировать свои хитрые манипуляции со Сценой IV?
Новая вспышка молнии, оглушительные раскаты грома и сильный дождь
заставили Доннерджека вернуться в замок. Расхаживая по одному из верхних
залов, он продолжал размышлять. Предположим, удастся развить новую теорию
Вирту, включающую в себя предположение о существовании Сцены IV. Тогда,
вероятно, у него появится возможность объяснить все аномалии - Сотворение
Вирту, обратную темпоральную гипотезу расширения, наличие данных, к которым
нет очевидного доступа. Если он сумеет справиться с этой задачей, то затем
решит проблему на практическом уровне.
В последующие дни - и ночи - Джон все время, свободное от работы над
проектом дворца Танатоса, посвящал теоретическим выкладкам и расчетам.
Доннерджек пытался обходиться без машин, используя записные книжки,
карандаши и старомодные карманные калькуляторы всякий раз, как у него
появлялась такая возможность. Когда же ему требовался мощный компьютер, он
заходил в свой уголок Вирту, затем переписывал результаты в блокнот, а все
остальное стирал, чтобы не оставить никаких следов в чужом мире.
Решение наверняка связано с Войной Начала Начал!.. Джон вернулся ко Дню
Первому, но даже и тогда все уже было окончательно сложено. Он сумел
переместиться к первому часу, однако ему никак не удавалось обнаружить
исходные условия, необходимые для уточнения уравнения. Вирту не желало
делиться с посторонними тайнами своей истории. Попытки моделировать ситуацию
всякий раз давали различные результаты.
Доннерджек задумчиво смотрел в стену, прикусив губу. Впервые за
последние десять лет он вдруг вспомнил о Рисе Джордане и Уоррене Банзе.
Ушедший на покой математик и специалист по теории информации Рис
Джордан был самым старым человеком из всех, кого знал Доннерджек.
Поселившись в балтиморском Центре врачебного искусства, Рис стал
рекордсменом среди долгожителей. По мере того, как росли возможности
продления жизни, следы, которые оставляли на телах пациентов новые методы,
становились все более изощренными. Всем, кто находился в Центре, давно
перевалило за сто лет. Доннерджек сделал в уме быстрые подсчеты - если Рис
жив, ему уже больше ста пятидесяти.
Каждый, кто попадал в Центр, страдал от какой-нибудь уникальной
болезни, лечение в результате и привело к существенному увеличению срока их
жизни. Тела жителей Центра представляли собой настоящий музей медицинских
достижений. За ними нельзя было ухаживать, как за обычными людьми; с другой
стороны, их научная ценность заметно превосходила расходы на содержание.
Всякий раз, когда один из пациентов оказывался в кризисном состоянии,
медикам приходилось что-нибудь изобретать.
Рис Джордан - если его разум неповрежден - может оказаться полезным
консультантом. Он занимался сетью базы данных, когда последняя капля
переполнила чашу и вся мировая система связи рухнула. Через час все
заработало снова, и возникла Вирту. Джордан написал несколько статей, как
популярных, так и научных, посвященных этому удивительному событию. Потом в
течение многих лет выступал с лекциями. Некоторые из его ранних идей сейчас
считались "любопытными", однако не вызывало сомнений, что Рис Джордан
является одним из крупнейших специалистов по электронному теневому миру.
Доннерджек подошел к терминалу и вызвал номер Центра. Через несколько
мгновений он уже разговаривал с охранником - идеальное мужское лицо навело
Доннерджека на мысль, что он беседует с прогом.
- Центр врачебного искусства, - заявил охранник. - Чем могу быть
полезным?
- Рис Джордан по-прежнему находится в вашем Центре? - спросил
Доннерджек.
- Да, он здесь.
- Могу я поговорить с ним?
- Боюсь, что сейчас это невозможно.
- С ним все в порядке?
- Я не имею права обсуждать состояние наших пациентов.
- Меня интересует совсем другое. Сможет ли он вести рациональную
беседу, когда освободится?
- О да. Но сейчас это невозможно.
- А когда будет возможно, вам известно?
- Нет.
- Вы хотите сказать, что он спит, или проходит процедуры, или в данный
момент физически отсутствует в Центре?
- Он физически присутствует, не спит, просто занят другими делами.
Доннерджек кивнул:
- Значит, Рис Джордан в Вирту.
- Да.
- Могу я узнать его координаты?
- Мне очень жаль, но данная информация носит личный характер.
- Видимо, вы в состоянии с ним связаться. Передайте, пожалуйста, ему
сообщение.
- Мы оставим ваше сообщение на автоответчике. Однако никто не знает,
когда он посчитает нужным его прослушать.
- Понимаю. Меня зовут Джон Д'Арси Доннерджек. Я работал с Рисом
Джорданом несколько лет назад. Передайте ему, что я хочу кое-что с ним
обсудить.
- Хорошо.
Доннерджек оставил свой номер и вновь погрузился в размышления. Вирту.
Ничего удивительного в том, что Рис решил туда вернуться. Большую часть
жизни он потратил на изучение Вирту и без устали восхищался бесконечными
новинками, не говоря уже о чисто техническом интересе.
Доннерджек взял карандаш и быстро записал уравнение. Долго его
рассматривал. Затем немного изменил. Через несколько часов, отложив в
сторону один лист, взялся за другой. Он чувствовал, что где-то допустил
ошибку, зато ему удалось сплести сеть. В данный момент казалось, что важнее
окружить проблему цепочкой предположений, не особенно обращая внимание на их
точность.
Позднее, во время ленча, к нему пришла Эйрадис, и они устроились за
маленьким столиком у окна.
- В последние дни ты даже слишком много работаешь, - сказала она.
- Множество проблем.
- Создается впечатление, что их стало заметно больше, чем раньше.
- Да.
- Дворец?
- Не только.
- В самом деле? Наши дела?
Джон бросил взгляд на один из терминалов и кивнул.
- Как ты себя чувствуешь?
- У меня все в порядке.
- Отлично. А твои привидения?
- Ты думаешь, что действительно сумеешь.., предотвратить...
Доннерджек пожал плечами:
- Я и правда не знаю. Даже если мне удастся найти теоретическое
решение, необходимо еще отыскать возможность применить новое знание на
практике.
- Понимаю, - кивнув, проговорила Эйрадис. - Расскажи, как идут дела.
Он протянул руку и сжал ее пальцы. Тогда она встала, улыбнулась и
поцеловала мужа.
- В другой раз, - сказала на прощанье Эйрадис.
- В другой раз, - согласился Доннерджек и вернулся к своим уравнениям.
Он не знал, сколько прошло времени. Когда Джон углублялся в работу,
весь остальной мир переставал для него существовать.
- Доннерджек! - послышался вдруг чей-то знакомый голос.
Однако Джон не сразу его узнал. Он поднял голову и огляделся:
- Да?
- Повернись в сторону Сцены.
- Рис! - воскликнул он, вставая.
- Точно. Раз уж у меня появился твой номер, я решил навестить тебя
лично. Сколько же мы не виделись?
- Очень давно. - Доннерджек подошел к отсутствующей стене Сцены. - Вот
это да!
Весело улыбаясь, на него смотрел высокий человек с шапкой густых
непокорных волос. Джинсы, теннисные туфли, зеленая спортивная рубашка - на
вид гостю было немногим больше тридцати.
- Ты выглядишь...
- Так, как я бы хотел, - перебил его Рис. - Это личина. Мое настоящее
тело пребывает в коме и производит весьма неприятное впечатление.
Медицинские роботы работают сверхурочно, придумывая новые способы удержать
меня на этом свете. Настало время сделать очередное громкое открытие, или
мне придется окончательно уйти на покой.
- Очень жаль - Не жалей. Я прожил отличную жизнь и до сих пор продолжаю
получать от нее удовольствие. Я был всюду, все перепробовал, прочитал немало
замечательных книг, любил прелестных женщин и работал на равных с Джоном
Д'Арси Доннерджеком и Уорреном Банзой.
Доннерджек отвел взгляд.
- Да, ты повидал жизнь, - наконец проговорил он. - Удалось выяснить,
что же произошло с Уорреном? Рис покачал головой:
- Тело так и не нашли. Единственный человек, который прыгнул с
парашютом и не приземлился. Да, отличный был фокусник - специалист по
исчезновениям. Когда журналисты закончили копаться в его истории, никаких
следов уже не осталось. А записку помнишь? Сообщил, будто собирается
организовать самый грандиозный розыгрыш в истории!
Доннерджек кивнул:
- Так больше ничего и не обнаружили? Дневников, писем?..
- Ничего. Банза - один из немногих людей, по которым я скучаю.
Интересно, над чем он работал перед исчезновением?
- Писал статью о естественной геометрии Вирту.
- В самом деле? Я ее не видел. Статья опубликована?
- Нет. Он дал мне черновик, чтобы я проверил выкладки. Банза умер
прежде, чем я успел их вернуть.
- Интересно?
- Схематично. Еще работать и работать! Но в целом чрезвычайно
любопытно. Странно, я уже много лет не вспоминал об этом. Но знаешь, там
были вещи, о которых я хотел с тобой поговорить.
- Статья у тебя? Я бы с удовольствием ее почитал.
- Не знаю. Даже не представляю, где искать.
- Ну а что ты хотел со мной обсудить?
- Подожди минутку. - Доннерджек подошел к своему столу, взял несколько
листков и вернулся на Большую Сцену. - Я тут сделал кое-какие наброски. Меня
интересует твое мнение.
Рис посмотрел на листки.
- Такое впечатление, что тут не просто наброски, - заметил он.
- Ну.., ты прав.
- В таком случае давай поговорим в Вирту. А информацию можно
сканировать и захватить с собой. Доннерджек потер нос.
- В мои намерения не входило выносить отсюда записи, - признался он. -
А почему ты так стремишься снова оказаться в Вирту?
- Там иначе течет время. Несколько минут реального времени превращаются
в часы. В моем положении это единственное место, где мне хорошо.
- Теперь я понял, - кивнул Доннерджек. - Давай координаты, я тебя
догоню.
Рис кивнул и назвал цифры. Потом повернулся, сделал несколько шагов и
исчез.
Доннерджек подошел к терминалу и внес необходимые изменения. Назвал
координаты, лег и расслабился.
Вскоре он поднялся, одетый в шорты цвета хаки и легкую рубашку. Немного
постоял в тени деревьев, прислушиваясь к плеску воды, сделал несколько шагов
и почти сразу же оказался на небольшой зеленой поляне. Повсюду росли дикие
цветы, а на дальней границе высился шестидесятифутовый утес, который четко
вырисовывался на фоне голубого неба. Несколько больших валунов украшали его
основание и были разбросаны тут и там, чтобы произвести впечатление - так
показалось Джону. Слева с шумом падала в ручей вода. Над водопадом то
появлялась, то исчезала радуга.
На одном из валунов устроился Рис, обхватив руками ноги и уперев
подбородок в колени. Он улыбнулся, когда появился Доннерджек.
- Добро пожаловать в мое тайное убежище. Не хочешь присесть? - Рис
протянул руку и похлопал по соседнему валуну.
- Твое творение? - поинтересовался Доннерджек. - Фокусы со временем и
все такое прочее? Рис кивнул.
- Мне помогала местная Хранительница, - пояснил он. Доннерджек присел
рядом с ним.
- Хочешь с ней познакомиться?
- Может быть, позднее, хотя время - один из параметров, которые я
включил в мою теорию поля.
- Милое старое время, мой друг и Немезида, - со вздохом проговорил Рис.
- "Образ вечности" - так назвал его Дэвид Парк в своей монографии. Он
обозначил Время I - время термодинамики, которое действует вполне
определенным образом, и Время II - субъективное, человеческое. Парк написал
книгу как раз перед появлением теории Хаоса. Ему следовало подождать
несколько лет. Однако его идеи все равно производят сильное впечатление.
Автор был философом и физиком, и его выводы во многом верны - учитывая,
насколько он продвинулся.
- Ты хочешь сказать, что он продвинулся недостаточно далеко?
- Он не мог поработать с Вирту - как мы с тобой.
- Но физика в Вирту носит случайный характер.
- Из-за своего будто бы искусственного происхождения Вирту служит
прекрасным полигоном для различных аномалий.
- Я рад, что ты так считаешь - значит, ты не забыл о работе Веркора,
посвященной идеальной текучести. Рис приподнял бровь.
- Веркор ошибается. Если бы у меня было время и желание, я бы опроверг
его выкладки в печати. Уверяю тебя, Вирту подчиняется универсальным
принципам. Впрочем, я сомневаюсь, что успею высказать свое мнение.
- Ты все эти годы продолжал работать?
- Разумеется. Только не публиковал статьи. Ты получишь мои записи, если
на сей раз мне не удастся выкрутиться. Я оставил инструкции.
- Хорошо. Но я бы предпочел, чтобы ты выкрутился. Мне и в голову не
приходило, что ты в такой хорошей форме...
- Нельзя судить по внешнему виду.
- Я говорю о состоянии интеллекта. Какие у тебя шансы на удачный исход?
- Я не собираюсь биться об заклад - дурная примета, - ответил Рис. - У
статистиков не принято заключать пари. А зачем тебе?
- Я бы с удовольствием снова поработал с тобой. Рис рассмеялся:
- Джон, ничего не выйдет. Скорее всего сейчас проходят последние часы
моей жизни. Как я уже говорил, тебе останутся все мои труды. А на большее не
рассчитывай.
- Тогда разреши мне задать такой вопрос: насколько хорош Центр
врачебного искусства?
- До сих пор им удавалось меня вытаскивать. Несколько раз. Не могу не
замолвить за них словечка.
- Я просто подумал, что буду счастлив предоставить возможности
Института Доннерджека в твое распоряжение - вне зависимости от того, будешь
ты со мной работать или нет.
- Ты всегда был щедрым человеком, Джон, но, боюсь, что мне это уже не
поможет.
- В подобных делах ничего нельзя утверждать определенно. Не забывай,
мой фонд в свое время серьезно занимался медицинскими проблемами. Позволь
мне поискать способ передать в Центр мою базу данных - и посмотрим, что
получится. Если ничего не выйдет, хуже ведь не будет. А вдруг получится?
- Ладно. Тогда давай, не будем тянуть.
- Договорились, - кивнул Доннерджек и щелкнул пальцами.
Из-за валуна появился мужчина в смокинге.
- Вызывали, сэр?
- Ну и зачем такой строгий костюм?
- Извините, прошло так много времени.
- Да уж, не говоря уже о том, что обычно на связь с тобой выходили
другие.
Неожиданно смокинг на стоящем перед ними человеке превратился в шорты
цвета хаки и спортивную рубашку.
- Отлично, - заявил Доннерджек, - я хочу, чтобы ты обсудил кое с кем
парочку медицинских вопросов.
- Неужели? О ком идет речь?
- Эйон из Центра врачебного искусства.
- А, Сид. Я познакомился с ним, когда он только начал функционировать.
Именно он первый назвал меня Парацельсом <Парацельс (1493? - 1541) -
швейцарский врач и алхимик.>.
- Ты шутишь!
- В мои времена эйону шутить не полагалось - дурной вкус. Если,
конечно, ты не являлся профессионалом в своем деле.
- Ты и И. И. <искусственный интеллект.> Эйлс, видимо, принадлежите к
одному поколению. Что ты о нем думаешь?
- Что я могу сказать о первом комедианте среди эйонов? Он был велик. Я
его знал.
- Почему его изолировали?
- Считалось, что он отвлекал других эйонов от работы. Они повторяли его
шутки снова и снова. - Заведомая ерунда, учитывая, сколько различных
операций вы в состоянии производить одновременно.
- Конечно...
- Приветствую вас, джентльмены, - заявил франтоватый тип с карими
глазами и короткой бородкой, на котором отлично сидел модный коричневый
костюм. - Доктор Джордан, с вами я знаком лично, а с доктором Доннерджеком -
по его книгам и статьям. Как поживаешь, Парацельс?
- Отлично.
- У меня создалось впечатление, что в прошлом вы работали вместе, -
вмешался Доннерджек. - Вы не могли бы проверить, насколько совместимы ваши
возможности в настоящий момент?
- Не уверен, вправе ли я осуществить подобную процедуру, - сказал Сид.
- Парацельс, тебе позволено раскрыть свои базы данных, - быстро
проговорил Доннерджек. - Подготовься, а я пока свяжусь с боссами Сида.
- Я сам об этом позабочусь, - вмешался Рис.
- Ладно.
Парацельс и Сид поклонились и исчезли.
- Останься со мной, Джон, - попросил Рис. - Я чувствую, что скоро все
решится.
- Конечно.
- Ты когда-нибудь видел муар?
- Да, - При каких обстоятельствах?
- Когда умерла девушка, которая впоследствии стала моей женой.
- Которая впоследствии стала твоей женой?
- У нас был довольно странный роман.., в результате мне довелось
познакомиться с муаром.
- Временной парадокс?
- Пространственный.
- Как тебе удалось его создать?
- А я ничего особенного не делал. Просто посетил место, которое носит
название Непостижимые Поля, и попросил Танатоса вернуть мне любимую.
- Ты, должно быть, шутишь. Такого места не...
- Существует, не сомневайся. Я ее забрал оттуда. Однако нам пришлось
возвращаться по очень странной дороге. И наша История на этом далеко не
закончилась.
- Расскажи.
- Хорошо. Расскажу, пока мы ждем.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 04 авг 2012, 17:26 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
То, что он поймал блокнот, не являлось счастливой случайностью. Артур
Иден изучал свои новые способности в течение недели и обнаружил их
достоинства и недостатки. Теперь он совершенно точно знал, что виртуальная
сила реальна. Артур снова и снова проводил эксперименты, продолжая
размышлять о том, как поступить со своим открытием. Ему казалось, что
разумнее всего сохранить его в тайне. Если рассказать элишитам о том, что он
овладел телекинезом, на нового прихожанина обратят самое пристальное
внимание, а он сомневался, что личность Эммануэля Дэвиса выдержит серьезную
проверку.
Однако, прекрасно понимая, что нужно сделать в целях безопасности,
Артур Иден очень быстро сообразил, что примет не самое умное решение -
расскажет все вышестоящим элишитам, чтобы посмотреть на их реакцию. Он
попытался обосновать свое поведение чисто научным интересом - исследование
должно быть максимально полным, - хотя в глубине души знал, что существует
другая, куда менее благородная причина.
Он напрягся и заставил блокнот подлететь к себе. Активировал личный
дневник, записал дату и заговорил:
"После следующей встречи я потребую совещания с вышестоящими
функционерами, чтобы продемонстрировать им свои новые способности. Полагаю,
это приведет к немедленному продвижению по иерархической лестнице - некий
знак доблести. В моем классе оказалось нескольких таких "Избранных". Обычно
они страшно собой гордятся и очень высокомерны; их быстро переводят в
следующие классы. Я не могу упустить такую возможность. Из соображений
осторожности прибавлю еще несколько уровней прикрытия для личности Дэвиса".
Он замолчал, прослушал отрывок, который успел наговорить, раздумывая,
до какой степени остается честен даже с самим с собой, и продолжал:
"Я бы хотел сказать, что мой выбор продиктован исключительно усердием
ученого... Увы, есть и другая причина, в которой я шепотом признаюсь себе
под звон колокольчиков, которым приказал запеть, подняв телекинетический
бриз. Могущество. Намек на личную божественность, которую обещают почти все
религии, однако не дает ни одна. В Вирту многие играют в богов, но только
элишиты нашли способ сделать нас богами в Веритэ. Я должен узнать побольше,
прежде чем покинуть их ряды".
Иден выключил блокнот, не прикасаясь к нему, положил на стол и еще
долго сидел, задумчиво глядя в чайную чашку. В комнате становилось темно,
садилось солнце. Артур ничего не замечал, он размышлял об открывающихся
перед ним возможностях.
x x x

Демонстрация Идена/Дэвиса прошла весьма успешно. Его инструктор -
невысокая пухлая женщина азиатского происхождения, которая называла себя
Звездой Иштар, - отвела прихожанина в маленькую комнатку в Веритэ, где он
показал ей свое умение манипулировать небольшими предметами - с ловкостью
человека, пьющего чай в толстых рукавицах. Затем, прежде чем исчезнуть в
обличье тучного белого голубя, инструктор отвела Идена в часовню элишитов в
Вирту и предложила помолиться о том, чтобы боги наставили его на путь
истинный.
Часовня отличалась от всех, что Артур видел до сих пор, изучая Церковь
Элиш. Во-первых, здесь отсутствовали помещения, где могли бы собираться
большие массы верующих. Храм высился на несколько ярусов, нижний из которых
представлял собой полированные скамьи из порфира, а на следующем лежали
подушечки для коленопреклонения. Резные перила из слоновой кости служили
опорой для рук стоящих на коленях верующих и одновременно отделяли алтарь от
остальной части часовни.
В центре пологие ступеньки поднимались к круглому помосту и статуе
Мардука <В аккадской космогонической поэме "Энума Элиш" описывается, как
Мардук был зачат Эйя в "жилище Апсу", возведенным Эйя над телом убитого Апсу
(шумер. Абзу, воплощение первозданнои водной стихии). Когда Тиамат, супруга
Апсу, собирается отомстить богам за убийство мужа, всех богов охватывает
страх; лишь Мардук осмелился сразиться с ней. Мардук побеждает Тиамат,
рассекает ее тело на две части, из нижней делает землю, из верхней - небо.>,
побеждающего Тиамат. Одна из отсеченных голов Тиамат лежала неподалеку от
статуи и весьма эффектно служила церемониальным алтарем.
Жалея, что у него нет с собой записывающего прога, Иден распростерся
перед алтарем. Потом встал на колени и начал повторять молитвы, которые
выучил в самом начале. Не зная, кто может наблюдать за ним, Иден не хотел
показаться самодовольным (хотя, если уж быть честным до конца, он собой
ужасно гордился). Тщательно подбирая слова, он дважды повторил молитвы и
приступил к третьему разу, когда в его сердце закрался страх.
Неужели они проверяют личность Дэвиса? Здесь его тело совершенно
беззащитно.
...Он вспомнил с неожиданной четкостью все бумаги, которые подписывал,
когда стал прихожанином Церкви Элиш, и еще более строгие правила, которые
обязывался соблюдать, становясь послушником перед вступлением в сан
священника. Его могут убить, представив убийство как несчастный случай при
переходе из одного мира в другой (у бывших спортсменов часто случаются
сердечные приступы, когда они перестают заботиться о поддержании формы, не
так ли?). И никто даже не понесет ответственности.
Голос Артура дрогнул. Он пытался вспомнить слова основных молитв, но
страх подчинил себе его сознание, и у него ничего не получалось. Иден начал
подниматься с колен. Нужно нажать на кнопку срочного возвращения... Он
объяснит...
- Откровение, брат Дэвис?
Сильный низкий мужской голос оказался тем ушатом воды, что привел его в
чувство и прогнал панику. Иден различил в вопросе насмешливые нотки и
заколебался, не зная, следует ли вновь опуститься на

колени или выпрямиться. Так и не приняв никакого решения, он наверняка
уселся бы на пол, если бы незнакомец не подхватил его под руку.
Рядом с Иденом стоял крупный рыжеволосый мужчина лет тридцати пяти.
Впрочем, в Вирту возраст угадать невозможно. Вздернутый нос украшала россыпь
веснушек; светло-голубые глаза окружали морщинки, что говорило о немалых
промежутках времени, проведенных под открытым небом. Простое черное одеяние
незнакомца напоминало японское хакама.
- Я.., э.., благодарю, - пробормотал Иден.
- Добро пожаловать. Меня зовут Рэндалл Келси. Давайте присядем на одной
из скамеек.
Иден покорно сел. Келси небрежно устроился на одной из ведущих к алтарю
ступеней и оперся спиной о перила.
- Вы выглядите так, словно к вам только что обратился один из богов,
брат Дэвис, - заметил через некоторое время Келси.
- Я... - Иден лишь в самый последний момент удержался от признания. - Я
вдруг понял всю важность того, что со мной произошло. Пока сестра Звезда
Иштар не оставила меня молиться, я больше всего беспокоился о том, как
пройду гест; мне казалось, будто мои новые способности могут в любой момент
исчезнуть. Когда все наконец кончилось, я понял... - Иден совершенно
намеренно замолчал.
- Вы осознали, что вас коснулось божество и вы стали тем, кем раньше не
были.
Рэндалл Келси надолго замолчал, и Иден подумал, что от него, видимо,
ждут какого-то ответа... Но момент все равно уже был упущен. Он так ничего и
не сказал. В часовню влетели три крошечных змея с прозрачными крылышками и
закружилась перед Келси. Тот произнес, обращаясь к ним, несколько слов,
смысла которых Иден не понял.
Каждый змей был не больше дождевого червяка - Иден еще мальчишкой
выкапывал таких в саду, когда собирался на рыбалку. Удавалось ли ему тогда
что-нибудь поймать? Он попытался вспомнить, но на память приходили лишь
раздутые розовые червяки, извивающиеся на крючке его удочки, неестественно
чистые после купания в ручье.
- Вы верите в богов, Эммануэль Дэвис?
Иден вздрогнул, когда вопрос вернул его к реальности. Может быть, он
задремал? Теперь змеи парили перед ним - их чешуя горела, словно
размельченные самоцветы. На мгновение ему показалось, что вопрос задал один
из них.
- Вы верите в богов, Эммануэль Дэвис? - повторил Келси.
- Больше, чем раньше.
- Больше, чем ничего, может оказаться почти ничем.
- Верно. Совершенно верно. - Иден решил, что в данном случае лучше
всего подойдет честность. Среди наставников он пользовался репутацией
человека, который постоянно задает вопросы. - Если вы спрашиваете меня, верю
ли я в Энлиля, Энки, Иштар и всех остальных, то я отвечу, что верю в
существование богов, которые решили, будто эти имена и соответствующие формы
вполне им подходят, но если бы у меня спросили, верю ли я в их идентичность
тем божествам, которых почитали на заре истории человечества в период
Плодородного Полумесяца, мне пришлось бы ответить "нет".
- Понятно. Ересь?
- Предпочитаю называть это метафизической гипотезой. В любом случае мои
представления не вступают в противоречие с учением Церкви. Даже во время
первых уроков нам объясняли, что имена и форма есть метафора для чего-то
первоначального.
- Хорошо, но как насчет самой веры в богов?
- Вера дается - ей нельзя научиться. Во всяком случае, я Всегда так
чувствовал. Вместо нее я предлагаю мое поклонение.
- Опыт овладения виртуальной силой не изменил вашего отношения к
божественности Церкви Элиш?
- Я никогда не говорил, что сомневаюсь в ее божественности, сэр; мои
колебания связаны лишь с постулатом, что древние боги эквивалентны нынешним
божествам, которые мы почитаем.
- Да, теперь я вас понял.
Келси почесал за ухом. Его опущенные плечи напомнили Идену крестьянина,
отдыхающего на границе своего поля. Не хватало лишь трубки из стержня
кукурузного початка и соломенной шляпы. Однако, несмотря на небрежную позу
служителя, часовня не потеряла своего великолепия, а неземные змеи -
загадочности. Более того, его обычность лишь усиливала эффект.
Инстинкт подсказывал Идену, что на вид самый заурядный, без золотых
украшений и инкрустированной самоцветами митры, этот человек наделен
колоссальными полномочиями и может в одно мгновение отключить процесс
перехода - и тогда Идену придет конец. Поэтому он решил отвечать на его
вопросы, тщательно обдумывая свои слова.
- Мистер Келси, что это за змеи?
- Я ждал, когда вы о них спросите.
- Если хотите, я сниму свой вопрос.
- Нет, все в порядке. Записывающие проги - среди прочего. - Келси
сделал неуловимый жест, и змеи взмыли вверх, где продолжали кружить,
внимательно наблюдая за Иденом. - Скажите мне, брат Дэвис, что есть
божественность?
- Вид жульничества? Келси усмехнулся:
- Я рад, что у вас достало мужества произнести эти слова. Вы выглядели
весьма бледно, когда я появился - в фигуральном смысле. Ну, так в чем
заключается божественность?
Идеи помолчал, размышляя о том, чего не следует говорить.
Предполагалось, что Эммануэль Дэвис является библиотечным ученым, поэтому
его ответ должен быть достаточно изощренным. С другой стороны,
демонстрировать глубокие познания в теологии или антропологии не стоит.
- Я размышлял над этим вопросом с тех самых пор, как стал неофитом,
сэр. Вы должны меня понять: я впервые столкнулся с Церковью Элиш как турист.
- Так происходит с большинством, - кротко ответил Келси.
- Однако я пришел снова, поскольку мне показалось, будто в храме что-то
произошло, когда нам сказали о присутствии божества.., я его ощутил еще до
того, как прозвучало предупреждение.
- Любопытно.
- Через некоторое время я решил, что почувствовал тогда эманации
божественной ауры - ауры, которой больше ни разу не ощутил ни в Вирту, ни в
Веритэ.
- Вы раньше были приверженцем какой-нибудь церкви, Дэвис?
- В некоторой степени. - Ответ Идеи приготовил заранее. - Я вырос в
баптистской семье, но скоро от баптизма отказался. Попробовал несколько
других религий - не могу сказать, что все они давали освобождение от уплаты
налогов; скорее, речь шла о философских традициях. Со временем я пришел к
выводу, что главного ответа на мои вопросы не существует, и потерял к
религии интерес.
- Что вас привело к нам?
- Девушка из офиса, где я работаю, хотела сходить посмотреть, и ей
требовалась компания.
- Она с нами?
- Нет. Ее ваше учение не захватило. Она сказала, что у элишитов
недостаточно внимания уделяется женщинам.
- Иштар была бы очень обижена.
- Честно говоря, моя приятельница сказала, что Иштар ведет себя как
настоящая стерва.., в общем, она ей совсем не понравилась.
- Ну, кое-какие основания для подобных заявлений есть, не так ли?
- Я понимаю, что вы имеете в виду, сэр. И, если быть честным до конца,
моя подруга - сама порядочная стерва. Мне кажется, она бы с удовольствием
заняла место Иштар - активная феминистка, - но у нее ничего не получилось.
- Мы удалились в сторону от темы нашего разговора - и ваших недавних
переживаний. Как вы узнали, что овладели виртуальной силой?
- Я работал, и мой блокнот соскользнул со стола. Я как раз закончил
курс обучения - протянул руку и.., ну, блокнот остановился.
- И вы немедленно доложили о случившемся?
- Нет, сэр. Я несколько дней практиковался. Мне хотелось.., я боялся,
что буду выглядеть дураком.
- Вы поделились своим открытием с кем-нибудь, кто не является членом
нашей церкви?
- Нет, сэр.
- Очень хорошо. Не говорите никому и в дальнейшем. Мы не хотим, чтобы к
нам повалили толпы людей, мечтающих овладеть паранормальными способностями.
- Но разве большинству людей об этом не известно?
- Мы не делаем публичных сообщений о подобных достижениях, многие
считают их утками бульварных газет. Однако когда появляется конкретный
человек, наделенный паранормальными способностями - самый обычный
симпатичный библиотекарь, которому не нужно протягивать руку, чтобы снять с
полки книгу... Нам придется столкнуться с колоссальным наплывом завистников.
- Я не умею, вы же понимаете.
- Чего не умеете?
- Снять книгу с полки. Она слишком тяжелая, и я не в состоянии так
точно рассчитать свои движения. Келси улыбнулся:
- Продолжайте занятия, Дэвис, и вы научитесь делать поразительные вещи
- гораздо более удивительные, чем просто снять книгу с полки. Однако меня
тревожит вопрос вашей веры. Когда вы сможете взять на работе очередной
отпуск?
Идену хотелось ответить: "Хоть сейчас!", но он понимал, что следует
соблюдать осторожность.
- Для своих тренировок я использовал существенную часть отпуска.
- Вы уже приступили к следующему проекту?
- Я почти закончил небольшую тему, которой занялся сразу после
возвращения из отпуска. Сейчас, наверное, буду подбирать материал по ранним
готическим романам для профессора из Гарварда. Дело связано с собранием
Девендры П. Дхармы и обещает, как минимум, одну командировку в Италию.
- Звучит интересно. А не хотели бы вы работать на нас?
- На вас?
- На Церковь. Мы можем вас нанять, чтобы вы провели кое-какие
исследования. Часть вашего рабочего времени будет посвящена наставлениям в
вере.
Иден постарался не выдать волнения, хотя прекрасно знал, что глаза у
него округлились.
- Вы серьезно? Я бы не хотел рисковать работой. Я потратил много
времени и сил, чтобы...
- Я сомневаюсь, что ваше начальство откажется от выгодного контракта,
для выполнения которого мы захотим заручиться именно вашими услугами.
- Наверное, вы правы, мистер Келси.
- Значит, вы согласны?
- Условия такие же, как и при моей обычной работе?
- Мы будем действовать через ваше начальство. У вас останутся прежние
рабочие часы - однако часть свободного времени вам придется посвятить
Церкви.
- Считайте, что я уже на вас работаю.
- Скажите мне, мистер Дэвис, чувствуете ли вы здесь присутствие бога?
Иден закрыл глаза и попытался ощутить странное покалывание, которое
возникало несколько раз во время богослужений, - тогда он посчитал, что
необычные переживания являются принадлежностью элишизма, шумовым фоном или
чем-то в таком же духе. Он никогда бы не внес этот эпизод в биографию
Дэвиса, если бы не был уверен, что тут все не так просто - хотя и
предполагал, что дело всего лишь в хитрой программе, а не в божественном
присутствии.
- Нет, мистер Келси, я ничего не чувствую.
- И честный к тому же. Отлично. Преклоните рядом со мной колени. Мы
вознесем хвалу божествам - они, даже если и не присутствуют здесь физически,
имеют обыкновение слушать тех, кто принадлежит к нашей Церкви.
Заняв место рядом с Келси, Артур Иден произнес необходимые слова.
Похоже, он удачно разыграл свою партию и теперь получит шанс, о котором
можно только мечтать. Воз можно, даже встретится с основателями религии и
откроет ее самые глубокие тайны. , Он улыбнулся и запел церковный гимн.
Глава 6

Вечером, сидя в своей лаборатории и ожидая плача банши или появления
призрака, Доннерджек вспоминал о прежних годах и совместной работе с
Джорданом и Банзой над тем, что стало теоретической базой для создания
Вирту. Как обычно, шел дождь, и его воспоминания устремились к тем
замечательным вечерам, когда им удавались поразительные прорывы и возникало
чувство локтя, которого ему так не хватало теперь. Способен ли он сейчас
работать так, как они тогда?
Около полуночи пришло голографическое сообщение от Риса.
Он стоял перед Доннерджеком и выглядел точно так же, как и несколько
часов назад.
- Если ты сейчас меня слушаешь, значит, мне опять удалось преодолеть
кризис. Не знаю, в какой форме я буду в ближайшее время. Однако постараюсь с
тобой связаться, как только смогу. Рад, что ты не получил другое послание.
Доннерджек коснулся панели управления.
- Парацельс, - позвал он, - удели мне минутку.
- Привет, босс, - заявил Парацельс, появляясь перед ним в форме
бейсбольной команды Кливленда.
- Парацельс, - продолжал Доннерджек, - расскажи мне, что произошло.
- Ну, - ответил робот, - мы с Сидом кое-что придумали, а потом проги
реализовали нашу программу. И все у нас получилось просто классно.
- Напомни, чтобы я тебя вызвал, когда в следующий раз заболею, -
усмехнулся Доннерджек. - А теперь отвечай - когда мне можно будет поговорить
с Рисом?
- Позвоните в понедельник, чтобы поздравить, но дайте ему три недели,
прежде чем вести серьезные беседы.
- Речь идет об очень важном проекте.
- Вы хотите прикончить лучшего кандидата на его реализацию?
- Нет, не хочу.
- Тогда сделайте так, как я сказал, босс. Ему необходим отдых.
- Ты прав, - согласился Доннерджек. - Риса невозможно никем заменить.
Он бесценен, как и Банза, если бы тот был сейчас с нами.
- О Банзе я слышал. Говорят, будто все началось из-за него.
- Ну, я воздержался бы от категоричных заявлений Но он действительно
придумал несколько оригинальных теорий, объясняющих, что произошло.
- Банза и сейчас занимает несколько почетных мест в нашем пантеоне, -
ответил Парацельс, и у Доннерджека возникло ощущение, что Парацельс
оправдывается.
- Не сомневаюсь. И кто он?
- Волынщик, Мастер, Тот Кто Ждет.
- Мне кажется, я знаю его под именем Волынщика.
- В самом деле?
- Я слышал, как он играет, видел его. Расскажи об остальных персонажах.
- Мастер - геометр, который имеет отношение к сотворению мира. Тот Кто
Ждет сыграет решающую роль в закрытии или изменении Вирту.
- Не мое, конечно, дело, но ты в них веришь?
- Да.
- И другие верят?
- Да.
- А зачем эйонам вообще кому-нибудь поклоняться? Вы абсолютно
самодостаточны. Для чего вам боги, если только они не существуют на самом
деле?
- Они реальны - более реальны, как мне кажется, чем многие боги других
религий.
- Даже если они и вправду существуют, какая вам от них польза?
- Наверное, точно такая же, как от богов, которых почитают люди.
- В вашем случае, например, речь не может идти об исцелении недугов -
ведь вы, ребята, никогда не болеете.
- Верно. Духовный комфорт и понимание, я полагаю. И еще они отвечают за
чувства, не поддающиеся разуму.
- Звучит достаточно привлекательно. Но откуда вы знаете, что ваши боги
настоящие?
- Аналогичный вопрос можно задать любому религиозному человеку. И в
ответ вам обязательно скажут, что в религии какие-то вещи необходимо
принимать на веру.
- Пожалуй.
- Впрочем, я сам видел Волынщика и знаю, что он реален.
- Я тоже встречал Волынщика - во всяком случае, слышал, как он играет.
Парацельс уставился на него.
- Где? - после паузы спросил он.
- За моей Большой Сценой.
- Он что-нибудь вам сказал?
- Он - нет, но существо, с которым я там познакомился, утверждает,
будто Волынщик - последний воин призрачной армии Небопы.
- Интересно. Я об этом не слышал, - признался Парацельс. - Обычно
Волынщик не появляется перед жителями Веритэ.
- Мне показалось, что он меня искал - сказал Доннерджек.
- Значит, на вас снизошло благословение.
- Скажи мне, Танатос входит в ваш пантеон?
- Да, хотя у нас не принято о нем говорить.
- Почему?
- А что про него скажешь? Он Властелин Непостижимых Полей. И рано или
поздно всех забирает к себе.
- Что верно, то верно. Однако сейчас мои отношения с ним носят иной
характер. Я выполняю для него инженерный заказ в виртуальном мире, чтобы
частично рассчитаться по своему долгу.
- Вот уж не думал, что люди из Веритэ вступают в контакт со столь
могущественными представителями Вирту... Впрочем, вы тот, кто вы есть, не
следует забывать о вашей репутации. И все же присутствие Волынщика загадка.
Подозреваю, оно как-то связано с вашим контрактом.
- Мне он ничего не сказал, - пожав плечами, проговорил Доннерджек.
- Если вы встретитесь еще раз, спросите у него.
- Я так и сделаю. Если Волынщик мной интересуется, может быть, появятся
и другие. Как мне узнать Мастера или Того Кто Ждет?
- Мастер хромает и носит с собой необычный прибор. Говорят, что от
самой макушки до пятки левой ноги Того Кто Ждет проходит шрам. Считается,
что он попался под руку во время Сотворения мира; хотя кое-кто утверждает,
будто шрам Тот Кто Ждет заработал совсем не случайно.
- Спасибо, Парацельс. Ты не мог бы найти для меня катехизис, или как у
вас там называется ваша священная книга?
- К сожалению, нет. Поскольку мы все эйоны, информация просто
передается новообращенным.
- Ты хочешь сказать, что ранее никто, кроме эйонов, не проявлял
интереса к вашей религии?
- Да. Кроме того, мы такой интерес стараемся не поощрять. В другой
ситуации я бы ответил на несколько ваших вопросов, а потом сменил бы тему.
Однако вы встречались с Волынщиком - это имеет для меня огромное значение.
- Существует ли положение, запрещающее людям из Веритэ вступать в ваши
ряды?
- Никакой дискриминации нет. Но мы всегда считали, что это наша
религия.
- Гм-м, - пробормотал Доннерджек. - А ты не будешь испытывать угрызений
совести, если мы иногда станем обсуждать с тобой проблемы вашей веры?
- Все, что угодно, - за исключением нескольких тайн, которые не так уж
интересны.
- Меня не интересуют ваши секреты. Мне важно знать, могу ли я задавать
тебе вопросы касательно религиозных взглядов эйонов.
Парацельс кивнул.
- А как насчет элишитов? - спросил Доннерджек. - Есть связь между ними
и вашей религией?
- Да. Мы признаем их богов, однако считаем, что наши могущественнее, а
моральный кодекс эйонов выше.
- Ваша Троица сильнее, чем Энлиль, Энки, Эа и все остальные?
- Некоторым из нас нравится так думать. Другие полагают, что речь идет
об одних и тех же богах, принявших разные имена.
- У нас в Веритэ существуют похожие антропологические и теологические
проблемы.
- По-моему, это не принципиально.
- Согласен.
- В следующий раз я спрошу у тебя, какое место занимает Банза в вашей
религии...
- А также вы и Джордан, - добавил Парацельс.
- Я?
- Да.
- Мне необходимо проделать определенную работу, прежде чем я совсем
устану и буду ни на что не способен.
- Понимаю, босс.
- Тогда поговорим позже.
Парацельс исчез.
Доннерджек подошел к столу и просмотрел несколько новых вариантов
дворца Танатоса. А потом принялся за настоящую работу.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 06 авг 2012, 14:55 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
Первое полнолуние после похода Эйрадис в пещеры под замком прошло, но
банши так и не удалось отвести девушку в потайные места, неизвестные простым
смертным. Они попытались туда пройти, но что-то заблокировало им путь,
что-то темное и массивное, с острыми когтями и клыками. Эйрадис успела
заметить сверлящий взгляд, раздвоенный язык и крылья, больше походившие на
покрывало, сотканное из мрака.
- Точно муар, - сказала Эйрадис своим спутникам, когда они вернулись в
гостиную, где девушка устроила себе на ковре возле камина уютное гнездышко
из подушек. Она крепко держала в руках чашку горячего сидра, надеясь, что
тепло прогонит страх. - Но муар сам по себе не злобен. Он лишь показывает,
что прогу пришел конец. А это...
Эйрадис содрогнулась и замолчала. Хотя в комнате витали знакомые запахи
специй, горящего дерева и лимонного масла, которым роботы натирали
антикварную мебель, Эйрадис чувствовала, как ее куда-то уносит. Так было,
когда она увидела муар в Вирту, и, хотя Джон тогда крепко прижал ее к себе,
она превратилась в ничто.
- Три ночи полнолуния закончились, Эйрадис, - сказала банши. - Нам не
следует возвращаться в тот туннель, когда вновь взойдет полная луна. Страж,
которого мы видели, не в силах проникнуть в замок Доннерджек. Он принадлежит
сверхъестественному царству. Ты в безопасности, и, поверь мне, хоть я и
выиграю от твоей смерти, я никогда не приведу тебя к ней. Прошедшие столетия
выжгли из меня вкус к предательству.
- Верно, ты ведь предала своего отца. Эйрадис села. Наступил прекрасный
период беременности - она вся сияла теплым светом, а волосы стали даже гуще
и красивее, чем были в Вирту. Неловкость в движениях прошла - Эйрадис
научилась управлять своим телом, в ней появилась какая-то необъяснимая,
прелестная грация, и невозможно было представить себе, что скоро она будет
тяжеловесной и неуклюжей.
- Да, и не только бездействием. - Лицо банши застыло в суровой
неподвижности. - Моя мать умерла за несколько лет до описываемых событий, а
отец собирался взять другую жену. Родственники с материнской стороны этого
не хотели, да и я тоже. Они говорили со мной, намекали на свои планы, и,
хотя я не поднимала руки против своего отца, я ничего не сделала, когда за
ним пришли.
- Ты знала, что они собираются его убить?
- Подозревала.
- И этого оказалось достаточно?
- Достаточно?
- Чтобы сделать тебя плакальщицей.
- Наверное, ведь я здесь.
- А потом я займу твое место.
- Ты жалеешь о данном слове?
- Нет.
x x x

В течение недель, последовавших за разговором с Парацельсом, Доннерджек
отстранение и холодно сосредоточился на работе. Он так погрузился в решение
задачи, что чуть не отказался от разговора с Рисом Джорданом.
- О, Рис. Извини, извини. Я отвлекся.
- Меня привели в рабочее состояние, - заявил Рис. - Я готов тебе
помочь.
- Рад это слышать. Я рискну и пошлю тебе описание проделанной мной
работы.
- Превосходно. Встретимся после того, как я ее просмотрю?
- Надеюсь. Если нам что-то помешает, сделай с ней все, что посчитаешь
нужным.
- А что нам может помешать?
- Я включу в описание отрывки из моего личного журнала. Думаю, ты
поймешь. Рад, что ты снова в форме. Доннерджек отключил связь и вернулся к
работе.
Пока луна худела, а затем вновь обретала округлость, Эйрадис несколько
раз спускалась в пещеры. Иногда она приглашала с собой Джона. Они устроили
пикник, и Эйрадис показала мужу подземный пляж и сломанные клейморы (Он
согласился с предложением Эйрадис оставить оружие здесь; вместе они сочиняли
истории о том, как мечи сюда попали, и много смеялись, добавляя одну деталь
за другой.) Однако Эйрадис не повела Доннерджека к границам царства
сверхъестественного. Чтобы проверить свое мужество, она однажды отправилась
туда, когда луна превратилась в серп, и не нашла ничего примечательного -
туннель заканчивался тупиком. Зонды Войта не сумели обнаружить ничего
интересного, да и прибор, измеряющий плотность, не зафиксировал за стеной
полостей.
Шли дни, и Эйрадис старалась не думать о тайном проходе, охраняемом
чудищем. Однажды она очень осторожно поговорила с Джоном - намекая на свое
одиночество. Он стал больше времени проводить с женой; они совершали долгие
прогулки и много разговаривали. Не желая привлекать к себе ненужное
внимание, Джон и Эйрадис выбирали места, где тихо и спокойно: озеро
Лох-Несс, Дав Коттедж <Озерный край, Великобритания, здесь в 1799 году жил
английский поэт Вильям Вордсворт.>, Британский музей. Если бы они захотели,
то вполне могли бы отправиться по одному из популярных маршрутов, поскольку
развитие Вирту нанесло тяжелый удар по индустрии туризма. Однако, как и во
время медового месяца, Эйрадис и Джон предпочитали бывать там, где не задают
вопросы и имеется возможность насладиться не только прекрасными видами, но и
обществом друг друга.
x x x

За окном гостиной вставала почти полная луна.
- Сколько дней? - спросила Эйрадис у банши.
- До того, как откроется лунный портал? Дня два. Ты хочешь предпринять
еще одну попытку?
- Да.
- Очень хорошо. Я говорила с другими привидениями. Существует
заклинание против стража - мне рассказала о нем Леди галереи. Заклинание
появилось уже после моей смерти, но оно может оказаться действенным.
Крестоносец и ослепленный узник просятся идти с нами.
- Не возражаю. Я тронута.
- Ты им нравишься, Эйрадис. Мы все к тебе привязаны.
- А к Джону?
- Он совсем другое дело. Мы не испытываем к нему неприязни, напротив,
но он смертный. А ты не такая.
- Из-за Непостижимых Полей?
- Не только. Твоя наследственность восходит к Веритэ - Русалка Под
Семью Танцующими Лунами, Ангел Забытой Надежды; ты принадлежишь легенде, как
и каждый из нас. Мы что-то вроде родственников.
- Джон тоже легендарная личность - в Вирту.
- Вполне возможно, однако он об этом не догадывается и воспринимает
себя как Джона Д'Арси Доннерджека, человека, которому удалось многого
добиться, да, - но человека, и не более того. Ты же знаешь, как мифы
переменчивы.
- Странно. Я никогда не думала о подобных вещах. В Вирту очень много
таких, как я.
- А в Веритэ - нет.
- Правда. Сверхъестественные царства, куда открываются тайные туннели,
- что они такое?/ - Миф, я полагаю, хотя и вполне материальный - страж,
которого ты успела заметить, на первый взгляд кажется существом абсолютно
невозможным, но твое восприятие не делает его менее реальным. Просто там
действуют другие законы.
- Когда наступит полнолуние, мы снова спустимся в пещеры. Ты научишь
меня заклинанию?
- Пойдем к Леди галереи. Она сказала, что сама тебя научит.
- Хорошо. "Пойдем к ней вместе, я и ты..."
- "Как усыпленные мечты..." <из стихотворения Юмаса Стериза Элиота
(1888 - 1965).>.
Они рассмеялись и вышли из гостиной.
x x x

Вооружившись заклинанием Леди галереи, фонариком и поддержкой
привидений,

Эйрадис спустилась в пещеры в первый день полнолуния. Хотя оно должно
было наступить только вечером, банши сказала, что стоит попробовать,
поскольку "внешняя сторона значит не меньше, чем все остальное".
Войт следовал за ней, свет его прожектора выхватывал из темноты влажный
камень, однако призраки высказали сомнения в том, что робот сможет войти в
сверхъестественное царство.
Пройдя по ставшему уже знакомым лабиринту туннелей, вся компания
остановилась на несколько минут перед нужным коридором. На первый взгляд
проход наглухо закрывала каменная стена, но банши получше рассмотрела
преграду и с довольной улыбкой повернулась к Эйрадис:
- Выключи фонарь, Эйрадис, пусть Войт сделает то же самое, а потом
расскажешь, что ты увидела.
Эйрадис повиновалась. Войт последовал ее примеру. Бело-голубое сияние
трех привидений озаряло сферическое пространство, более темное, чем
окружающий камень.
- Это портал, как в прошлый раз, только немного иной. Сейчас кажется,
будто он чуть приоткрыт.
- Нам повезло, - отозвалась банши. - Стража нет на месте. Быстро
проходи внутрь.
- Я пойду вперед, девочка, - заявил крестоносец, придерживая рукой свою
цепь. - Немного посвечу тебе, чтобы ты нигде не споткнулась.
Эйрадис бросила взгляд на робота:
- Ты что-нибудь видишь, Войт?
- Ничего, госпожа.
- Тогда ты останешься здесь и подождешь нашего возвращения.
- Как пожелаете.
Эйрадис наклонилась и прошла сквозь сферическое пространство, стараясь
не мешкать, чтобы не поддаться страху. Двое оставшихся призраков последовали
за ней.
Вся компания оказалась на побережье, которое вполне могло быть частью
их острова - усыпанный галькой пляж, волны с фохотом обрушиваются на
берег... Воды пролива Норт-Минч? Впрочем, нигде не было никаких следов замка
или деревни. Гранитные монолиты закрывали горизонт, и хотя Эйрадис
отправилась в путешествие туманным утром, здесь солнце клонилось к западу.
Неожиданно Эйрадис услышала слабый плеск речной воды и далекий плач
волынки.
Повернувшись к спутникам, Эйрадис хотела спросить, куда идти дальше, но
от удивления открыла рот, так и не задав свой вопрос. Хотя все привидения,
обитающие в замке Доннерджек, в разные времена представали перед ней в более
или менее материальном виде, в них всегда присутствовало нечто призрачное.
Даже банши, которая регулярно усаживалась напротив Эйрадис в кресле как
самая обычная женщина, оставалась эфемерной. Однако сейчас они ничем не
отличались от живых людей.
Лохмотья крестоносца никуда не делись, а на лодыжке по-прежнему
болталась цепь, но теперь Эйрадис заметила, что кожа у него лоснится, а
борода выглядит еще более клочковатой, чем раньше. Переносицу солдата
пересекала тонкая белая линия - вряд ли след от смертельной раны. Длинные
одеяния ослепленного узника больше походили на сутану священника, а
непонятный амулет, висевший на поясе, - на резной деревянный крест.
Красота банши стала еще больше заметна - мягкие полные губы, блестящие
глаза, темные волосы цвета расплавленного золота... Потеря серебристой ауры
частично лишила ее таинственного очарования, зато теперь она расцвела -
скорее белая роза, чем безупречный, но нераспустившийся бутон.
- Вы.., вы так изменились!
- В Веритэ мы легенда; здесь легенды оживают.
- Остерегайтесь камней, - проговорил ослепленный узник, протягивая руку
к своей повязке на глазах. - Они двигаются и давят тех, кто ходит между
ними. Так я нашел свой конец.
- Ты одет как христианский священник, - промолвила Эйрадис, с
удивлением глядя в карие глаза, которые привыкла видеть закрытыми белой
материей. - Конечно, мои представления о подобных вещах далеки от
совершенства, однако сверхъестественное царство кажется мне более древним,
нежели христианство. Как ты здесь оказался?
- Мой отец следовал обычаям своего времени и одного из своих сыновей -
меня, поскольку я показал некоторые способности к чтению и счету, отправил в
клир. Я хорошо учился, и после принятия сана меня отослали домой. Там я мог
бы добиться многого, но гордость...
- Ах, опять гордость, - пробормотал крестоносец.
- Я гордился саном и образованностью, считал себя лучше и выше своих
неграмотных прихожан. Со временем я им надоел, и однажды, в полнолуние, в
день летнего солнцестояния они привели меня сюда. Здесь мне завязали глаза и
предложили найти путь домой при помощи моих выдающихся познаний. Стоит ли
рассказывать, что меня постигла неудача, а когда огромные валуны направились
к воде напиться - так бывает дважды в году, - они меня раздавили.
Эйрадис с опаской и уважением посмотрела на огромные камни:
- Какая жуткая судьба. А потом ты стал призраком в замке?
- Именно так и случилось. Что-то по-прежнему связывает меня с этим
местом - хотя мне кажется, что я достаточно наказан за свое высокомерие.
- Ах, гордость... - Крестоносец говорил совсем тихо, однако священник
услышал и свирепо посмотрел на него.
- Волынки. Раньше я сомневалась, но теперь они заиграли громче, -
вмешалась Эйрадис для того, чтобы предотвратить назревающую ссору. - Только
непонятно, откуда доносится музыка. Всякий раз, когда я начинаю
прислушиваться, направление меняется.
- Давайте спустимся к берегу, - предложил священник. - Волынщик не
может находиться на воде. Оттуда будет легче установить его местонахождение.
Все согласились и направились к берегу, крестоносец - впереди с цепью в
руке, девушка шла между мужчинами, священник шагал последним.
Теперь, когда он снял повязку, Эйрадис поняла, что он красивый
надменный человек с орлиным профилем, а сутана выглядит на нем несколько
абсурдно. Он непрерывно изучал горизонт, а правая рука, казалось, искала
рукоять меча на поясе. Вне всякого сомнения, он не хотел быть священником,
ведь его воспитывали, как воина.
Путники вышли на берег, но и отсюда не сумели увидеть волынщика.
- Звуки волынки заставляют мое сердце петь! - воскликнул крестоносец.
Его голубые глаза сверкали, сгорбленные плечи распрямились. - Великолепные и
воинственные звуки.
- Где же сам волынщик? - спросила Эйрадис. - Он должен находиться
где-то поблизости, но я вижу лишь голые скалы.
- Давайте мы сходим и посмотрим, - предложил крестоносец, - этот парень
и я. Банши побудет с тобой. Тебе лучше остаться здесь, чем лазать по скалам.
- А ты сам-то сумеешь забраться по склону с цепью на ноге? - спросил
священник. - Меня не слишком привлекают проходы между валунами. Никто
никогда не называл меня трусом, но у скал могли сохраниться кое-какие
воспоминания.
- Не думаю, что у нас возникнут проблемы, - заявил крестоносец. - Я
пойду по верхней дороге, а ты иди нижней...
Он подхватил цепь рукой и направился в скалы; его смех смешался со
звуками музыки. Священник последовал за ним. Оставшиеся на берегу Эйрадис и
плакальщица осматривали скалы снизу. Накатывающие на песок волны норовили
лизнуть их туфли, иногда доставая клочьями пены.
- Мне кажется, я вижу домик, - сказала спустя несколько минут Эйрадис.
- Раньше его закрывали стоящие рядом валуны.
- Странно, - отозвалась банши. - Действительно домик. В прошлый раз его
здесь не было.
- А как давно ты сюда приходила?
- Наверное, лет сто пятьдесят назад.
- Ну, за это время многое могло измениться.
- Ты права, - Не заглянуть ли туда? Вдруг там живет волынщик.
- Если хочешь. Портал в твой мир будет открыт еще несколько дней.
- Я надеюсь вернуться домой к обеду.
- Постараемся, но нам трудно следить за временем.
- Мои часы продолжают идти - во всяком случае, мне так кажется. Если
они не отстают, то до обеда осталось еще несколько часов.
- Тогда нанесем визит. Кстати, ничего здесь не ешь и не пей. Древние
легенды утверждают, будто таким образом смертный может быть навсегда
привязан к этому миру.
- - По-моему, я слышала такую легенду. Спасибо за совет. Даже издали
Эйрадис заметила, что домик выглядит очень симпатично. Приземистый, крытый
ярко-желтой соломой. Очевидно, совсем недавно его покрасили белой краской, а
ставни и окна обвели зеленым. На подоконниках стояли горшки с алой геранью,
а вдоль выложенных ракушками дорожек шли клумбы с маргаритками. Под лучами
солнца нежились цыплята. Пятнистый кот, дремавший на крыше, открыл один
глаз, когда они подошли поближе.
- Эй, тут есть кто-нибудь? - повысила голос Эйрадис, когда они
оказались во дворе перед домом. - К вам гости!
Почти сразу же дверь распахнулась, и на пороге возникла необыкновенно
красивая молодая девушка не старше семнадцати - зеленые, как джунгли, глаза
и светлые волосы до плеч. Казалось, что гладкой розовой кожи никогда не
касался морской ветер, сверкнувшие в улыбки зубы были идеально ровными и
ослепительно белыми. Прекрасно скроенное платье не скрывало ее беременности.
Возможно, на несколько недель больше, чем у самой Эйрадис.
- Привет! - сказала незнакомка с американским акцентом. - Меня зовут
Лидия. Что привело вас в наши уединенные места?
Эйрадис не знала, что сказать. Она рассматривала разные варианты, но
никак не ожидала встретить существо из американских мифов (да еще вдобавок
беременное!).
Банши пришла в себя быстрее.
- Меня зовут Хэзер, а это моя подруга Эйра. Мы гуляли, слушали волынку,
а потом заметили ваш дом. Мы посчитали, что с нашей стороны будет невежливо
пройти мимо.
- На волынке играет мой муж, Амбри, - объяснила Лидия, - и я очень
рада, что вы зашли в гости. Иногда мне бывает немного скучно.
- Здесь? - обрела наконец дар речи Эйрадис.
- Да, мы находимся в одном из неразведанных районов Вирту - знаете, из
тех, что потеряны программистами. Посетители сюда заглядывают совсем
нечасто. Не беспокойтесь, Амбри известна дорога назад. Он вам ее покажет,
только не уходите слишком быстро. Я так вам рада.
Эйрадис сумела лишь молча кивнуть и последовала за Лидией в дом.
- Ты знала? - прошипела Эйрадис, обращаясь к плакальщице. - И тебя
действительно зовут Хэзер?
- Нет. А на второй вопрос ответ "да" или почти так. Давай поговорим с
девушкой. Я хочу понять, как можно принять это древнее царство за часть
Вирту.
Внутри домик оказался таким же уютным и милым, как и снаружи. Сосновый
пол в гостиной, отделанной в стиле сельской Новой Англии восемнадцатого
века, покрывал толстый ковер. Однако Эйрадис успела заметить сложные
математические формулы, которые смутно напомнили ей работу Джона, когда
Лидия выключила электронный блокнот, лежавший на столе.
Лидия перехватила вопросительный взгляд гостьи.
- Я стараюсь себя занять - работаю над теорией интерфейса. У меня
появился новый опыт, но он вступил в противоречие с общепризнанными
истинами. Сначала Амбри со мной спорил, однако в конце концов мне удалось
убедить его в своей правоте.
- Вы с мужем математики? - спросила Хэзер.
- Ну да. Наверное, можно и так сказать. По большей части мы не особенно
тут перерабатываем, но иногда приятно по вечерам подискутировать на
какую-нибудь тему. Я уже вам говорила, здесь довольно тихо.
- А вы откуда - или я задаю невежливый вопрос? - осторожно
поинтересовалась Эйрадис.
- Из Нью-Джерси, - Лидия хихикнула. - А вы?
- Из Шотландии.
- Ой, как здорово! Здешние края многим обязаны Шотландии - и дело не
только в природе. Амбри часто повторяет, что в Вирту проникли древние
кельтские легенды.
- Правда? - осведомилась банши. - Интересно, и какая же первой?
- Ну, на самом деле это легенды лишь в некотором смысле, - ответила
Лидия, не заметив сарказма в вопросе Хэзер. - Едва ли не первое, что люди
загрузили в сетевую базу данных - еще в те времена, когда использовался
старый интерфейс и телефонный кабель, - было чистой информацией: словари,
академические доклады, художественная литература, каталоги... Когда система
рухнула, все перепуталось, и эйоны получили возможность захватить множество
самых разных сведений.
- Значит, ваш "неразведанный район" Вирту является средоточием
захваченной эйонами информации? - спросила Эйрадис.
- Так утверждает теория. - Лидия вдруг насторожилась, решила сменить
тему разговора, да так неловко, что Эйрадис окончательно уверилась в ее
молодости и неискушенности. - Когда вы ждете ребенка?
- Весной. А вы?
- Примерно тогда же. Я действительно беременна. Это не какие-то
виртуальные штучки.
И снова Лидия быстро сменила тему, словно разговоры о реальности
беременности могли представлять для нее опасность.
- А вы пришли сюда вдвоем? Я вас заметила из окна верхнего этажа - мне
показалось, что вас было четверо.
- С нами двое друзей, - ответила Эйрадис. - Они услышали волынку и
направились в горы, чтобы поискать музыканта.
Лидия снова хихикнула:
- Так всегда бывает, когда Амбри играет на волынке. Я тоже долго
бродила за ним по горам, когда мы впервые встретились. Я нашла его - точнее,
он меня. Я попрошу его прийти и привести с собой ваших друзей. Девушка
открыла окно, высунулась наружу и издала низкий воркующий звук. Толстый
серый голубь лениво взмахнул крыльями и слетел со стропил.
- Разыщи Амбри, попроси его вернуться домой и найти двух людей... - Она
вопросительно посмотрела на Эйрадис и Хэзер.
- Двоих мужчин, - уточнила Хэзер. - Один в сутане священника, а другой
в рваной и довольно грязной одежде.
- Ты понял?
Голубь зевнул, почистил перышки и взлетел, почти сразу же растворившись
в сером небе.
После этого Лидия старательного избегала серьезных тем, а ее гости
перестали задавать вопросы, которые могли бы смутить хозяйку.
Эйрадис с трудом поддерживала разговор; она все время искала и не
находила ответы на мучившие ее вопросы: действительно ли они в Вирту? Если
да, то когда покинули Веритэ? Как такое возможно без специального
оборудования? Как сюда вообще сумели попасть привидения? Более того, из слов
банши и священника следовало, что сверхъестественные царства существовали
еще при их жизни. Если это правда, значит, они возникли раньше Вирту - и
компьютеров. И каким образом здесь оказалась Лидия, жительница Веритэ?
Эйрадис обрадовалась, когда услышала шаги по усыпанной ракушками
дорожке, и отложила поиски ответов на потом - оставалось надеяться, что ей
удастся их найти.
Дверь распахнулась, впустив бородатого мужчину в шерстяных гетрах и
рубашке из небеленого муслина. Волосы и кустистые брови незнакомца торчали в
разные стороны, словно он стоял на сильном ветру. На плече висела красивая
волынка.
Подойдя к Лидии, мужчина поцеловал ее в щеку и повернулся к Эйрадис и
банши.
- Голубь разыскал меня, а я нашел ваших друзей, но они бросились
бежать, точно я призрак. Спрятались среди камней. Странная парочка -
кажется, за одним из них волочилась цепь.
- Мы тут решили устроить мистическую игру, - быстро сказала Эйрадис. -
Наверное, они подумали, что вы один из злодеев.
- Очень может быть. - Мужчина поклонился. - Меня зовут Вулфер Мартин
Д'Амбри, но я надеюсь, что вы будете называть меня Амбри, как Лидия.
Остальное трудно произнести.
- Меня зовут Эйрадис, а это Хэзер. Мы проходили мимо, и Лидия
пригласила нас в гости.
- Они из Шотландии, - вмешалась Лидия, точно сообщила мужу какую-то
чрезвычайно важную информацию.
Амбри кивнул.
Эйрадис знала, что существуют темы, которые не принято затрагивать в
Вирту; поэтому колебалась, стоит ли продолжать расспросы. Однако Хэзер
приличия мало интересовали.
- Что это за место? Лидия назвала его неразведанным районом Вирту - из
чего следует, что сюда совсем нелегко попасть. Что она имела в виду?
Лидия смущенно опустила голову, и Эйрадис ей посочувствовала. Очевидно,
она обрадовалась, когда увидела нежданных гостей - а может быть, хотела
заверить их, что им нечего бояться, - и в результате рассказала больше, чем
следовало. Зелено-серые глаза банши, холодные и безжалостные, пристально
смотрели на Вулфера Мартина Д'Арси.
- Вирту, - спокойно произнес он, будто они давно знакомы и уже
несколько часов беседуют за чашкой чая, - совсем не так управляемо и
надежно, как утверждают в туристических агентствах. Лишь горстка
специалистов готова признать, какими далеко идущими оказались последствия
крушения информационных сетей. В Вирту есть места, которых вы не найдете на
картах в Веритэ. Вы в одном из таких районов.
- Значит, мы в Вирту? - не утерпев, переспросила Эйрадис. И вдруг
подумала: "Интересно, знает ли о моем появлении Властелин Непостижимых
Полей?"
- Сюда можно попасть из Вирту, - уточнил Амбри. - Хранитель утверждает,
что эти места много старше Вирту, - какие глупости, верно?
- Ну, существует множество легенд о таинственных царствах, которые
находятся бок о бок с теми, что нам известны с детства, - быстро проговорила
Эйрадис, прежде чем банши успела раскрыть рот и высказать вслух возмущение,
промелькнувшее в ее холодных глазах. - Сиды <в кельтской мифологии
божественные существа, обитавшие под землей в холмах, в пещерах, расщелинах
скал>, как утверждают мифы, обитают на теневой стороне Веритэ и приходят в
наш мир, чтобы украсть невесту, дитя или музыканта. Рип Ван Винкль <персонаж
американского писателя Вашингтона Ирвинга> напился и проспал, как он думал,
целую ночь, а когда вернулся домой, оказалось, что прошло двадцать лет.
Кроме того, во всех религиях имеется Рай и Ад. Все они намного старше Вирту.
Возможно, Хранитель воспользовался каким-нибудь похожим преданием, а потом и
сам в него поверил.
- Разумный ответ, - улыбнулся Амбри, склонившись над рукой Эйрадис.
- Я кое-что знаю о Вирту.
- Пожалуй, нам пора возвращаться, - вмешалась банши. - Наши друзья,
наверное, уже о нас беспокоятся.
- Дайте мне адрес вашей игры, и я вас туда провожу, - предложил Амбри.
- Сюда нелегко попасть, а уйти еще труднее, если Хранитель будет против.
- Мы без особого труда нашли дорогу, - надменно заявила банши. - И не
заблудимся на обратном пути.
- Но мы все равно вам благодарны, - быстро вставила Эйрадис.
- Надеюсь, вы позволите мне проводить вас и убедиться в том, что вы
благополучно добрались домой.
Отказаться от такого вежливого предложения, не вызвав подозрений, было
невозможно, поэтому они вышли из коттеджа в сопровождении Амбри и Лидии. Все
хранили молчание, пока Эйрадис и Хэзер шагали к гранитным валунам, но Амбри
выразительно приподнял брови. Эйрадис почувствовала колоссальное облегчение,
увидев, что лунный портал все еще открыт.
- Большое вам спасибо за гостеприимство, - сказала Эйрадис,
остановившись у входа в каменный туннель. - Удачи вам с ребенком.
- И вам, Эйра, тоже, - ответила Лидия, обнажив в улыбке безупречные
зубы. - До свидания, Хэзер.
- Прощайте.
- Подождите! - воскликнул Амбри, когда они повернулись к проходу. -
Куда вы идете?
- Туда, - уверенно сказала Эйрадис, показывая в круглое, темное
отверстие портала.
- Куда?
- Смотрите, тут отверстие в скале. Разве вы его не видите?
- Нет, ничего кроме каменной стены. Лидия, а ты?
- Ничего.
- Должно быть, запретный портал, - задумчиво проговорил Амбри. -
Скажите мне, куда он ведет?
- А почему мы должны вам отвечать? - ощетинилась Хэзер.
- Потому что эта дверь открывается на мой задний двор. Эйрадис, которой
не терпелось вернуться домой, улыбнулась.
- И в подвал моего дома, - заявила она.
- В подвал вашего дома? - переспросил Амбри.
- В замок Доннерджек.
- Замок Джона Д'Арси Доннерджека?
Эйрадис собралась ответить, но банши с неожиданной силой схватила ее за
руку и протащила сквозь портал - в результате Эйрадис оказалась на полу
пещеры.
- Зачем ты так? - спросила Эйрадис, не спуская глаз с потерявшего
материальность привидения.
- Меня напугало то, что мы сегодня узнали. Я не хочу, чтобы этот
человек получил информацию о тебе до того, как мы выясним, кто он такой.
Эйрадис содрогнулась - и не только от контакта с ледяным полом пещеры.
- Все вышло очень странно, не правда ли?
- Да.
- Ты уверена, что те земли существовали до создания Вирту?
- Я клянусь.
- Как и я, - заявил священник, возникая рядом с ними с неизменной
повязкой на глазах. - Это место не является частью Вирту - во всяком случае,
не только.
- А кто такие Вулфер Мартин Д'Амбри и Лидия из Нью-Джерси? Я готова
поклясться, что она та, за кого себя выдает. Я сотни раз видела вариации
виртуальных существ. Лидия вела себя, как самая настоящая молодая женщина.
- Не знаю, - призналась банши, и остальные привидения покачали
головами.
- Я вернусь туда завтра, - заявила Эйрадис. - Только на сей раз как
следует подготовлюсь. Может быть, потом, когда я все разведаю, захвачу с
собой Джона. Похоже, Амбри знакомо его имя.
- Джон Д'Арси Доннерджек весьма знаменит в определенных кругах, -
заметила банши, - но обычный турист из Вирту вряд ли может знать о его
существовании.
- Верно, - согласилась Эйрадис, откусив сломанный ноготь. - Войт,
который час? . - Пять часов вечера, госпожа. Обед назначен на половину
седьмого.
- Тогда мне следует переодеться. - Эйрадис нахмурилась. - Войт, наведи,
пожалуйста, справки о Вулфере Мартине Д'Амбри.
- Хорошо, госпожа.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: В непостижимых полях...
 Сообщение Добавлено: 07 авг 2012, 15:26 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 фев 2012, 23:39
Сообщения: 629
Вечером Эйрадис обедала с Джоном. Они говорили о его работе, о ее
прогулках (впрочем, она не стала ему рассказывать о своем последнем
путешествии, не зная, как объяснить некоторые моменты). Пока они с Джоном
складывали головоломку (картинка предназначалась для детской), Войт тихонько
доложил, что не смог найти никаких сведений о Вулфере Мартине Д'Амбри.
На следующий день Эйрадис вместе с банши (но без крестоносца и
священника) спустилась в туннели. Хотя луна еще была полной и портал
оставался открытым, они заметили тусклую фигуру стража.
- Лунный портал заперт, - сказала плакальщица. - Сверхъестественное
царство не желает нас впускать. Такие случаи известны.
- Да, я помню, ты говорила о подобной возможности, - заметила Эйрадис,
- но как-то странно получается. Вчера мы так легко прошли - никакого стража
и вообще ничего, - а сегодня чудовище преграждает нам дорогу. Давай
попробуем прогнать его при помощи заклинания Леди галереи?
- Попытаться можно, но даже если заклинание и сработает, вряд ли мы
сумеем преодолеть барьер.
- Ты права. Попытаем счастья завтра, а если ничего не выйдет, подождем
следующего полнолуния.
- Как хочешь.
- Я слышу сомнение в твоем голосе, Хэзер. Разве тебе не любопытно?
- Любопытно?
- Что представляет собой то диковинное место.
- Это сверхъестественное царство - такое, каким было всегда. И никакое
новое имя не изменит его сути.
- Да, но...
- Никаких "но", Ангел Забытой Надежды. Если только ты не хочешь занять
мое место гораздо быстрее, чем собиралась, я должна быть очень осторожна.
- Осторожна?
- Властелин Непостижимых Полей имеет свободный доступ в любое место
Вирту. Ты действительно хочешь к нему попасть? Твой муж выразил желание
изменить своему слову и выполнить не все условия заключенной ими сделки. Что
помешает Властелину Ушедших взять тебя в заложницы и потребовать выкуп?
- Ты права. Я думала о такой возможности. Просто у меня столько
вопросов к Амбри и Лидии...
- Я понимаю. У меня тоже, но давай не будем рисковать понапрасну.
Эйрадис положила руку себе на живот. Нахмурившись, повернулась спиной к
темной стене - ей показалось, будто она заметила, как сверкнули внимательные
глаза стража.
Они гуляли по полям Веритэ, замок Доннерджек остался у них за спиной.
- Джон, почему мы так далеко зашли? - спросила Эйрадис.
- Чтобы оказаться вне досягаемости моего оборудования, часть которого
можно использовать против нас, - отозвался он.
- Кто на такое способен?
- Тот, кто вынудил меня заключить жестокую сделку.
- Ах, вот оно как.
- Да. У тебя, наверное, сохранились о том времени необычные
воспоминания.
- Да. Только я не понимаю, что ты имел в виду, когда говорил о своем
оборудовании.
- Я ищу способ не отдавать Танатосу то, что он должен получить по
нашему договору.
- Невозможно, - сказала Эйрадис. - Нельзя изгнать из жизни смерть.
- Смерть как явление - нельзя. Но перехитрить Танато-са как личность -
кем бы он на самом деле ни был... Кто знает? У меня есть кое-какие идеи,
связанные с эффектом поля. Сначала я собирался построить защиту от
гипотетического вторжения через Большую Сцену. А сейчас пытаюсь
контролировать каждый бит информации, которая проникает через электронный
спектр в замок Доннерджек. Я все фиксирую. У меня составлен огромный список.
Все, что попадает к нам без приглашения, уничтожается. Просто. В результате
он не сможет украсть нашего первенца и сбежать.
- А если он использует агента?
- С физическим мы разберемся точно так же, как с любым другим. Против
всего остального я применю статический метод. Может быть, использую лазер.
- А что, если кто-нибудь пострадает?
- Вокруг глубокий и холодный океан.
- Я помню музыку. Помню Трон из Костей. И часть обратной дороги. Когда
защита будет готова?
- Исходная система уже установлена. Но ее еще нужно настроить.
Несколько недель, не меньше.
- До рождения ребенка еще есть время. Если только мальчик не появится
на свет раньше.
- Ты себя хорошо чувствуешь?
- Очень. И твой сын тоже - если судить по тем прыжкам, которые он
постоянно совершает.
- Ты не слишком утомляешься во время своих путешествий?
- Нет, дорогой. Я очень осторожна.
- Отлично. Пойдем обратно?
- Давай.
x x x

В следующем месяце экспедиция не состоялась. Эйрадис простудилась и
довольно много времени провела в постели под постоянным наблюдением
встревоженного Джона и медицинского робота. Она довольно быстро поправилась,
но время для прохода через лунный портал было упущено.
Когда Эйрадис вместе со своим призрачным эскортом спустилась в пещеры в
следующий раз, она уже двигалась как беременная женщина, чуть отклоняясь
назад, чтобы уравновесить живот. Если и на сей раз ничего не получится,
поход придется отложить до рождения сына.
- Барьер исчез, - доложил призрак крестоносца.
Он настоял на своем участии в экспедиции. У Эйрадис сложилось
впечатление, что банши стыдила его за бегство от Вулфера Мартина Д'Амбри.
- А страж? - спросила Хэзер.
- Не знаю.
- Что ж, пойдем дальше, - завила Эйрадис, - и попытаемся справиться со
стражем, если он появится.
- Ладно.
Крестоносец подобрал свою цепь, вошел в портал и исчез. За ним
последовали Хэзер и Эйрадис, шествие замыкал священник. Выйдя из туннеля, он
сразу снял повязку с глаз.
- Почему ты не можешь этого сделать, когда находишься в замке? -
спросила Эйрадис.
- Здесь мне намного страшнее, - просто ответил священник. - Тут другой
календарь - полнолуние и равноденствие всегда совпадают...
- У нас тоже приближается равноденствие.
- А тут, когда во время полнолуния наступает равноденствие, камни идут
к реке напиться.
- Мы должны соблюдать осторожность, - сказала банши. - Пока
складывается


впечатление, что камни остаются на своих местах. Может быть, они
дожидаются восхода луны.
"Или собираются нас поймать", - подумала Эйрадис, но промолчала.
На сей раз пейзаж выглядел мрачно. Лишь бутоны утесника напоминали о
наступившей весне; по большей части земля оставалась влажной и серой. Темное
низкое небо предвещало дождь. Определить, какое сейчас время дня, было
невозможно. Спутники ограничивались короткими восклицаниями, помогая друг
другу находить дорогу среди разбросанных повсюду камней.
- Волынка сегодня не играет, - заметил священник, с тревогой поглядывая
на небо, где лениво зависла огромная стая ворон.
- Да. И вороны что-то нами заинтересовались.
- Верно.
Во дворе дома не было ни цыплят, ни голубей, ни кошки. Зеленые ставни
плотно закрывали окна. Листья и обрывки папоротника валялись по когда-то
чистому дворику, а на усыпанной ракушками дорожке виднелись глубокие следы -
видимо, по ним волокли что-то тяжелое.
- Они уехали, - зачем-то проговорила Эйрадис.
- Я бы сказала, - добавила Хэзер, - что вскоре после нашего визита.
Боялся ли Вулфер Мартин Д'Амбри появления во дворе своего дома Джона Д'Арси
Доннерджека, или на то были другие причины?
На лице у банши появилось таинственное выражение.
- По-моему, я знаю другой способ заставить стража отступить - но лучше
оставить его на крайний случай.
По общему согласию, а не повинуясь некой формуле, они все взялись за
руки. Чистые звонкие голоса слились, когда прозвучали волшебные слова:
Мария, Матерь Божия,
Леди Семи Скорбей,
Защити нас от мрака
Мария, Королева Небес,
Леди Семи Радостей,
Засияй в ночи.
Мария, Кипарис Сиона,
Леди Семи Небес,
Прогони врага и отнеси нас домой!
На мгновение Эйрадис показалось, что христианское заклинание сработало.
Страж стал меньше, потускнел, когти и: клыки приобрели материальность. Но в
тот момент, когда она решила, что враг собирается отступить, закончилось
последнее трехстишье, и чудовище зловеще захихикало, зловонное дыхание с
хрипом вырывалось из его пасти, а страшные клыки и когти вновь начали
мерцать.
Эйрадис услышала, как у нее за спиной принялся хрипло ругаться
крестоносец, который с трудом тащил по склону священника и свою цепь.
- Не пришло ли время воспользоваться последним, запасным шансом? -
прошептала Эйрадис, обращаясь к банши.
Плакальщица быстро отвернулась, но Эйрадис успела заметить
промелькнувшую в ее зелено-серых глазах скорбь.
- Не исключено, что это навлечет на тебя опасность в будущем, Эйрадис.
Может, не нужно прибегать к последнему средству?
- Разве у нас есть выбор? Ты же сама сказала, что мне нельзя надолго
задерживаться в Вирту. А какого рода неприятности ждут меня, если ты
воспользуешься своим знанием?
- Это заклинание очень сильное, оно способно привлечь внимание
Властелина Ушедших. Или он полностью сосредоточится на тебе, если уже знает
о твоем присутствии в Вирту.
- Давай! - решительно сказала Эйрадис и опасливо оглянулась, хотя
прекрасно понимала, что Танатосу под силу подойти к ней с любой стороны. - Я
готова на риск.
- Ладно. - Хэзер перевела взгляд на стража. Как только в воздухе повис
бессловесный вопль банши, с которого начиналось заклинание, страж перестал
веселиться. Озираясь по сторонам в поисках невидимых врагов, Эйрадис не
слушала заклинание, пока до нее вдруг не дошел смысл того, что пела банши.
Ангел Забытой Надежды,
Вздымающий Меч Ветра и Обсидиана,
Рассеки алгоритмы нашего Врага.
- Нет! - вскричала Эйрадис. - Пощади!
Из печальных глаз плакальщицы потоками лились слезы, но она продолжала
петь. Эйрадис чувствовала, что возвращается во времена Войны Начала Начал -
она не забыла свои имена, но не помнила, каким беспощадным могуществом они
наделены. Когда ее большой живот снова стал плоским и начал формироваться
русалочий хвост, нерожденный ребенок принялся протестующе колотить ногами.
Эйрадис снова закричала - у нее на спине набухли крылья, а в следующее
мгновение раскрылись, обагрив ее тело кровью.
Русалка под Семью Танцующими Лунами,
Поющая Песнь Сирен,
Утопи наших врагов в базе данных.
Нимфа Древа Логики,
Дитя Первого Слова,
Пусть наш противник плачет.
Трансформация оказалась быстрой и болезненной. Крылатая русалка держала
в руке Меч Ветра и Обсидиана, а крылья дракона из яркого майлара
<пластмасса.> трепетали и тащили ее вверх.
Теперь, когда Эйрадис смотрела на стража, защищавшего лунный портал,
сквозь призму своих древних воспоминаний, он больше не казался ей страшным.
Скорее смешным и жалким, скрючившимся в ужасе перед ее величием. Элемен ты
его программы ничего не стоило расшифровать, расчленить на коды; небольшое
усилие - и он превратится в глину Непостижимых Полей.
Подняв Меч Ветра и Обсидиана, Эйрадис так и сделала. Страж провалился в
небытие, а она почувствовала, как холодные руки обхватили ее крылья и
опустили на скалы.
Перед ней высилось круглое темное отверстие лунного портала, о котором
Эйрадис успела забыть. Она автоматически попыталась сложить крылья, понимая,
что иначе не сумеет войти в туннель. Однако что-то - интерфейс? - уничтожил
их еще раньше. Без крыльев она не могла летать, а стоять на рыбьем хвосте
было неудобно. Бросив Меч Ветра и Обсидиана, Эйрадис обхватила свое тело
руками, надеясь защититься...
Жесткие металлические пальцы схватили ее за плечи и не дали упасть на
пол туннеля.
- Госпожа Эйрадис? - спросил Войт. В механическом голосе слышалось
беспокойство. - Вы не ранены? Вам не нужен медицинский робот?
- Нет...Да... Я...
Эйрадис перевела дух и опустила глаза. Ее тело снова стало
человеческим. Таким, каким было до того, как банши начала читать заклинание,
- даже живот остался таким же огромным и неуклюжим. Ребенок несколько раз
подпрыгнул, словно заверяя Эйрадис, что не пострадал от трансформаций.
- Со мной все в порядке, Войт, - наконец проговорила она. - Просто я
немного испугалась. Нам пришлось встретиться с неожиданными трудностями.
- Значит, за помощью посылать не нужно?
- Обойдемся, Войт.
Банши, сложив на груди руки, с невозмутимым видом стояла у лунного
портала - казалось, она ждет, что Эйрадис будет ее ругать. Однако в позе
плакальщицы не было ни малейшего намека на вызов или собственное
превосходство. Более того, она выглядела еще более бледной и хрупкой, чем
обычно.
- Как... - Эйрадис замолчала и задала вопрос иначе:
- Где ты нашла эту песнь? И как догадалась, что она нам поможет?
- У тебя много имен, леди Эйрадис. Я уже говорила, твое прошлое делает
тебя, как никого другого, частью мифа.
Заклинание пришло ко мне по каналам сна, когда я повторяла слова Леди
галереи и размышляла о том, окажет ли влияние христианское волшебство на
языческое чудовище.
- И оно просто тебе привиделось?
- Не короткой вспышкой, а скорее как замена. Я вдруг обратилась к
Ангелу...
- Не произноси имя, - перебила ее Эйрадис, - я боюсь его могущества.
- Но оно твое.
- Теперь - нет. Великий Поток есть древнее начало Вирту. Тогда я
являлась лишь частью легионов одной из воюющих сторон.
- А сейчас ты принадлежишь себе? - спросила банши, бросив выразительный
взгляд на ее огромный живот.
- Сейчас я Эйрадис. И принадлежу Эйрадис. Другая.., принадлежала иному
существу.., и служила чужим нуждам. Я не представляла, насколько сильно не
хочу вспоминать о своем прошлом до тех пор, пока ты - пусть и на короткое
время - не заставила меня принять прежнее обличье.
- Понимаю, - ответила плакальщица. - Когда-то я была Хэзер, дочерью
владельца замка. А потом превратилась в банши. Когда я перестану быть банши,
кем я стану? Былой Хэзер? Я скучаю по своему прежнему "я", но понимаю твои
страдания и нежелание возвращаться назад - хотя твое первое "я" обладало
поразительным могуществом.
- И практически не имело свободы. Когда мой создатель отдавал приказ,
мне оставалось лишь подчиняться. После многочисленных сражений я сумела
сохранить малую толику себя - кое-что от моей тайны и моих триумфов - и
превратиться в Эйрадис.
- Ты просила меня о пощаде. - Слова банши прозвучали как утверждение.
- Я не знала, что снова стану Эйрадис. И хотя заклинание подсказало, в
чем заключается моя ближайшая цель, я чувствую связь со своим создателем. И
боюсь, что он позовет меня к себе.
- Твой создатель?
- Один из Тех Кто Наверху, Обитателей Горы Меру. Большинство называют
его Морепой. Его владения - огромные потоки информации Вирту. Вместе с
Небопой и Террамой он составляет великую Троицу.
- Отец, Сын и Святой Дух?
- Нет. Здесь гораздо меньше метафизики - а может быть, она другая.
Небопа отвечает за общую структуру системы. Террама - эйон всех эйонов,
базовая программа Хранителей. На Меру обитают и другие божества, каждый из
них следит за порядком в какой-то определенной области - разделение
полномочий явилось результатом жестоких битв. У всех есть определенный
статус, показывающий, как высоко они могут подняться по склону Меру.
- И так было с самого начала?
- Нет. Отгремел не один десяток сражений. И многое - прости мне мою
слабость, дорогая подруга, - я предпочла бы забыть. Я уже тебе говорила, что
не отличаюсь набожностью - даже когда речь заходит о религиях Вирту. На то
есть причина.
- Ты сердишься на меня?
- Ни в коем случае. Ты ведь предупреждала, что заклинание очень сильное
и может оказаться для меня опасным. Просто ты не знала, насколько оно
сильное. Кроме того, мы ведь сумели пройти мимо стража.
- Да. А сейчас прости, Эйра, - ведь именно я так жестоко тебя
использовала - ты выглядишь уставшей и должна вернуться в замок.
- Я действительно неважно себя чувствую, но не знаю, смогу ли быстро
успокоиться.
- Мои ограниченные возможности по оценке вашего состояния, - вмешался
Войт, - показывают, что вам настоятельно необходим отдых. Отказ от него
способен отрицательно повлиять на развитие ребенка.
- Что ж, тогда, пожалуй, пойду немного полежу. Однако меня продолжает
беспокоить одна вещь, Хэзер.
- Да?
- Кто послал тебе заклинание?
- Мне показалось, что я попросту извлекла его из коллективного сознания
расы - душа мира, как любил говорить Йетс <Вильям Батлер Йетс (1865 - 1939)
- ирландский поэт и драматург.>.
- А разве Йетс не появился на свет после твоей смерти?
- Здесь когда-то жил ленивый поэт с романтической душой; он часто
приходил к развалинам замка и читал вслух стихи Йетса. Возвращаясь к твоему
первому вопросу... Я часто знаю то, что мне нужно - современные диалекты,
например. Одно из преимуществ работы.
- Возможно, так оно и есть, но нельзя исключать вариант, что
заклинание, которое ты пропела, явилось из мировой души Вирту, а не Веритэ.
- Согласна, нельзя. Но тогда, как и в случае с теми землями, откуда мы
только что вернулись, возникает частичное взаимопроникновение.
- Да, и меня это тревожит. Я достаточно представляю себе религию
эйонов, чтобы знать: многие из них утверждают, будто Вирту, а вовсе не
Веритэ, является первой реальностью. Они считают, что компьютерная сеть
способна создать условия для перехода.
- Ну и что?
- Быть может, они правы - а если так, долго ли боги Вирту будут
мириться со своим второстепенным положением? Вдруг они захотят возродить
свои легендарные армии? Твое заклинание до сих пор звучит в моем мозгу,
призывая вернуться обратно.
- Ты устала, Эйра. Скажи роботу, чтобы он доставил тебя в спальню.
Возможно, после того, как ты поспишь и поешь, заклинание перестанет донимать
тебя.
- Наверное, ты права. В моем состоянии не следовало отправляться в
такие рискованные путешествия.
- Отдохни, Эйра. Поговорим позднее.
Банши прошла сквозь стену и исчезла, а за ней и лунный портал. Эйрадис
покачала головой, в которой сразу начала пульсировать боль, поняла, что
совершила ошибку, и оперлась на Войта.
- Пожалуйста, Войт, отвези меня в спальню. И свяжись с кухней - я хочу
горячего какао.
- Госпожа, шоколад вам противопоказан, - напомнил робот, создавая из
своих манипуляторов кресло для хозяйки.
- Тогда пусть приготовят какой-нибудь заменитель, где будет все то, что
мне необходимо, но не окажется вредных компонентов.
- Попробую сделать, как вы просите.
Эйрадис вернулась в свои комнаты, плохо понимая, что происходит вокруг.
Она почти не почувствовала, как Войт осторожно опустил ее на постель, а Дэк
(принесший горячий напиток, о котором она уже забыла, так ей хотелось спать)
снял с хозяйки туфли и одежду, а потом накрыл одеялом.
Ей приснились давно ушедшие времена. Во сне она знала, зачем Властелину
Непостижимых Полей понадобился ее сын. Когда Эйрадис проснулась, она увидела
сидящего рядом Джона, сжимавшего ее руку в своей ладони. На бородатом лице
легко читалось беспокойство - Доннерджек даже не пытался его скрыть. И
откровение исчезло, уступив место радости и миру.
* ЧАСТЬ II *

Глава 1

Весна. Множество крошечных цветов - голубых, красных, желтых и белых;
пена на гребнях волн; низкое ночное небо, роняющее сверкающие самоцветы;
океанский прилив, чье дыхание белоснежными лентами тумана поднимается в
горы.., и протяжный плач волынки, доносящийся с далекого утеса или из
долины; солнце, встающее над облаками, оранжево-золотые врата тепла.
Весна.
В бескрайней монотонности рассвета в разные стороны медленно текут
мелодии.
С семнадцатого века волынка практически не изменилась. Никто не знал,
где находится волынщик и его инструмент. Впрочем, какая разница? В такой
чудесный день надо наслаждаться свежим воздухом, а не рассматривать
прозрачный весенний свет сквозь подзорную трубу. А тот, кто в состоянии
оценить пение волынки, может найти ее где угодно, стоит только пожелать.
Традиционная мелодия набирала силу, потом медленно затухала, и у
слушателей далеко не сразу появлялось необъяснимое ощущение, будто прилетела
она сюда на волшебных крыльях древних преданий.
Вслед за "За морем и небом" и "Моей долиной" вдруг возникла веселая
незнакомая песня, каким-то непостижимым образом имевшая непосредственное
отношение к настоящему дню. Оказалось, что она называется "Салют в честь
рождения Джона Д'Арси Доннерджека-младшего".
Даже если банши решила бы в этот момент завыть, ее стоны вряд ли
перекрыли бы пение волынки. Звуки летали в воздухе весь день, и многие
пытались определить, где находится музыкант. Невидимого волынщика искали в
горах, на берегу, в долине и в городе, и чем старательнее, тем более
неуловимой, сложной и изощренной становилась музыка - а откуда она лилась,
не мог указать никто. Знал ли волынщик, что любой мужчина был бы счастлив
угостить его выпивкой, если бы он захотел открыть им свое имя? И что его
шансы добиться успеха у женщин как никогда высоки?
А если знал и его это не интересовало, почему так, и не пожелал
предстать перед своими восхищенными слушателями? Часть произведений, которые
он исполнял, были никому не известны. Даже музыковедам из университета,
единодушно сходившимся на том, что все мелодии очень древние, не удавалось
определить их авторство и время написания.
Где бы волынщик ни находился, он сделал перерыв на обед как раз в тот
момент, когда многие принялись утверждать, что почти сумели его найти. Он
был настоящим виртуозом, и в городе царило праздничное настроение.
Вскоре люди начали оставлять свои рабочие места и появляться на улицах
и в пивных.
- Ну, что скажешь, Ангус? Узнал?
Крупный мужчина, только что вошедший в пивную, заказал пинту пива,
устроился рядом с тем, кто задал вопрос, и покачал головой:
- Я никогда не слышал ни этой мелодии, ни дюжины других, что прозвучали
до нее. Последняя, которую мне удалось узнать, - "Шум прибоя возле замка
Донтрун".
- Да, и со мной то же самое, - заявил первый, которого звали Дункан. -
И еще он играл "В честь Морейдж".
- Верно, - кивнул Ангус.
- А тебе известно, из-за чего все так веселятся? - поинтересовался
Дункан. - По дороге сюда я видел танцующих на улицах людей.
- Не свадьба, это точно! Из разговоров я понял, что празднуют рождение.
- Чье?
- Нового господина замка, как я слышал.
- Доннерджек. Мне кажется, его называют Доннерджек.
- Мальчик или девочка?
- Не знаю, - ответил Дункан, - Может, выйдем на улицу и поспрашиваем?
- Да. Человек должен знать, за что он пьет.
Они осушили свои кружки и вышли на улицу. Последние отблески уходящего
на покой солнца окрасили западный горизонт, со стороны моря подул прохладный
ветер, стало зябко. Люди прогуливались по мощеным улицам, приветствовали
друг друга, коротко обменивались новостями.
Ангус и Дункан направились к небольшой группе знакомых, собравшихся под
уличным фонарем.
- Привет, Джонни, - сказал Ангус. - Нейл, Росс.
- Как рыбная ловля? - спросил Дункан. Нейл пожал плечами и покачал
головой.
- Ребенок, за здоровье которого мы пили... - заговорил Ангус. - Кто-то
оставил деньги во всех пивных.
- Моя сестра Джинни, - сообщил Росс, - работала в новом замке, ну, вы
знаете. Новый хозяин, Доннерджек, дал ей деньги и попросил отнести их по
разным пивным, чтобы все могли выпить и закусить.
- И закусить тоже?
- Гм-м. Может быть, следует вернуться обратно.
- Мальчик или девочка? - спросил Ангус.
- Мальчик. Джон Д'Арси Доннерджек-младший.
- Запомнить нетрудно. Стоит посмотреть на его именины. Росс направился
обратно в пивную. Дункан и Ангус последовали за ним.
- Твоя сестра уже давно там работает? - спросил Дункан.
- Несколько месяцев, - отозвался Росс.
- Рассказывала что-нибудь о хозяевах?
- Он вроде как профессор. Ну а она чего-то там с искусством.
- А не знаешь, можно получить у них какую-нибудь работу?
- Я ничего не слышал. Но теперь, когда родился наследник...
- Верно. Наверное, стоит сходить и спросить, - предложил Дункан.
- С рыбой последнее время стало паршиво, - заметил Ангус, - а я хороший
плотник.
- Что ж, давай выпьем еще по паре кружек, а завтра сходим туда после
завтрака.
- И никому ничего не скажем.
- Правильно.
- Во сколько?
- Встретимся в восемь часов, здесь.
Они зашагали по улице в сторону другой пивной.


Вернуться к началу 
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
 
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 43 ]  На страницу 1, 2, 3  След.

Список форумов » Проза


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2

 
 

 
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения

Найти:
Перейти:  
cron
Русская поддержка phpBB
Подписаться на рассылку
"ЭЗОТЕРИКА"